Хватит повторять старые ошибки - время совершать новые.

Едва выбравшись на сушу, я чувствую, как на меня набрасывается Мэри, обнимая, а заботливая мадам Помфри старательно укутывает нас в теплые халаты. Жюри, очевидно, совещается, но почему-то мне не особо интересно узнать результаты. Бесспорно, Гарри присудят первое место – я сделала для этого все, но Поттер вполне справился бы и сам, чего нельзя сказать обо мне. К чувству безмерной благодарности парню добавляется некое смущение. Я не справилась с заданием, не смогла ничего сделать и погибла бы. И это все при том, что знала, к чему нужно готовиться. Наряду с этими мыслями появляется еще один вопрос: «А что, собственно, произошло?». Вероятно, вся проблема заключена в водорослях, но зачем Грюму меня подставлять? Чтобы гарантировать Гарри первое место? Я не знаю, не понимаю. Мысли путаются, возникает желание обессилено рухнуть прямо на землю, но я не могу себе позволить снова показаться настолько слабой и сдерживаюсь изо всех сил. С каждым событием, происходящим здесь со мной, я понимаю, что что-то меняется. Суровая реальность со всеми опасностями, сплетнями и угрозами совсем не соответствует тем мечтам, которыми я себя тешила в маггловском мире. Я с ужасом осознаю, что это только начало, что дальше – труднее, но ловлю себя на мысли, что ни за что бы не вернулась в свой мир. Не могла же я верить, что все будет идеально гладко, попади я сюда, да еще и участвуя в Турнире Трех Волшебников. Нет, конечно. - Стеф, ты слышишь меня, Стеф? – из мыслей меня выводит Мэри. Я вскидываю брови, словно вижу подругу в первый раз. - Что? - Поздравляю, Стеф. Ты большая умница, молодец! – Фелтон восторженно сияет. - Мне кажется, ты не в курсе. Я бы захлебнулась, если бы не Гарри. Я провалила испытание, - удрученный вздох вырывается случайно. - Ну и что? – подруга, кажется, ничуть не разочарована. – Ты ведь почти вынырнула. Это всего лишь маленькая оплошность. Так ты умница. - Оплошность? – переспрашиваю я. – Но из-за нее я чуть не погибла! – сил сопротивляться нет. Хорошо, пусть оплошность. Я не знаю, кто и как расценивает мое выступление. Да и, в конечном итоге, это не так важно. Часы бьют пол одиннадцатого. Время испытания вышло. Буквально через несколько мгновений выныривает Крам. Я собираюсь броситься к другу, чтобы поздравить его, но ко мне подходит Гарри. Я смущенно краснею и шепотом повторяю: - Спасибо. - Стеф, перестань. Меня не за что благодарить. Ты сама столько всего сделала, что это мне впору говорить тебе «спасибо», - какой же он скромный, даже не верится. Я удивленно смотрю на парня. – Кстати, то, что ты сделала в озере, очень понравилось зрителям, - Поттер слегка запинается. Неужели это он так о поцелуе? - Гарри, это ведь было не ради них, - грустно произношу я, собираясь отвернуться. Неприятно слышать такое от него. - Стефани, стой, - тот хватает меня за руку, не позволяя уйти. – Прости, я же не знал, - он действительно выглядит несколько подавленным. - Все хорошо, - я выдавливаю из себя уставшую улыбку, желая покончить со всеми разговорами и хоть немного передохнуть. Мои желания с треском разбиваются о назойливую журналистку, взявшуюся словно из ниоткуда: - О, как это трогательно. Гарри спасает Стефани от неминуемой гибели, а та награждает его поцелуем. Ну же, Гарри, расскажи нам, как это было? Я закрываю глаза и про себя проклинаю чертову Скиттер. Когда же она уже угомонится? - Это не Ваше дело, - отрывисто произносит парень, обнимая меня и уводя в сторону. Я с радостью понимаю, что снова отделалась от нее, хоть и ненадолго. Словно во сне слышу, наконец, голос Дамблдора: - Уважаемые зрители и участники, - профессор делает паузу, а я думаю только о том, чтобы поскорее уйти отсюда. Дышать как-то тяжеловато, да и вообще, в целом, самочувствие какое-то паршивое. – Жюри Турнира долго совещалось и пришло к следующему выводу: четвертое место и двадцать пять баллов получает мисс Делакур из Шармбаттона, - это вполне предсказуемо. – Третье место с количеством баллов тридцать девять из пятидесяти занимает Виктор Крам! – по трибунам проносится эхо голоса директора, и те взрываются аплодисментами. Я устало хлопаю в ладони, пытаясь улыбнуться Виктору. Тот, поймав мой взгляд, слегка кивает. Затаив дыхание, ждем дальнейших результатов, хотя все и так предельно ясно. – Второе место занимает мисс Стефани Фелпс, и ее результат – сорок три балла, - я радостно, насколько могу, улыбаюсь, а все вокруг меня кидаются с поздравлениями. Я ожидаю главный результат. Интересно, сколько же у него баллов? Сорок семь? Сорок восемь? А, может быть, даже сорок девять?! – С результатом в пятьдесят баллов из пятидесяти первое место занимает, - Дамблдор зачем-то выдерживает паузу, но это никого не волнует. Все и так знают, чье имя будет произнесено. Трибуны буквально взрываются овациями, а я бросаюсь к Гарри, обнимая его. На самом деле, я безумно рада. Это ведь невероятно! Пятьдесят из пятидесяти. Я знала, что он справится. Над шумом зрителей разносится-таки голос директора Хогвартса, - мистер Гарри Поттер! Гриффиндорец еще долго принимает поздравления. После него ребята подходят ко мне, но у меня уже фактически нет никаких сил. Прикрыв глаза, я слегка пошатываюсь. Гарри, заметивший это, бросается ко мне: - Стеф, что с тобой? Нужна мадам Помфри? - Нет, я просто устала. Нужно отдохнуть. - Хорошо. Я отведу тебя в спальню, - парень поддерживает меня, пробираясь через толпу зрителей, а я только успеваю заметить взволнованный и печальные глаза Уизли. *** Следующие три дня после испытания, чемпионам позволено не ходить на занятия. Вернувшись в свою спальню, куда меня проводил Гарри, я опускаюсь на кровать и открываю глаза только на следующий день. Наблюдая, как Мэри с девчонками собираются на занятия, я, широко потягиваясь, с радостью осознаю, что могу еще полежать в кровати. - Стеф, вставай, пойдем хотя бы на завтрак, - Джинни бросает в меня подушку. - Ну нееет, я могу сходить туда позже, - уклоняясь, довольно протягиваю я. - Ну и валяйся тут, - в меня летит очередная подушка, в этот раз от Мэри. Девушки, смеясь, выходят из комнаты. Прикрыв глаза, как мне показалось, на пять минут, я открываю их через час. Нехотя встав, не спеша собираюсь. Выйдя из гостиной, отправляюсь по пустым коридорам в Большой Зал. Там абсолютно пусто, но стол еще накрыт. Что интересно – только гриффиндорский и только там, где сижу я. Как они узнали, что я еще не позавтракала? Придвинув тарелку с омлетом и взяв пару тостов, приступаю к еде. В голове повторяются события прошедшего испытания. Чувство усталости еще не отпускает меня, но, по крайней мере, несколько уменьшается со вчерашнего дня. Я пытаюсь придумать, что же делать с третьим испытанием, но ничего лучше, чем просто учить заклинания, в голову не приходит. Насколько я помню, мне не придется сдавать экзамены. Ну, хоть что-то. Желая поскорее вернуться в комнату и, достав книжку, начать подготовку, я отправляюсь в гостиную. Меня нисколько не удивляет, что там сидит Гарри, видимо, дожидаясь меня. - Доброе утро, - здороваюсь я, присаживаясь рядом. - Доброе, - подтверждает парень. – Как ты? Ничего не болит? Мне сказали, что ты так и проспала до сегодняшнего утра. - Да, но сейчас все в порядке, спасибо, - немного лукавлю я. Но ведь всего лишь немного. - Слушай, Стеф. Сириус прислал мне письмо, где говорит, что может встретиться. Ты не хотела бы… Не хотела бы пойти со мной? - Конечно, Гарри, когда? - Через неделю, в воскресенье. Я думал позвать еще Рона, Гермиону и Мэри, но такая компания будет привлекать слишком много внимания. Я думаю, ребята поймут. - Думаю, да, - подтверждаю я. - Чем собираешься заняться в эти три дня? – интересуется Поттер. - Думала позаниматься. Ты мне не поможешь? – после некоторой паузы уточняю я. - С радостью, - сияет парень. - Тогда ты не против, если мы начнем прямо сейчас? – улыбаюсь я. - Конечно, - он кивает. - Я только схожу за учебником, - поймав его ожидающий взгляд, произношу я и отправляюсь наверх. Следующая неделя проходит фактически незаметно. Когда я не на уроках, я занимаюсь с Гарри, а во время занятий стараюсь ничего не упускать. Возвращаясь в комнату, я каждый день слушаю восторженные рассказы подруги о Роне. По ним становится очевидно, что, хоть парень и стесняется, Мэри ему нравится. Я безумно рада за подругу и не возражаю против ее рассказов, но у самой в это время в голове возникают образы другого Уизли. Я стараюсь избегать его со времени второго испытания, и, как ни странно, у меня это вполне удачно получается. Наверное, я не могу сказать, что Фред очень уж настаивает на разговоре. И, разумеется, я понимаю его. Но ничего уж не поделаешь. По прошествии недели, в воскресенье с утра, я встаю с мыслью о том, что увижу вживую Сириуса Блэка. Трудно сказать, какое чувство преобладало во мне: волнение или радость, но все-таки одна мысль о том, что я лично познакомлюсь с самым близким и дорогим для Гарри человеком, заставляет меня забыть обо всем другом. Одевшись и взяв с собой мантию – весна ведь только начинается и на улице еще достаточно прохладно, - спускаюсь в Большой Зал, где меня уже ждет Гарри. Покончив с завтраком, мы, пока еще вместе с Роном, Гермионой и Мэри, подходим к Филчу, проверяющему разрешения. Пройдя мимо вредного завхоза, мы еще некоторое время идем все вместе, но возле «Трех Метел» ребята оставляют нас вдвоем. - Волнуешься? – спрашиваю я, сама удивляясь своему вопросу. - Еще бы, - отвечает Поттер. – Я ведь не видел его целый год. - Все хорошо, - я улыбаюсь и беру Гарри за руку, надеясь, что так ему будет спокойнее. Мы идем вперед, заходя все дальше в волшебную деревушку. Неожиданно раздается голос, от которого у меня по коже пробегают мурашки: - О, наша сладкая парочка! – Малфой со своими дружками появляется из-за угла. – Что, Поттер, наслаждаешься славой героя? – он с некоторым презрением смотрит на меня. На самом деле, мне сейчас становится жутко обидно, ведь Малфой, грубый, мерзкий Малфой, вовсе не такой, каким пытается казаться. Он всего лишь запутавшийся ребенок, столько раз сделавший неправильный выбор, да еще и под влиянием родителей. - О чем ты вообще говоришь? – Гарри слегка морщится, будто показывая, что этот разговор ему неприятен. - О твоем чудесном спасении утопающих, разумеется, - язвит он. Я закатываю глаза, делая вид, словно меня не особо-то и трогают его слова. - Малфой, зависть – плохое чувство, - в тон ему заявляет Гарри. - Было бы тут чему завидовать, - слизеринец вновь награждает меня презрительным взглядом. Я не понимаю, что с ним вообще происходит, но эта ситуация выводит меня из себя. - Дай пройти, - я отодвигаю Драко, не ожидавшего от меня таких действий, и шагаю вперед. Но тот быстро ориентируется и, схватив меня за руку, слегка подталкивает вбок так, что я падаю в грязь. - Руки от нее убери, хорек белобрысый! Что ты вообще себе позволяешь? - бросается на него Поттер, но я, вскочив, тяну его за рукав мантии, хоть и не ожидаю таких эмоций. Малфой, опешивший от таких слов, пытается подобрать ответные слова: - Поттер, ты напросишься из-за своей никчемной подружки. Она ведь всего лишь очередная дешевка. Я знаю, что говорю, - от этих слов меня передергивает. Гарри сжимает кулаки. На лице появляется злоба, что вообще для него не характерно. - Не надо, пожалуйста. Просто пойдем дальше, - и, бросив на Малфоя осуждающий взгляд, увожу Гарри. - Стеф, зачем ты вечно его защищаешь? – парень помогает мне отряхнуть грязь, насколько это возможно. Я стараюсь не думать о событии на Святочном Балу, о том, что мантию теперь придется стирать и о том, что меня очень задевает поведение слизеринского красавчика: - Их было трое, Гарри. Это, как минимум, нечестно. К тому же, это всего лишь Малфой – не стоит придавать ему такое значение. - Конечно, стоит, Стеф. Он ведь ведет себя с тобой по-хамски… - Он со всеми себя так ведет, - перебиваю я. - Возможно, но обычно он не издевается так над девушками, - протягивает Поттер. И знаете, ведь он прав. Почему, появившись тут, я умудряюсь собрать на себя все проблемы? Несколько минут мы еще идем молча – я не хочу признавать, что Гарри прав, а он это прекрасно знает. - Знаешь, я еще никогда не был в этой части Хогсмида, - нарушает, наконец, молчание парень. - Да, я тоже, - я смеюсь вместе с Гарри. Мы уже доходим до небольшого перелаза на окраине деревушки, когда рядом неожиданно появляется огромный черный пес. В книгах не преувеличивали, когда писали, что он по-настоящему огромный. Спутанная черная шерсть кое-где весит клочьями, а глаза необыкновенные, явно человеческие никак нельзя спутать с глазами животного. Пес радостно машет хвостом – очевидно, рад встрече с крестником, - и минует перелаз, оказавшись за пределами магической деревушки. «Это же против школьных правил!» - мелькает в моей голове. Я сама улыбаюсь своим мыслям – тоже мне, вспомнила! При помощи Гарри я пересекаю некую границу, и мы вместе спешим за Сириусом. Еще через минуту мы оказываемся возле заброшенного домишки. Несколько помедлив, я все-таки прохожу внутрь. Забитые досками окна с обветшавшими занавесками, пыльные покосившиеся полки, грязный, местами проломанный пол – все это создает впечатление нежилого помещения. Я наблюдаю, как Поттер бросается к Сириусу, плавно превратившемуся в человека. Исхудавшее лицо, обрамленное густыми спутанными волосами, лучится от радости, длинная порванная мантия клочьями свисает с такого же худого тела. Я знаю, что Блэк не всегда был таким, поэтому радостно с ним здороваюсь. - Ммм, я почуял куриные ножки еще на улице, - улыбается опасный убийца. Я вытаскиваю из сумки еду, которую мы с Гарри предусмотрительно захватили с завтрака. Сириус благодарно берет угощения. - Ну, как у вас там? – интересуется Блэк, жуя. - Гарри занял первое место во втором испытании. Он вообще повел себя, как настоящий герой. Он спас мне жизнь. - Стеф, ты преувеличиваешь. Ты ведь тоже помогла мне, я бы сам не справился, - оправдывается тот. - Да брось ты, - отмахиваюсь я. – Он просто скромничает. - Так то, что пишут в газетах - правда? – Сириус кивает на стопку старых и не совсем публикаций. Я хмурюсь, не совсем понимая, о чем он. - В общих чертах, как ни странно, да, - отвечает Поттер. - Так вы, правда?.. – Блэк слегка запинается. Очевидно, жизнь крестника его очень интересует, но он не знает, насколько корректно задавать такие вопросы. Гарри тоже несколько смущается: - Да. Да же, Стефани? Я улыбаюсь его неуверенности. Какой он, все же, еще милый. Жаль, что это последний год, когда у него есть возможность оставаться таким. Не всегда сильным, по-детски каким-то наивным и доверчивым. - Да, - уголки губ слегка вздрагивают, приподнимаясь. - Простите мое любопытство, - растерянно произносит крестный. Повисает несколько неловкая пауза, которую решает прервать все тот же Блэк: - Послушайте, – начинает он, - в Хогвартсе происходит что-то неладное. Темные силы стараются проникнуть в замок. Тот, кто бросил ваши имена в Кубок, вам явно не друг, думаю, вы в этом уже успели убедиться. Сейчас в Хогвартсе Игорь Каркаров, а он – бывший Пожиратель Смерти. Но Пожиратели не бывают бывшими. А Барти Крауч, человек с каменным сердцем, посадивший собственного сына в Азкабан. И кошмары, о которых ты писал, Гарри. Все это не просто так. Что-то должно произойти, - мужчина бросает в мою сторону едва заметный взгляд. Он знает. Знает, что что-то не так, знает, что мне известно, что произойдет, но главное – он знает, что я не могу рассказать. Он понимает. Хоть это меня радует. - Что ждет вас в третьем туре? – переводя тему, интересуется тот. - Пока неизвестно, через три дня мы должны быть на площадке для квиддича в девять вечера, наверное, там все и расскажут. Я подаю голос: - Там будет лабиринт. Но у нас как раз должно хватить времени на подготовку. Сириус хмурится: - Берегите себя. Мне очень не нравится все, что происходит сейчас. - Конечно, кивает Гарри. – Все будет хорошо, ведь так, Стеф? Я чувствую, как по моему телу проходит электрический разряд. Зачем? Зачем он так мучает меня? Зачем спрашивает об этом? Неужели не понимает? Конечно, нет. Он пока не может осознать полную картину происходящего. Это еще не тот Гарри, который будет преодолевать испытания довольно уверенно, не тот сильный Гарри, который победит. Сейчас он все еще ребенок. Такой же, как и я. Разумеется, на порядок храбрее, сильнее и сообразительнее. Но он ненадолго останется таким. Какие-то несколько месяцев остаются до неотвратимой беды. Беды, которую еще никто даже представить не может. - Да, - стараясь держать себя в руках, отводя взгляд, отвечаю я. Блэк видит это. Или мне только кажется. - Нам пора идти, - с грустью в голосе произносит парень. Мы выходим из хижины, на секунду отстав от парня, я чувствую, как рука крестного скоро касается моего плеча, в тихий голос произносит: - Что бы там не случилось, не оставляй его. Ему нужна поддержка. - Никогда, - одними губами произношу я. Мужчина понимает и одобрительно кивает. Я понимаю, что именно пообещала сейчас, но не жалею о своих словах. Одна мысль оставить Гарри после всего, что произошло, пугает меня. Я буду помогать ему. Непременно. Но сейчас мне нужно время. Как только мы расстаемся с Сириусом возле перелаза, я произношу: - Послушай, Гарри. Иди, наверное, в замок, мне надо еще кое-что сделать. - Я могу подождать тебя. - Не стоит, - улыбаясь, поправляю спадающую на глаза челку парня. – Я вполне справлюсь сама, - чмокнув Поттера, торопливо отхожу. Не следя особо, куда иду, заброжу в дальнюю, неизвестную мне пустую улочку. Неспешно опустившись на скамейку из дерева, покрытую лаком, поглядываю по сторонам. Обветшалый домик, единственный тут, и тот отвернулся от этого дворика, поблескивая на солнце единственным с этой стороны окошком. Я расправляю грязную мантию. Снова Малфой появился и все подпортил. Но это волнует меня сейчас меньше всего. Конечно, ведь он всего лишь глупый заигравшийся мальчишка, делающий неправильный выбор. Я зло ударяю кулаком по скамейке. Та отвечает обиженным гулом. Странно, но я не обращаю внимания. Знаете, насколько это паршиво? Знать все, но не иметь возможности что-либо сделать. С каждым разом, с каждым приближением ключевого события это осознание все с большей силой давит на меня. А жизнь, словно специально, напоминает об этом, причем каждый следующий раз все настойчивее. Ухватившись руками за голову, я слегка покачиваю ей. Больно осознавать свою беспомощность. Чья-то рука опускается мне на плечо. - Стефани? – чертов Уизли, вечно он не вовремя. Я поднимаю на него глаза и тут же жалею об этом. Как может быть, что этот по-доброму улыбающийся парень, сидящий сейчас тут, передо мной, через какие-то три года погибнет? Погибнет? Нет, это чушь, ерунда полная! Как я могу это допустить? - Что? – одними губами спрашиваю я. Он снова появился, когда так нужен. Без упреков, обвинений, обид. Вернулся поддержать. За это я ему, конечно, что бы ни говорила, благодарна. - Что-то случилось? – глупый вопрос, особенно если учитывать то, в каком состоянии он меня нашел. - Конечно, нет. У меня все отлично, - голос слегка дрожит, но ничего не поделаешь. Да и какая разница? - Я заметил. - Зачем спрашиваешь тогда? – я злюсь, скидывая его руку со своего плеча. - Стеф, успокойся. Что такое? Что-то… - парень запинается, - что-то с Гарри? Он обидел тебя? Я улыбаюсь от такой мысли: - Нет, там все в порядке. Уизли хмурится: - Что тогда? Кто опять тебя обидел? – не думаю, что парень специально сказал эту фразу, но она меня задевает: - Опять? Должно быть, ты уже безумно устал защищать меня! - Что? Нет, стой. Я ничего такого не имел в виду. Успокойся, я не хочу ссориться. - Да и я особо желанием не горю, - даже не смотрю в его сторону. - Ты можешь рассказать мне все. Я поднимаю глаза на гриффиндорца: - Это ты так думаешь! Я чувствую, как слезы подступают, но не плачу, лишь тоскливо смотрю на парня. - Стеф? – начинает он, но я перебиваю: - Это ты думаешь, что все так просто. Ты не понимаешь, каково это, знать об ужасных вещах и не иметь возможности их предотвратить. Не понимаешь, каково это, проходить ужасные испытания, едва научившись держать в руках палочку. Терпеть постоянные унижения, врать всем вокруг, что у тебя все хорошо и ты счастлива, и… И… Разыгрывать такие трогательные сцены, осознавая, что хочешь видеть рядом другого человека. Ощущаю, что меня бросает в дрожь. Фред несколько секунд смотрит на меня, после наклоняется ближе, но я отворачиваюсь: - Это ничего не меняет. Гарри очень хороший, и он мне нравится. Он не заслуживает такого обмана. - Так расскажи ему! То, что ты делаешь, хуже! – Уизли разворачивает меня к себе. Странно, что наш разговор на повышенных тонах, не привлекает в затерянную улочку незваных посетителей. - Я не могу. Ему сейчас нужна поддержка. Да и проблема не только в этом, если ты не заметил. Да и не только в Турнире, будь он неладен. Знаешь, тебе и без меня неплохо. - Ты не понимаешь, о чем говоришь. Это не так. - Именно так, Фред. Не забывай, с кем ты разговариваешь. Я знаю больше, чем можно представить, - медленно встаю, нехотя высвобождая руку из сжатых пальцев Уизли. Мне в спину раздается тихий голос: - Значит, ты знаешь не все. Сдерживая слезы, сдавленно произношу, развернувшись: - Даже если так, это ничего не меняет. Не сейчас. Тебя наверняка ждут, надо бы поторопиться. Парень встает. Дойдя до меня, на несколько секунд останавливается, собирается что-то сказать, но я не позволяю, приложив указательный палец к губам: - Не стоит. Не говори ничего. Легко прикасаюсь губами к его щеке. Могу позволить себе хоть минутную слабость? Знаю, что буду жалеть об этом позже. Но это будет потом. Уизли слегка прижимает меня к себе. Я обнимаю его, но через мгновение уже высвобождаюсь и, не оборачиваясь, иду из переулка в замок. Погода портится, да и меня там ждут. В голове бьется мысль о том, что я не имею никакого права оставлять все так, как есть. Зачем-то я появилась здесь. Это не может быть бессмысленно. *** В среду в восемь часов вечера я выхожу из замка вместе с Поттером. Непринужденная беседа создает иллюзию полной идиллии. У нас все хорошо, но Гарри не знает о том, что творится в моей голове. И слава Мерлину. Все это время я думаю только о том, какие события все же можно предотвратить без еще больших потерь, чьи жизни можно спасти. Кажется, что возможностей бесконечно много, но это только видимость. Все события имеют некие последствия. Сложно продумать все до последней детали, но я упорно пытаюсь. Через двадцать минут неспешного прогулочного шага мы оказываемся на площадке для квиддича. Внутри кольца трибун расположен уже несколько выросший лабиринт. Зеленые стены достигают моей шеи, сложно представить, какими они будут через пару месяцев. Прохладный весенний ветерок взъерошивает парню волосы, я улыбаюсь, пытаясь их хоть немного пригладить, хотя мне и так нравится. Кажется, Гарри уже не смущается. Он притягивает меня к себе, и я утыкаюсь носом в плечо. Чудесную картину видит подходящий Крам: - Хм, - слегка покашливает он. – Добрый вечер. Я высвобождаюсь от объятий избранного и улыбаюсь ученику Дурмстранга: - Привет. Ну как ты? - Все хорошо. У вас как дела? – учтиво интересуется он. - Отлично, - Гарри улыбается. Я так рада, что хоть частично, но являюсь причиной его приподнятого настроения. Через несколько минут появляется Флер. Делакур держится особняком и не особо стремится с кем-нибудь разговаривать, лишь презрительно на нас поглядывая. Но я-то знаю, что на самом деле не такая уж она и вредина. Вскоре возле нас появляется Бэгмен, весело здороваясь и пожимая парням руки. Подмигнув нам с Гарри, он приступает к объяснению: - Итак, я собрал вас здесь сегодня для того, чтобы ввести в курс дела по третьему испытанию. Как вы, я думаю, уже поняли, суть его заключается в прохождении этого лабиринта, - Людо рукой показывает на зеленеющие стены. – Но это будет не простой лабиринт, а с испытаниями. Вам потребуются все знания, полученные в ходу обучения в вашей магической школе и даже что-то вне программы. В конечном итоге, необходимо будет добраться до некоего приза. Нашедший его и станет чемпионом. При упоминании приза мое сердце сжимается. Да уж, что тут скажешь, хорош приз. Но никто ведь об этом не знает. Людо говорит что-то еще, но это, скорее, просто болтовня. Ничего важного он больше не скажет. Закончив свое пояснение, мужчина разрешает всем нам расходиться. Подойдя к нам с Гарри, он желает удачи и говорит, что верит в нашу победу. Что именно он подразумевает под «нашей» победой, я не знаю, но, очевидно, в большей степени он желает победы Поттера. Наверное, нет смысла говорить, что меня это нисколько не задевает. Это ведь вполне естественно. Как только Бэгмен удаляется, Поттер берет меня за руку и предлагает прогуляться. Я знаю, куда мы пойдем и чем это закончится, но соглашаюсь. Во-первых, нет повода отказываться, а, во-вторых, это событие все равно произойдет. С нами или без нас. Неспешно шагая в сторону Запретного леса, мы с Гарри весело разговариваем, парень уверенно держит мою руку. Только войдя в лес, мы сразу слышим тихий треск веток. Резко развернувшись, видим мистера Крауча. Вид у него, и вправду, крайне странный. Котелок не на голове, а в руках, волосы растрепаны, рубашка в грязи и выправлена, а мантия помята. Но самое страшное – глаза. Они совершенно безумные, и мужчина периодически пугающе вращает ими. - Мистер Крауч? – Гарри, абсолютно шокированный неожиданной встречей, отшатывается назад, оттягивая меня туда же. - О-он здесь! Пом-м-могите мне, спасите! П-п-пожалуйста, помог-г-гите! - невнятное несвязное бормотание еще больше повергает Гарри в шок. - Что? Кто он? Идемте, я отведу Вас к Дамблдору. - Странное место, - вдруг произносит своим голосом мужчина. - Вы в Хогвартсе. В Запретном лесу. Здесь не следует находиться, - слова Гарри меня смущают. Отлично, что тогда мы здесь делаем? Крауч падает на колени и со слезящимися глазами, заикаясь, умоляет нас: - Он здесь. Помогите мне, спасите. Пожалуйста, помогите. - Мистер Крауч, встаньте. Я отведу Вас к директору, он поможет, - Поттер пытается поднять судью, но безрезультатно. - Слушай, Стеф. Побудь с ним. Я сбегаю за Дамблдором, он явно не в себе, - просит Гарри, не обращая уже никакого внимания на бормотание Крауча. Я молча киваю, соглашаясь. Несколько секунд смотрю в сторону убегающего Поттера, затем, вспомнив, что произошло в этой ситуации с Крамом, поспешно достаю палочку и оборачиваюсь к мужчине. Как раз вовремя. Тот проворно вскакивает на ноги: - Остолбеней! - Протего! - как хорошо, что я вспомнила. Судья, кажется, понимает, что собирался сделать и извиняющимся голосом произносит: - Простите. Я успокаиваюсь и уже опускаю палочку, как из кустов раздается: - Инкарцеро! Я чувствую, как меня откидывает к ближайшему дереву, привязывая веревками. Крауч-старший испуганно начинает бегать из стороны в сторону. - Бегите, - невольно вырывается у меня, хотя, на самом деле, хочется позаботиться о своем спасении. Из-за дерева выходит, попадая под лунный свет, Барти Крауч-младший. Взмахнув палочкой, он отправляет своего отца в такое же положение, как и меня, не позволяя ему убежать. - Ты же знала, что это произойдет, Фелпс! Знала, - парень хищно облизывается. – Но сейчас у меня нет времени болтать с тобой. Ты можешь понаблюдать за маленькой семейной драмой, - он разворачивается к судье. – Ну что, папочка? Ты готов ответить за мое заточение? Готов расплатиться за это? – я вижу, как Крауч-старший начинает плакать. - Не надо, не трогай его, - удивляясь своей храбрости, осипшим голосом выкрикиваю я. - Закрой рот! – громкий крик разрывает ночную тишину. – Ты не знаешь, что мне пришлось пережить, что я чувствовал, находясь там. Ну так что, отец? – обращается убийца уже к работнику Министерства. Крауч-старший молчит. Он уже не осознает, что происходит. - Сюда уже идут Дамблдор с Гарри, - снова вмешиваюсь я, сразу жалея об этом. - Вот как? Ну что ж, спасибо за предупреждение, - волшебник, повернувшись на секунду, изображает поклон. – Прости, папа. У нас не выйдет разговора. Авада Кедавра! Зеленая вспышка озаряет деревья, я вскрикиваю, слезы невольно льются из глаз, но сейчас вы не можете меня в этом упрекать. Крауч-старший безжизненно висит на веревках, через секунду, подчиняясь палочке сына, падает на землю. Убийца поворачивается ко мне: - Ты бы ведь могла не допустить эту смерть. – Меня жутко пугают сумасшедшие, жаждущие смерти глаза. – Но сейчас это неважно. Ты забудешь, кем я являюсь в школе и как попал сюда, - Пожиратель шепчет какое-то заклинание и исчезает, а я чувствую, как из моей головы медленно вытекает важная информация. Смотря на мертвое тело мистера Крауча, я беззвучно рыдаю, пытаясь высвободиться из веревок, так туго обвивших запястья.