Красные ветви

Хорошо выглядит. Правильно двигается. Лицо корпорации улыбается с экранов, услужливо отвечает на вопросы прессы, парирует на всю провокацию. Учтиво смотрит в разъярённую толпу, пока их растаскивает полиция на собственных транспарантах. Отслеживает. Всё опции. Каждый шаг вымерен. Аккуратная кожа и спрятанные под волосы швы – марионетка в руках рукотворной химеры, скрепленная решеткой координат, наложенная сознанием без самосознания. И носит имя – Сойчиро Арахабаки. Живого суперкомпьютера, части химеры, средства решения сложных задач. Носителя гена, Адама нового мира, дермового отца своих нерадивых детей. Кусок сплетенной из прочных жил химеры Вурцель. Боящейся смерти от топора времени твари. Они говорят. Они – оперируют. Заставляют работать свой организм: откровение, агрессия, плевок в лицо. Эмоциональность выкручена в ноль, надеты на лица маски, простой узор на стенах, два одинаковых секретаря. – Онест, ты разгадала тайну долгой жизни светлого разума? Онест запрокидывает голову. Онест смеется, съезжают с носа очки. – Да что ты знаешь, калека-профессор Вачовски? Химера не вернется к истокам – она срубит с себя лишнюю голову, неистово тянущую остальные назад. И заберет его сотворённое создание к себе, так и не поняв всего смысла настройки. Огромная красная химера контролирует людей. Управляет – другими химерами: черными-броскими, не лишенными воли, и серыми-нейтральными, их инструментами. Берюрен – это касание, оберегающее их семьи в трущобах тени башни. Ты – служи. Мы – защитим. Мы – ложная мораль, пущенная по вашим венам, уважаемые кадры. Храните коммерческую тайну, увидевшие химеру вживую. Грызите остальных за её монополию. Предлагайте – лучшие расширения, оригиналы, остерегайтесь подделки. Мы сегодня щедры, установим вам бесплатно, покроем медицинские расходы реабилитации, выпишем годовой рецепт на транквилизаторы. Губы складываются в улыбку. Сойчиро разводит руки – готовый обнять каждого страждущего новые технологии. Химеры наблюдают позади поля зрения объектива. – Они не купятся на эту фальшь, – скрипит одна из голов. – Купятся, – утверждает Онест. – Они сами требуют этого. И снова наблюдают: как отторгается новый вспомогательный мозг, как овощами гниют результаты их опытов. В них нет предрасположенности. Они – только мусор. Они не дети – «продукты» – Арахабаки, в них слишком много человеческого, слишком мало мутации. Онест не интересно. Она хочет – сладость научного прорыва четверть века назад. Смотреть на экстендов и восхищаться. На её серых прекрасных химер, прижимающихся к её телу как к матери, требующих её веского слова, направления её бледной покрытой венами лапы. Сойчиро старается – выражает эмоции, заполняет дефицит получаемых данных – перегорает перед химерой. Их единый центральный суперкомпьютер потребляет слишком много ресурсов. Ну же, вот тебе стимуляторы, работай исправно, – кривится Онест. Параметрами рабочей среды. Установкой ограничений на неважные функции. При жизни из плоти Арахабики был тем еще упертым козлом. Они все – были такими. Теперь всё иначе? – Не работает, не работает, – плюются ядом головы. – Нужно больше. Нужен стимул. Нужен доход. Отрава разъедает кислотой рельефные стены. Секретари наблюдают, вжавшись друг в друга. – Может быть, кофе? Может быть, виски? – хлопочут они вокруг химеры. – Мы вам принесли обратного загульного номера 7. Мы всё уладили с Арахабаки. Может. Всё-таки. Кофе? – Кофе, – сипит одна из голов. – Виски, – требуют остальные. – Крови, – зубоскалит Онест. – Разберите этого ВОЕ. Дайте Арахабаки наркоз. Отчет мне, срочно, из черного ящика ВОЕ. Дайте отчет! Не работает. Не работает. Не складывается оригами в их спазмированных множеством воль лапах. В них Берюрен держит компанию. И всё, чего касаются их пальцы, прорастает алыми ветвями, мелкими листами, пушистыми почками, высевает своё семя самое живучее в этом мире растение – венцом эволюции. Толпа скандирует под окнами. Полиция не желает встревать? – подкупом в руки. Закрученные резинкой купюры. Мало? Держите чертовы деньги! На них можно купить всё, даже счастье. Всё, кроме вечной жизни. Не нравится дарованная вам свобода? Мы подарим вам безупречный контроль. Бесплатно. Покроем медицинские расходы, – радостно вещает Онест устами Арахабаки. Головы химеры тащат в разные стороны, её тело рвётся по швам. Корпорация путается в собственных ногах. Ей не поможет даже расчётливый ум, все мощности суперкомпьютера. Большой оплетённый вервями кусок плоти – Вурцель – химера Берюрен. Ей не хватает самоконтроля. Она боится – вот так просто – умереть.