Путь

Солнце вместе с белыми тучами аккуратно расположилось на небе. Коноха будто погрузилась в негу или сон: на улицах было тихо, лишь где-то слышались разговоры о усталой повседневности и погоде. Однообразно, скучно, но так или иначе все ощущали беззаботное тепло. — Наруто, слезь уже с дерева, прошу! — кричит девушка будто прерывая тишину всей деревни. Парень к которому она обращается хмыкает, но все таки спрыгивает с дерева, усаживаясь рядом, на траву, — Нигде не поранился пока меня не было? — протягивает воду, за которой и бежала. Весь запыхался. Старался. От этого факта лёгкая ухмылка касается ее губ. — Неа, — блондин, лучезарно улыбнувшись, за раз выпивает половину бутылки. Они сидят вместе, слегка касаясь плечами и жмурясь от жаркого солнца, что разливается на всю округу. Изначально, придя как страховка для друга, что решил потренироваться в столь жаркий и ленивый день, девушка не ожидала что так утомится. Вечная слежка, чтобы он не упал в обморок от невыносимой погоды, да и столь долгий процесс, который как ей казалось затянется максимум на пол часа, не могли не вытянуть все силы, заставляя спокойно томится в данный момент. — Интересно, как сейчас в деревне песка? Наверное ещё жарче, — изрекает Наруто небрежно ложась на ее плечо. Куноичи готова поклясться что сдержала в себе абсолютно все лишь бы не подпрыгнуть на месте от удивления. — Будь уверен; я надеюсь ты натренировался? — говорит уже она, отвечая и сразу же задавая свой вопрос. — Эх, раз уже слез с дерева, то да. Хотелось бы конечно ещё попробовать, нельзя зря терять выходные, но ты больше не выдержишь, а я о тебе забочусь так то! — смеётся. Девушка поворачивает голову в его сторону и тут же сталкивается с голубыми глазами. «Глаза сравнимы с океаном» - проносится в голове и она удивляется и своим мыслям, и моменту. Моменту, что застыл. А может быть весь мир застыл? Молчит, только чтобы сейчас они оба сидели под деревом, сонно облокотившись друг на друга. Застыл, чтобы хотя бы на секунду она засмотрелась в голубые глаза и отвернулась. Не хочу думать о последствиях войны, не хочу думать о своих чувствах, не хочу подвергаться чему-либо. Хочу сливаться. Хочу эту секунду. Эгоистично. А думать о себе она не привыкла, именно поэтому нужно продолжать. Бороться, потому что без борьбы на победить. Краснеет. Вновь смотрит на него: — Я о тебе тоже забочусь! Если бы не моя вода, кто знает что произошло бы, хм! — с наигранной гордостью тараторит и малость, еле коснувшись, ударяет по носу, от чего Узумаки жмуриться. Им ведь по семнадцать лет. Так глупо. Так весело. Парень слегка привстает на локтях. Смотрит, задирается, и заливается смехом. — Что смешного Узумаки? Спасибо, ты мне, между прочим, так и не сказал. — А то смешно, что ты глупая! — игнорируя последние слова со смехом продолжал говорить он. В предплечье парня приходит удар. — С чего это я глупая? Слегка щурясь, поглаживая место удара, блондин, наконец-то насмеявшись, вновь одарил ее взглядом голубых глаз, иных, тяжёлых. — А с того. Из всех действительно достойных тебя парней Конохи, ты, почему-то, любишь меня. Глаза девушки округляются. Он должен был это сказать, это было очевидно. Любит? Нет, нет, нет, нет! Все это не так! Каким же идиотом нужно быть чтобы так подумать! Как можно представить, они же просто друзья. Друзья, именно поэтому она и сидит у его кровати всю ночь, когда он снова попадает в больницы. Друзья, поэтому на войне он больше всего боялся отпустить ее руку. Друзья, поэтому всегда вместе, поэтому она краснеет, поэтому он ревнует, потому что они, черт побери, друзья. И ничего большего. Молчит. Не знает что сказать. А нужно ли что-то говорить? — Я ведь несуразный мальчишка, вот и все. Могла бы найти себе кого-нибудь получше...— тихо, практически шепотом, будто с опаской говорит он, — и плевать, что я не смогу видеть тебя ни с кем другим, и все равно что мне будет больно, потому что, я такой же глупый как и ты...я тоже люблю тебя... Шум листвы отбивается эхом в ушах. «Я тоже люблю тебя». Возможно, этот день сон? Все так быстро. Возможно, они оба спят? И сейчас, резко, посреди ночи выскочат из постели тяжело дыша? А вдруг все это для того чтобы она смогла чуть дольше посмотреть в голубые глаза? Возможно. Странно. Волнительно. Именно поэтому она берет его за руку, именно поэтому целует шрамы на щеке. — Не смей так говорить о себе, Узумаки Наруто, — серьезно выдыхает она, сжимая его руку. Улыбается. — Так значит, мы наконец-то признались друг другу в чувствах? — спрашивает он. — Во-первых, не мы признались, а ты за меня, — осекает, — при этом ещё назвав глупой. Парень смеётся, опять даря эту улыбку, что согревает лучше солнца в этот день. — Все чего я хочу это быть с тобой. Быть достойным тебя. — Я хочу тоже самого. Почему мы раньше молчали? Война? Или неопределенность? Страх быть отвергнутым или просто что-то, что подсказало что это случится только здесь, только в эту секунду, когда они несуразно и беззаботно лежат на траве. Так глупо стать фаталистом. Так глупо не понимать жизнь, и при этом верить, что это все судьба. Парень придвигается ближе, так, что дыхание опаляет кожу, и она замирает. Губы нежно впиваются в губы напротив. Мягко, неумело, по детски, сразу же отстранившись. Этого достаточно. Куноичи готова была поклястся, что этого лёгкого неуклюжего касания ей хватило бы чтобы перестать хватать воздух. — Спасибо, — они поднимаются, готовясь куда-то идти. Точно не знают: домой, гулять, в глубь леса или в ичираку, не имеет смысла. Наруто сильнее сжимает ее руку. Так же как и на войне. Все так же боясь отпустить, но все же, искренне радуясь, понимая, что его руку боятся отпустить так же. Эгоистично? Да. Нет. Кто знает. В конце концов, это не важно. Важнее слова, что люди говорят, — спасибо за то что спасла меня. Нет, это я должна тебя благодарить. Я верю в то что ты чудо. С самого детства, год года назад, минутами или секундами - плевать. Ведущее лишь то, что тот час, здесь, он рядом. Они спасли друг друга. — А за воду ты мне спасибо так и не сказал. По окончанию спала жара. Под вечер люди вновь стали жить, заниматься своими буднями, шуметь, смеяться. Все таки, этот день был создан для того чтобы хотя бы на некоторое время утихнуть. Чтобы растворится. Чтобы скучать. Этот день был создан для них.