Пирсинг

Обычно он использовал подручные средства для наших встреч. В этот раз он тоже не изменил себе. В некотором смысле. Руки он мне связал моим же шарфом. Рот мне заткнули моими трусами. Чуть ли не с порога меня поставили на колени, оставив куртку и джинсы валяться в коридоре. Свитер стянули через голову, оставив на связанных руках. Я не любил, когда он начинал так себя вести, стоило мне лишь переступить порог. Обычно это значило, что он в настроении, что для меня означало очень долгую ночь и тяжелый последующий день. Он не одобрял, если я пропускал колледж после наших встреч. Даже если сил у меня на учебу не было, я обязан был ехать и вести себя как примерный пай-мальчик. Признаю, это того стоило, но я осмысливал это гораздо позже, поскольку на следующий день после наших игр я, обычно, был несколько занят своими не всегда самыми лучшими ощущениями и здраво оценить ситуацию не мог. Или, наоборот, именно тогда я и оценивал все здраво? Я посмотрел на полностью одетого мужчину. Хорош все же, сволочь. Даже при том, что частенько бесит до скрежета в зубах, с ним было по-кайфу проводить время. И, что самое лучшее — он мог меня удовлетворить, как и все мои запросы. Он называл их капризами, а мое поведение детским. При этом он не против был засунуть в меня свой член. В свои девятнадцать я выглядел скорее как мальчик, чем на свой возраст. Его устраивало. А меня устраивало то, что ему за сорок, он не требует от меня глупой возни, и четко знает, чего хочет. Меня привлекала его зрелость, его стильный костюм, в особенности галстук с серебряным зажимом, и то, как он со мной обращался. Сейчас на нем были черные брюки и голубая рубашка. Галстук он не снял, только заправил кончик в нагрудный карман, что придавало его образу продуманную неряшливость. Часы с кожаным ремешком обхватывали его запястье. На ногах красовались блестящие туфли. В таких он обычно ходил на приемы. Интересно, о чем он думал, расхаживая среди высокопоставленных гостей в туфлях, которые ему полировал языком его любовник? Во всяком случае, меня на такие приемы никто не приглашал, что меня не расстраивало совершенно. Хотя фантазировать на тему того, что бы я сделал, если бы меня когда-нибудь пригласил на прием этот мужчина, было очень возбуждающе. Он присел передо мной на корточки, слегка улыбаясь. Конечно. Я ж не просто так позволил себя скрутить. И с трусами во рту не просто так сейчас помалкивал. Я бы и сам не смог сказать, насколько мое сопротивление было игрой, а насколько — всерьез. Но он неизменно побеждал, после чего следовало мое «наказание». -Сегодня я хочу проколоть тебе твои милые соски, - его ладонь прошлась по моей груди, потеребила названную часть тела. Я просто замер под этой рукой. - Будут чудесные бусинки, прямо здесь. Но сперва… Его пальцы нажали с двух сторон от соска, как бы указывая, где будут бусинки пирсинга, а потом он потянулся к своему карману и извлек из него довольно крупный яйцевидный вибратор противного розового цвета. Даже два вибратора, соединенные проводками с одним пультом. Он включил пульт и довольно громкое жужжание разнеслось по комнате. Оказалось, что длины провода хватает как раз на то, чтобы положить беспрепятственно пульт на пол, а дрожащие в бешеном темпе штуковины прижать к моей груди. Легкое прикосновение к кончикам сосков было не с чем сравнить. Хотелось отстраниться, что я и сделал. За это розовое убожество с силой прижали к моей груди, сминая несчастные соски. Долго издеваться надо мной не стали, провели дребежжащую дорожку по животу, мельком пробежались по мошонке, и прижались к моей заднице. Я замер, напряженно всматриваясь в спокойное лицо мужчины передо мной, и при этом ничего не видя. Потому что он не медлил и совсем не использовал даже толику смазки. Вибрирующее яйцо, толщиной чуть больше большого пальца, насухую впихивалось между моих ягодиц в раскрытое, но неподготовленное колечко ануса. Лезло неохотно, с напрягом, царапая нежные стенки, но неумолимо под давлением жестких пальцев. Я ощущал, как преодолевает сопротивление мышц твердый дрожащий пластик, как начинает дрожать моя дырочка под напором электрической игрушки, и как сжимается колечко, когда проскальзывает внутрь яйцо. Один палец огладил не до конца сжавшийся проходик, прижал холодный проводок и слегка потянул его, заставляя сжаться. А потом к первому яйцу прикоснулось второе, подталкивая его глубже внутрь и занимая место у входа. Я сжался, прикрыв глаза, но второе яйцо впихивали куда сильнее и вошло оно быстрее. Вот его уже протолкнули пальцем глубже, чтобы я не выронил игрушку из себя. От вибрации у меня дрожало внутри. Яйца поджались и член предательски налился кровью, когда вибрация стала отбивать по простате. Я с трудом выпрямился и открыл глаза. Мужчина улыбнулся мне и похлопал по щеке. И без перехода стал выкручивать мне соски пальцами. Я замычал, выгнувшись от боли в сосках. При этом я сжался внутри и чертовы яйца пошевелились под давлением мышц. Отпустить меня это мужчину не заставило, он сжимал меня, выкручивал и оттягивал мои соски, царапал короткими ногтями. Левый втянул в рот, всасывая изо всех сил, лаская языком. Я не мог спокойно сидеть, ерзая по полу, пытаясь выкрутить руки из шарфа. Мой член раскачивался под собственным весом. Правый сосок варварски укусили, проигнорировав мой вскрик и не отпуская, даже когда я дернулся. Отпустили меня еще через какое-то время, наигравшись с покрасневшими, набухшими комочками. Полюбовавшись на след укуса и засос, он поднялся, чтобы взять с тумбочки тарелку, на которой в воде плавали кусочки льда. -Подтаяло немного, но нам и этого хватит. На разгоряченную кожу лед был особенно холодным. Капли сразу потекли вниз по животу. Я попытался отползти, на что получил предостерегающий взгляд. -К стулу привяжу. До утра. Я прикусил ткань во рту и остался на месте, когда лед вернули к моим соскам. Это было не так уж неприятно, просто не заводило. Член чуть опал от однообразия и холода. Даже вибратор в попе не помог. Внимания на это не обратили, просто извели весь лед и убрали тарелку. А потом достали жуткого вида щипцы с кольцами вместо зажима. -Не нужно делать такое страшное лицо. Мы с тобой быстро управимся. Хотя, признаюсь, раньше ничего подобного мне делать не доводилось. Я посмотрел на своего партнера. Зная его — он детально изучил вопрос. Безопасность и бла, бла, бла. Но только сейчас до меня дошло, что он в самом деле собрался проколоть мне соски. Причем собственноручно. До этого момента мы еще ни разу не прибегали к чему-то серьезному, что могло пустить мне кровь. У меня даже уши не были проколоты, а он сразу на соски замахнулся. Меня стало немного потряхивать. Ватка со спиртовым запахом прошлась мне по левому соску, вызывая странное ощущение. Холод еще не успел отпустить торчащую плоть и прикосновение было странным, но оно ощущалось в полной мере. На пол рядом опустилось блюдце с подготовленными штангами. -Сиди ровно, - велели мне, оттягивая кожу груди и захватывая мой сосок в кольцо щипцов. От вида иголки мне было не по себе. Ее поднесли к моему соску, чуть царапая. Наблюдать за тем, как в меня втыкают иголки я не смог и отвернулся, сосредоточенно дыша. -На счет три. Я вдохнул, приготовившись, и тут же замычал в ткань трусов, стискивая зубы, крупно вздрогнув всем телом, ощутив боль в груди. Он даже считать не стал! Просто воткнул иглу! Я задышал чаще, посмотрел вниз, на то, как набухают понемногу капли крови вокруг толстой иголки. Пальцы уверенно вставили кончик штанги в иглу, пропихивая ее дальше, вызывая этим весьма неприятные ощущения. Я неимоверным усилием остался сидеть ровно, не пытаясь отстраниться, потому что понимал, насколько мне будет хуже, если я сейчас пошевелюсь. Иглу убрали и на ее место прикрутили титановый шарик. И лишь после этого медленно разжали кольца, выпуская сосок. Я тут же согнулся, ощущая, как пульсирует болью налившийся кровью прокол. Капля крови потекла вниз по груди, к ребрам. Было больно, очень. -Сядь ровно, я не закончил, - голос был строгий и абсолютно равнодушный к моим страданиям. Я не мог даже представить, чтобы к моему соску, горящему и ноющему, прикоснулись еще. А о проколе второго не могло быть и речи. Я помотал головой. Меня взяли за волосы, заставляя выпрямиться и почти вплотную прижались к моему лицу. -Я сказал: сел ровно. Вибратор внутри задрожал сильнее, хотя казалось, что он и без того на максимальной скорости. И теперь ритм был другой: от слабого к сильному и обратно. Пока я отвлекся, меня уже взяли за другой сосок, быстро зажали в пыточные кольца и его. Я протестующе замычал сквозь ткань, с возмущением и слезами посмотрел на нависающего надо мной мужчину. Я уже не так сильно горел желанием покорно подставляться под иголки, тем более что заморозка почти сошла на нет и мне предстояло испытать весь процесс наживую. На этот раз он даже предупреждать не стал, притормозив только для того, чтобы примериться. Дернулся я довольно сильно. -Не двигайся, сосок порву, идиот. Замена иглы штангой была еще мучительнее. Металл втискивался нехотя, словно мой сосок решил не впускать в себя посторонние предметы, как девственная задница член. Но все же вторая штанга заняла свое место и второй шарик закрутили на его место. С этого соска кровь не текла, но болело не меньше. Я согнулся, пережидая, пока утихнет неприятное ощущение. Трусы у меня изо рта вытянули. Встали, убирая с пола инструментарий. Руки мне развязали и помогли стянуть до конца кофту. Заставили выпрямиться и убрать руки, которые я невольно прижал вокруг больного места. Смоченная ватка прохладой прошлась по горящим соскам, охлаждая и немного пощипывая. Стерла кровь с ребер. Пальцы мужчины осторожно погладили под соском и меня тут же притянули к себе, жестко целуя. -Чудесно. Меня завалил прямо на пол, сжимая одной рукой горло, а другой надрачивая опавший член. От вибрации в заднице и жесткого дерганья по стволу возбудился я быстро, извиваясь под крупным мужчиной. Преодолевая мое сопротивление, меня перевернули на живот, отчего я прижался к холодному ламинату грудью, проехавшись сосками. Бусинки клацнули по полу, прострелив болью, заставив меня дернуться подняться повыше в попытке избежать давления. Но на замену твердой поверхности пришли жесткие пальцы, безжалостно сжавшие припухшие, пульсирующие соски, оттягивая вместе с пирсингом. Это было правда больно, я вскрикнул, цепляясь за чужие руки. -Тебе очень идет, - прошептал мне на ухо этот мучитель. - В следующий раз проколем тебе язык. И он слез с меня, встал с пола и отошел к креслу, стоящему напротив прохода, в котором лежал я. Он сел, с наслаждением откупорив вино, стоявшее на стеклянном столике тут же, налил себе в бокал. Он даже ширинку не расстегнул. Я медленно поднялся и сел, стараясь даже дышать медленнее, чтобы грудь меньше пульсировала. Член был в полу-возбужденном состоянии, в попе вибрировали яйца, а мне хотелось просто сделать что-нибудь со своими сосками, чтобы они болели поменьше. Я потянулся их ощупать и мне в этом не препятствовали, просто наблюдая за моими осторожными пощупываниями. Соски болели, наливаясь огнем, пульсировали и словно потихоньку надрывались под собственным давлением, тогда как жесткие металлические штанги не давали плоти стянуться. Шарики уже нагрелись, на ощупь были гладкие, приятные, зажимая с двух сторон каждый покрасневший комочек. Когда я смог отвлечься от разглядывания и ощупывания своих сосков, то увидел, что мой партнер уже не так равнодушен. Он расстегнул ширинку и достал каменный стояк, расположив его на животе, приподняв рубашку, чтобы не запачкать. В такие моменты, видя его возбуждение, зная, что оно вызвано мной, я возбуждался и сам. Он видел, как я снова обретаю крепкость, и довольно улыбался. -Встань. Я послушно поднялся, но стоило мне просто потянуться, чтобы войти в комнату, как он тут же прикрикнул на меня. -Нет. Ты не будешь заходить в комнату. Еще не хватало, чтобы ты тут все запачкал. Возьмись за поручень. У него над косяком висел турникет. Я видел как он на нем подтягивается, но сегодня мне предстояло на нем немного повисеть. Я доставал только самыми кончиками пальцев до пола, если брался за поручни, но все равно покорно взялся за него руками, тут же ощутив, как натянулись проколы. Болью кольнуло и я посмотрел вниз. Все-таки второй сосок тоже решил покровоточить и сейчас капля стекала вниз. Мужчина поднялся из кресла, привлекая мое внимание. Подошел, предварительно заправившись в штаны, чтобы его хозяйство не раскачивалось, как маятник. Ослабив узел галстука, он снял его через голову, чтобы надеть на меня, только развернул концами к спине и не стал спускать ниже глаз, затянув туже. Так я видел все в строго ограниченную щель между тканью, и я предпочел мучиться и разглядывать все через полуприкрытые веки, чем закрыть глаза и ощутить в полной мере боль в сосках и вибрацию игрушки в заднице. Нежный поцелуй в губы был приятным, но неожиданным. Нечасто меня балуют поцелуями. -А теперь мы попробуем довести тебя до оргазма при помощи твоих сосков и простаты, малыш. Надеюсь, ты хорошо постараешься, тогда в конце получишь награду. Блядь. Вот так и знал, что будет какая-нибудь подстава. -Руки не отпускай, пока не кончишь, - с этими словами он двинулся вокруг меня и встал за спиной. Плечи завтра будут просто отваливаться. И задница. И соски. Ох, однозначно, меня ждет долгая ночь. В подтверждение моих мыслей один из проводов в моей заднице натянулся и яйцо потянули наружу. Я сжался от такого, и, если бы мог, еще и выгнулся бы, но я и так был вытянут в струну. Теплая ладонь легла мне на талию, придерживая. Пальцы огладили сжатое колечко ануса, где на грани вибрировало яйцо. Мужчина прижался к моему плечу лицом и прикусил кожу над седьмым позвонком. Яйцо преодолело сопротивление и выскользнуло наружу, а мой анус тут же сжался, еще сильнее сдавливая второе яйцо, оставшееся внутри. Я застонал. Определенно, это будет незабываемая ночь.