Хватит повторять старые ошибки - время совершать новые.

Декабрь, 1980 год. В большой комнате, обставленной изысканной мебелью, отчего-то темно и мрачно. В ней трое взрослых. Их лица освещаются только блеклым светом нескольких свечей. Все взволнованны, возможно, они кого-то ждут. Высокий статный мужчина ходит кругами, периодически хватаясь за голову. Его серые глаза выражают полное беспокойство, темные круги под глазами – признаки нескольких бессонных ночей. И почему только он так напряжен? Они ведь уже все решили. Другого выхода нет. Светловолосая женщина сидит в кресле, согнувшись возле двух бордовых детских кроваток. На вид ей не больше двадцати одного года, но ее правильные черты лица уже омрачены горем, некогда искрившиеся счастьем глаза кажутся погасшими и безжизненными. Она тихонько всхлипывает, покачивая люльки. Почему она плачет? Это лучшее решение проблемы. Но ей тяжело это принять. Старик в длинной серебристой мантии стоит рядом с женщиной. Он выглядит менее напряженным, чем остальные, но, тем не менее, его взгляд наполнен сочувствием. - Эрлин, успокойся. Ты же знаешь, что это лучший выход, - седоволосый волшебник обращается к женщине, положив руку ей на плечо. – Так с ними все будет хорошо. Они будут в безопасности, - пытается успокоить ведьму, но все без толку. Волшебница только сильнее сотрясается в рыданиях, проглатывая слезы и стараясь сдержать крик отчаяния. Мужчина, стоявший поодаль, подбегает к ней, в секунду оказавшись рядом. - Профессор Дамблдор, Вы уверены, что все будет так, как нужно? - черные кудрявые волосы слегка вздрагивают при легком повороте его головы. Старик кивает, задумчиво протягивая: - Они вернутся сюда. Им суждено сильно изменить историю. И никто не сможет им навредить. - Почему мои девочки? Почему они? – все-таки срывается на крик женщина. Она отнимает руки от лица и полными боли глазами смотрит на директора школы, в которой совсем недавно училась. Мерлин, почему ей кажется, что это было так давно? Почему ей кажется, что прошли уже десятки лет с того момента, как она со своими друзьями беззаботно бегала по школьным коридорам, шутила, смеялась, веселилась. Куда так быстро исчезло их детство? Почему все они были вынуждены повзрослеть в мгновение? - Никто не может знать этого наверняка, - пожимает плечами Дамблдор. – Но, пойми, Эрлин, ты спасешь их этим. Иначе выжить им не удастся, ты ведь знаешь, за ними придут... - Почему мы просто не можем защищаться? Неужели мы не сможем дать отпор паре Пожирателей? - длинные пшеничные волосы спадают на лицо, прикрывая его. Ведьма с силой сжимает в руках палочку. Она готова стоять до конца, чтобы защитить своих родных. Мужчина, так и не отошедший от нее, гладит Эрлин по голове: - Милая, мы не сможем защищать их от всех бесконечно долго. Ведьма снова утыкается в свои ладони. Дом внезапно вздрагивает, с потолка сыпется немного известки, окна жалостно дребезжат, норовя выскочить из деревянных рам. Все трое в комнате резко поворачиваются к двери. Она все еще закрыта, но это ненадолго, волшебники знают это наверняка. - Медлить больше нельзя. Вы готовы? - решительно произносит директор Хогвартса. Женщина вскакивает и прижимает к груди одного из младенцев: - Что с ними будет? Куда они попадут? Как они будут расти? - сотни вопросов в ее голове наваливаются одновременно, спеша вырваться наружу. Старик медленно качает головой: - Ты уже все слышала, Эрлин. Это сложная магия. Никто не может точно знать, куда они попадут. Я только могу тебе пообещать, что, как только они вернутся, они сразу же попадут в Хогвартс и у них все будет хорошо. Я позабочусь о них, когда опасность немного отступит. Ведьма в последний раз прижимает обеих своих дочерей к груди и аккуратно кладет в люльки. - Удачи Вам, мои девочки, - ласково шепчет она, пока двое мужчин встают рядом с ней, образуя импровизированный треугольник вокруг детских кроваток. Все трое одновременно достают палочки и поднимают их над проснувшимися младенцами. Дети плачут, как и их мать, дрожащей рукой держащая свое волшебное оружие. Три конца волшебных палочек соприкасаются, и волшебники одновременно начинают произносить длинное мелодичное заклинание. Через несколько минут из детских кроваток начинает литься яркий свет, ослепляющий всех присутствующих в комнате. Наконец, резкая вспышка заставляет взрослых зажмуриться, а, когда они открывают глаза, люльки уже пусты. Женщина невидящим взглядом скользит по тому месту, где пару минут назад были ее дочери, не веря, что они все же сделали это, что она больше никогда не сможет увидеть их, не узнает, как растут ее дети, как они взрослеют, становятся сильнее и умнее. Возле дома снова раздается взрыв, напоминающий магам о том, что времени у них нет. - Скорее, - вскрикивает мужчина. Его темные волосы волнами спадают на лицо, закрывая выражение полной безысходности. Как бы он хотел иметь возможность все изменить. - Мы должны избавиться от всех воспоминаний об этих девочках. Кто они, откуда, и прочее. Оставьте мне только то, что их нужно встретить. Дату и место, - старик быстро дает наставления паре. Темноволосый мужчина коротко кивает, не в силах возражать. - Простите, что не смог помочь вам, - Дамблдор грустным взглядом скользит по некогда счастливой семье. Он знал их с одиннадцати лет, и разве можно было представить, что их жизни закончатся так? Так глупо, так нелепо, так несправедливо, в конце концов. - Главное, что с девочками все будет в порядке, - тихо отзывается Эрлин, не отрывая взгляда от детских кроваток. Двое, мужчина и женщина, поднимают палочки, прошептав заклинание, освобождая память профессора Дамблдора от информации, которая может навредить их детям. Через мгновение старик пару раз моргает, оглядываясь. - Мне очень жаль, - тихо произносит он. – Я рад, что имел честь познакомиться с вами. Раздается хлопок трансгрессии. Волшебник исчезает. Мужчина берет свою жену за руку, пытаясь почувствовать ее тепло. Он старается запомнить каждую черточку ее лица: - Я могу попытаться задержать их, а ты беги, - он не может позволить ей просто остаться. Должен предоставить ей возможность сбежать. Ведьма поднимает свои глубокие зеленые глаза на мага, отрицательно мотая головой: - Ты же знаешь, нам не сбежать. И я не оставлю тебя. Никогда. - Тогда мы заберем с собой столько Пожирателей, сколько сможем, - через усилие произносит мужчина, стараясь сохранить рассудок трезвым. - У нас есть еще немного времени, чтобы очистить свою память, - женщина мягко поднимает руку с волшебной палочкой, направляя ее на мужа. Он не успевает возразить, слова заклинания произносятся быстрее. Лица дочерей стираются из сознания мага, неуловимо ускользая из памяти. Женщина легко касается его лица ладонью. Все, чего она теперь хочет - чтобы с ее мужем все было в порядке. Хотя бы с ним. Когда дверь вылетает из петель, маг не отпускает ладонь Эрлин. Они так и встречают своих врагов, сцепив пальцы, до боли сжав руки друг друга. Страх исчезает, медленно отступая. Они оба всегда были весьма храбрыми. По-гриффиндорски храбрыми. Зеленые вспышки еще несколько минут освещают окна дома, в котором находятся волшебники, стены рушатся под напором вылетающих из палочки лучей, окна разбиваются с громким обиженным звоном. Но вскоре все заканчивается под аккомпанемент чудовищного мужского крика. Тишина окутывает одинокий домик в лесу, из которого медленно выходят люди в черных мантиях с высокими острыми капюшонами. Кирпичи здания все еще дымятся отчего-то. Свет внутри больше не горит.