Твоя путеводная звезда

Тренировка по лакроссу прошла вполне себе успешно, если не считать, разбитого лица Лиама по причине его постоянного чувства идти в вперед, и показать всем свои способности, а нытьё Стайлза, но здесь всё иначе: сегодня Стилински занимал позицию вратаря, и пропустил почти что все мячи, потому сейчас жалуется на несправедливость жизни, и отсутствие у него сверхъестественных сил. Мужская раздевалка. Кто-то переодевается, кто-то моется, а кто-то все еще выговаривает Скотту всю неправильность ситуации, как Стилински. Потому на открывающую дверь, на пороге которой появляется Кассиопея, и с уверенной походкой проходит внутрь — обратили все полуобнаженные парни в помещении. — Вообще-то, это мужская раздевалка, — начал возмущаться какой-то парень, пока все остальные, увлечённо смотрели на девушку, вернее, на её фигуру. — Да? Тогда почему я не вижу здесь мужчин? — фыркнула Хейл и посмотрела в сторону, откуда доносились хлопки. — Учитесь, как надо унижать людей, — на лице Финстока сияла улыбка, а в глазах читалось уважения, — А теперь серьёзно, Касс, что ты тут забыла? Небольшой закуток в раздевалке принадлежал тренеру. Ничего примитивного: рабочий стол, стул, какие-то небольшие шкафы и клюшка для лакросса, висевшая на стене. Кассиопея прошла внутрь и села на стол, взяв с него непонятную вещь, напоминавшую ей подставку для канцелярии. — Ты же не против, что какое-то время я поживу у тебя? Всё таки, ты мой отец, пусть и неофициальный опекун. И кстати, про опекунство. Если мне понадобится твоя помощь… я сама за ней приду. Я уже не та маленькая девочка, за которой нужно постоянно следить. — К чему ты клонишь? Тебя не устраивает то, что я о тебе забочусь? — Я клоню к тому, что я выросла и изменилась. Просто хочу предупредить, я больше не та пай-девочка. И возможно, у тебя будет много проблем из-за меня. — Что ты успела натворить? — Финсток тяжело вздохнул. — Пока — ничего. Но, если, я буду помогать МакКолу, и его супер-стаи, то обязательно найду приключения на задницу. — Кассиопея встала, направляясь к выходу. — Почему, ты, ведёшь себя, как последняя сука? Девушка остановилась в дверном проёме, повернув голову к своему недо-опекуну, сверкнула ярко-жёлтыми глазами. Ей не надо было говорить, чтобы Финсток всё понял. Да, она точно Хейл, точно племянница Питера.       

***

Школьная парковка. Кассиопея уже хотела побыстрее свалить из этого жуткого места, первый день в школе прошел ещё хуже, чем она представляла. На удивление всех, юная Хейл была отличницей, поэтому многие учителя закрывали глаза на её прогулы, и неподобающее поведение. Спускаясь, по ступенькам старшей школы, её окликнул знакомый голос МакКола. — Какого чёрта, ты себя так ведёшь? Нахамила Кире, затем Лидии! А с Мэйсоном мило болтала о жизни! — Я себя так веду?! Да, от твоей Кирочки, так и веяло негативом и этой сраной ревностью. Ты сам прекрасно знаешь, как я реагирую на таких людей, который снаружи кажутся милыми и добрыми, а в душе готовые тебя убить за то, что ты просто существуешь! — Кира не такая. — Такая, Скотт! Ты влюблён в неё по уши, и не чувствуешь её эмоции. Знаешь, почему? Потому что, когда ты рядом с ней ты слушаешь своё сердце. Ведь, стоит ей только улыбнуться и ты течёшь по ней, как малолетняя девчонка по какому-нибудь там Егору Криду! А я, в такие моменты, думаю головой. И уж, поверь, я знаю лучше тебя, что она чувствует. И в следующий раз, Скотт, думай головой, — Финсток показала средний палец МакКолу и направилась к своему матовому чёрному байку. — Касси, подожди… — Стилински был в замешательстве, — Скотт, что ты наделал! Мы хотели попросить её о помощи, а не выплеснуть на неё гнев, — раздражённо сказал Стайлз, но потом тихо, с ноткой сочувствия добавил, — ей же от этого больно. Скотт, она плакала.       

***

Мотоцикл летел по трассе, с бешеной скоростью. Кассиопеи было настолько тяжело, после, разговора со Скоттом, что она уехала, даже не надев шлем. Слёзы текли из её невинно-серых глаз, размазываясь по щекам, и улетая на ветру. Финсток ничего не видела, ничего не слышала. В ушах, с жгучей болью отдавались воспоминания о ссоре. Резко, из-за угла выезжает машина, и девушка быстро тормозит. Конечно, успехом это не увенчалось, поэтому байк был отброшен в сторону, а сама девушка была в нескольких сантиметрах от земли. Но, её поймали чьи-то сильные руки, крепко прижимая испуганную, слегка подрагивающую, Касси к себе. Из машины вышел растерянный Мэйсон, и замер, увидев неожиданную, по-своему интересную картину. Кассиопея подняла взгляд на своего спасителя, коим оказался Лиам. Его притягательные глаза, зелёного цвета, слегка отдающие медовым оттенком, выглядели взволнованными, собственно, как и весь парень. С головы до ног, он был напряжен на тот случай, если девушки понадобится помощь. Его глаза так завораживали девушку, что она боялась моргать, вдруг через миг все это исчезнет. Данбар же смотрел в глаза юной Хейл, не отводя взгляда. В её манящих серо-туманных глазах можно было заблудиться, бродить долгими днями и ночами, в поисках того самого выхода. Кассиопея выглядела такой испуганной, что ему хотелось оберегать её от всего. Между ними промелькнула искра. На долю секунды, глаза обоих стали ярко-фиолетовые, что не укрылось от Мэйсона, ожидавшего, когда они обратят на него внимание, но такое, видимо, случилось бы ещё не скоро. — Боже, Касси, прошу, прости меня, — все же, прервал их идиллию Хьюитт. — Я… я могу оплатить тебе ремонт байка, могу купить тебе новый, только прошу, прости. — Мэйсон, всё в порядке. И, если, ты уж, так, хочешь загладить свою вину, то можешь сходить со мной кое-куда, — поднимаясь, сказала Хейл. — Лиам, пойдёшь с нами? — Вопрос девушки прозвучал больше, как утверждение, поэтому парень мило улыбнулся, смущая своей обворожительной улыбкой Кассиопею. Что-то внутри девушки ёкнуло, и Лиам услышал, как сердце Финсток пропустило пару ударов. Ещё когда их глаза блеснули фиолетовой искрой. Конечно, она это заметила, конечно она знала, что это обозначает. Но знал ли он? Касси тоже услышала изменения в его сердцебиении. Да, и вряд-ли найдётся такой человек, или же существо, которое сможет скрыть свои чувства от эмпата, при том еще и оборотня. От самого себя — запросто. Просто положит их на самую верхнюю полочку в своём сердце, и постарается не вспоминать о них, пусть это будет тяжело и больно. Но, вот от такого, как Касси… да, это просто смешно. И не потому, что она оборотень или эмпат, а потому, что в первую очередь — она девушка. девушка, с чутким и любящим сердцем…