Как всё началось

«Суд! Женя! Не проспи!» Именно так был подписан будильник. Который, к слову, пиликал уже двадцать минут к ряду а Женя, собственно, просыпаться-то и не спешил. Вообще такая идея как перенести бракоразводный процесс именно на то время, когда у Потапенко законный отпуск, могла прийти исключительно его бывшей супруге, Анастасии (уж простите мне столь вежливое обращение, но эту бестию в дорогих брючных костюмах никак нельзя назвать просто Настей). Явтоковская была из того типа личностей женского пола, которые выедали мозг отнюдь не нытьём и ежедневной "распилкой" мозгов на части. Нет, она была куда более изобретательна нежели типичные жёнушки за тридцать. Она ловко убеждала людей в своей неправоте, пользовалась огромным количеством серьёзных связей для запугивания слабых и пугливых. Она прожигала серьёзным ядовитым взглядом и говорила медленно, чётко и только по делу. До встречи с Женей Анастасия многих обводила вокруг пальца. И нет, она не была той дамочкой, которая крутит шашни ради материальной выгоды. Ей не нужны были многомиллионные состояния и дорогие вещи. Всё это Явтоковская могла и сама заработать, благо её маменька, такая же змея и склочная женщина, с которой Потапенко виделся лишь однажды и то на свадьбе, поспособствовала любимой доченьке устроится в жизни как можно удачнее. Она использовала доверчивых и мягких (а для Анастасии такими были все) мужчин лишь для удовольствия своей змеиной натуры. Этакая подпитка тёмной силы внутри. Потапенко в одной из ссор прозвал это «сучьей магией». Но столкнувшись с Женей умение ловко пользовать мужчин для утешения собственного нутра как-то испарилось. Исчезло. Явтоковской лишь однажды удалось сцапать Женю за живое. И тема та для всех табу: его родители. Анастасия знала, что прошлое Потапенко было отнюдь не добрым и не ярким, не запоминающимся. Он предпочитал не смотреть назад и не вспоминать того, что было. А Анастасия тем воспользовалась. Помнится, у неё иссякли аргументы против мужа, а ведь выйти из конфликта проигравшей ей никогда не хотелось. Но сорвавшиеся слова с губ Явтоковской чуть ли жизни не стоили. В тот день она впервые видела Женю таким разъярённым. Он тяжело дышал и смотрел на неё с неприкрытой ненавистью. Тогда Потапенко впервые в своей жизни поднял руку на женщину. Но, в прочем, он не жалел об этом. Как истинный джентльмен Женя предложил Анастасии подбросить её к зданию суда. Но та сухо поблагодарила за заботу, которую «я, видимо, не заслужила будучи женой» и решила прокатиться на автобусе. Знаете, а так даже лучше: пусть трясётся в душном «четырнадцатом». Было бы чудно, если бы она впитала в себя этот ни с чем несравнимый запах общественного транспорта и послушала трёп бабулек и мелких засранцев. Всё ещё нежась в постели и слушая натруженный писк телефона, Женя приподнялся и посмотрел на себя в зеркало, что висело прямо перед кроватью. Кроме разрозненной кровати и заросшего щетиной блондина в нём отражалось окно с видом на университет. Потапенко всегда отчасти коробило: он учился не во Пскове, но про универ всё же слышать больше не желал. Эх, давние деньки.. – Слушай, я, конечно, слышал, что опаздывают на собственную свадьбу. – Буркнул Макс, закуривая. Привыкший к столь вредной привычке друга Женя приоткрыл окошко в машине. – Но чтоб на развод опаздывать.. это я впервые вижу. Потапенко усмехнулся. Да, в его жизни многое случалось впервые. – Но! – Выпустив густое облачко дыма прямо в машинный салон, Журавлёв улыбнулся. – Опаздывает и эта сука. Потапенко невольно сжал челюсти. В его привычки не входило курение крепких сигарет, распитие спиртных напитков, когда на душе особенно паршиво и обзывание девушек подобным образом. Хотя в случае с Явтоковской можно было бы и отойти от правил. – Что верно, то верно. И тут по закону жанра, красиво ступая на тонких шпильках по разбитой дороге от остановки до здания суда явила себя утреннему прохладному мареву на небе госпожа Явтоковская. – Надеюсь, она сломает ноги. – Шепнул Макс и выскользнул из машины вслед за Потапенко. Анастасия, взмахнув густой завитой шевелюрой, остановилась в паре метров от друзей. Брезгливо осмотрела их с ног до голов, задержала едкий и осуждающий взгляд на сигарете меж пальцев Журавлёва. А Макс лишь усерднее запыхтел: не пристало старшему лейтенанту бояться осуждения со стороны сомнительной мадемуазель. – Я смотрю, ты со своим извечным.. другом. – Бросила небрежно Анастасия, скрестив руки на груди. Журавлёв улыбнулся подстать Явтоковской. – А я гляжу ты своих змей дома оставила. – Макс обвёл рукой собственные волосы. – Что, они неприятно шипят? Женя, вздохнув, двинулся ко входу. – Довольно. Судья ждать не будет. И майор скрылся за дверьми. – Первая правильная мысль из твоих уст, Евгений. Я удивлена. – Подметила Анастасия, поднимаясь вслед за мужчиной. – Я рада, что нас больше ничего не связывает. – Впервые я согласен с тобой. – И как тебе живётся в трёхкомнатной квартире? Собственное эго не жмёт? – Я мог оставить её тебе, но ты отказалась. – Мне не нужны твои подачки. И вообще, прощай. Я больше не хочу тебя видеть. – Солидарен. Прощай. А когда Явтоковская уходила, Потапенко почему-то ощущал, как сердце болезненно пульсирует. Нет, он её не любил. Это была.. скорее всего, просто привычка жить с кем-то под боком. С кем-то, кто капал на мозги и варил кофе по утрам. А теперь на мозги капает раздолбанный кран в кухне, кофе варят работники кофеин. – Да брось ты, эй. – Журавлёв не был мастером успокоения, но видеть задумчивый и пустой взгляд Жени было как-то непривычно. Нужно было постараться. – Женщины уходят и приходят.. ну, понимаешь.. бабы.. а вот мужчины остаются. Потапенко, кажется, вышел из ступора. Медленно обернулся и взглянул на своего друга. – Намёк? – Нет, прямое предложение. Оба спустя пару минут от души засмеялись. Когда мотор машины загудел, а солнце окончательно вышло из-за серых редких тучек, Женя решил спросить то, что так долго вертелось на языке. – Ну.. как там Вера? Вопрос для Журавлёва этот был ниже пояса. Его сестра страдала редким, но не слишком, генетическим заболеванием, которое медленно и верно делало из неё живого овоща. В последний раз майор видел младшую Журавлёву в августе и зрелище то было.. не из приятных. – Ей стало лучше. Взгляд, конечно, потемнел. Да и Макс снова закурил, что говорило напрямую о том, что лучше Вере вовсе не стало, а сделалось даже только хуже. Но тревожить друга вопросами не было нужды. Захочет, и сам всё расскажет. Радио тем временем не переставая вещало. Защитники природы бьют тревогу: в массовой гибели скота обвиняют врачей Bionic, которые поставляли фермерам лекарства от лихорадки для коров Маргарите Бор предъявлены обвинения, связанные с несчастными случаями на производстве: три работника медицинского центра госпитализированы с признаками бешенства в городскую больницу Губернатор Псковской области планирует усилить контроль на главных трассах, ведущих в Псков: на постах будут проверять документы водителей и брать кровь на анализы Новости для абитуриентов: будут ли приняты в этом году заявления для поступления или учёба будет временно не доступна? К другим новостям: филиалы фирмы Bionic в Калининграде, Санкт-Петербурге, Москве и Саратове вскоре закроются