Сделка с дьяволом

Комната Мастера освещалась мягким светом луны. Блики красиво играли на лице мужчины. Он сидел на больничной койке, взгляд был прикован к ночному небу. Слезы больше не текли, лишь мокрые дорожки на щеках блестели в лунном свете. Мастер не заметил, лёгкая дымка струилась по полу, сгущаясь с тени и образуя стройный статный силуэт. Воланд оглядел помещение, остановив взгляд на заплаканном профиле лица Мастера. Смерть Маргариты сильно потрясла и без того искалеченную психику писателя. Владыка теней мягким тихим шагом преодолел расстояние до сидящего на койке шатена. Мужчина уже заметил тёмный край одеяния Воланда, но не посмел обернуться, когда владыка встал за его спиной. Дыхание участилось, плечи и кисти рук, мирно покоившиеся на голенях скрещенных по турецки ног подрагивали, Мастер чувствовал эту опасную мощь, исходящую от, стоящего за ним мужчины. Тело сковал страх и волнение, этот человек убил Маргариту и он знал, что Воланду ничего не стоит сжать руки на тонкой шее Мастера, ломая ее. Слезы вновь подступили к глазам. Мужчина слышал, как пружины заскрипели, а матрац прогнулся под тяжестью двух тел. Воланд встал на колени позади Мастера. Сильная прохладная рука коснулась спины шатена, рядом с шеей, начиная поглаживать. Мужчина испуганно вздрогнул, от прикосновения ладони, через полупрозрачную рубашку. Тихий полувздох полустон не остался незамеченным Воландом, владыка насмешливо усмехнулся, он продолжал бережно поглаживать ровную спину. Ладонь прошлась по позвоночнику вверх, по шее и закрылась в отросшие волосы, нежно, но требовательно оттягивая, заставляя запрокинуть голову.  — Не дрожи ты так. Я же не убивать тебя пришёл. — притворно ласково проговорил Воланд, касаясь холодными губами беззащитной шеи.  — Зачем же…тогда…вы здесь, мессир? — спросил испуганный Мастер, стараясь подавить предательскую дрожь. На щеках появился румянец, а сердце грозилось пробить грудь быстрее чем это сделает владыка. Тонкие пальцы Воланда массировали кожу головы, губы покрывали невесомыми поцелуями бледную шею. Он несильно укусил Мастера за мочку уха.  — Ты сам прекрасно знаешь, Мастер! — ответил тихим шёпотом владыка, опаляя чувствительное место за ушком горячим дыханием. Мастер знал, но до последнего не хотел верить. Холодные губы и горячее дыхание, контраст температур на коже заставил его шумно вздохнуть, размыкая сухие губы и сжимая ладони в кулак. Второй рукой Воланд принялся расстегивать пуговицы рубашки мужчины. Острые когти не до крови царапали бледную кожу. Владыка очень старался не ранить Мастера.  — П-прошу… хватит. — еле слышно проговорил писатель, по спине пробежал табун мурашек, когда Воланд опустил прохладную ладонь на его обнаженную грудь, сильнее прижимая к себе. Владыка провел рукой вверх по груди мужчины, осторожно, стараясь не поранить хрупкое тело, обвел ареолы сосков любовно прищипывая тёмные бусинки по очереди.  — Ах, Прошу… ммм… М-мессир! Ах! — первый сладкий стон сорвался с приоткрытых губ Мастера, когда Воланд как-будто случайно задел острыми когтями правый сосок. — Ммм… Прекратите, прошу вас. Воланд не обращал внимания на жалкие попытки Мастера уйти от прикосновений. Мужчина свесил ноги и резко поддался вперёд. Владыка не успел отстранить руку от чужой груди. Мастер, не сумевший удержаться на ослабленный ногах, теперь лежал на полу опираясь на локти. С груди писателя стекали тонкие струйки крови. Воланд рассмеялся смелой попытке человека. Через секунду мужчина уже стоял, опустившись на одно колено рядом с писателем. Тёмные волосы Мастера закрывали его смущенное лицо, только сейчас он понял насколько смешно выглядел в глазах владыки. Взмахом изящной кисти владыка собрал волосы писателя в низкий хвост, открывая его покрытое румянцем лицо. Мастер отворачивается от владыки, но его грубо хватают за подбородок заставляя повернуть голову, заглядывая в глаза.  — У нас договор. Ты помнишь, Мастер? — ласкал слух бархатный голос, коготь на большом пальце ведёт по нижней губе, эта мягкость со стороны владыки вынуждает отвести смущенный взгляд.  — Я… Я помню, Господин Воланд. — напуганный Мастер сел напротив владыки. Рубашка сползла с плеч мужчины. Он смотрел куда угодно, но не на Воланда.  — Сними! — приказал владыка. Сладкое томление, подобно мёду, растекалось в груди. Мужчина закусил губу и стянул с себя полупрозрачный кусочек ткани, откладывая в сторону, и старательно пряча запястья от чужего взора. Воланд посмеялся над попыткой что-либо скрыть от него, но раз Мастер решил поиграть он с удовольствием составит ему компанию.  — Дай мне руку. — Владыка протянул вперёд руку раскрытую ладонью наверх.  — М-мессир, я…  — Дай мне руку, Мастер! — повторяет приказ Воланд. Мужчина подчиняется. Хрупкое запястье чуть ниже свежих ран от лезвия обхватывает холодная рука.  — Господин Воланд, я… — Мастер не смог договорить, он тонул в ледяных глазах владыки теней, мужчина сглатывает подступивший к горлу ком. Воланд убирает руку с подбородка, писатель не опускает голову, он как завороженный смотрит в глаза владыки. Он щёлкает пальцами, Мастер оглядывается по сторонам, ничего не изменилось, хотя. Мужчина кладёт вторую руку себе на грудь стараясь вести нежно нащупывая раны, но кожа оказывается идеально чистой, как и запястья: больше не следа крови или порезов.  — Зачем? — Несмело спрашивает Мастер.  — Я выполнил свою часть договора, будь добр и ты выполнять свою! -Сердце пропустило удар. Мастер опустил голову не в силах смотреть и дальше в глаза владыки. — Я запрещаю тебе причинять себе боль! Мастер поднял взгляд, Воланд приблизился к лицу мужчины, оставляя между губами миллиметры пространства.  — Убейте меня! Прошу вас. — загнано прошептал Мастер в губы своего мучителя. Он хотел любви Маргариты, но от чего-то так любил прикосновения владыки, мужчина не знал что чувствует к Воланду, но смерть от его рук казалась ему самой лучшей.  — Ещё рано, Мастер! Ещё рано! — Воланд положил руку ему на затылок, притягивая к себе, вовлекая в осторожный поцелуй. Владыка ласково коснулся губами губ испуганного мужчины, успокаивая. Мастер закрыл глаза, отдаваясь во власть, державшего его владыки. Руки вновь принялись блуждать по хрупкому телу, касаясь самых чувствительных мест. Мужчина глухо стонал в умелых руках, теперь уже сам подставлялся под касания. Мастер обнял Воланда за шею прижимаясь к сильному телу, и пряча раскрасневшееся от смущения и стыда лицо в изгиб шеи владыки. Мужчина пропустил момент, когда с него стянули штаны. Воланд повалил на спину Мастера, но вместо холодного пола больничной палаты он приземлился на широкую, мягкую кровать.  — Ах! — робко вскрикнул мужчина. Воланд навис над ним, завёл его руки к изголовью, целуя тонкую шею, уже не оставляя засосов, а мягко и осторожно. Оторвавшись от нежного тела владыка отстранился разглядывая плоды своих трудов. Беспомощный Мастер с румянцем на щеках сейчас лежал под ним, смущенно сводя ноги, в отчаянной попытке скрыть возбуждение. Воланд проводит рукой от шеи по груди и животу, от чего тот податливо прогибался и тихо стонал. Одним властным движением владыка коленом развёл худые ноги в стороны, устраиваясь между ними. Воланд накрывает вставший член рукой, воздух резко выбивают из груди Мастера, он губами ловит стон писателя, накрывая его губы своими и вовлекая в страстный поцелуй.  — Я буду нежен, обещаю! — низким от возбуждения голосом заверяет Мастера владыка. Дождавшись удовлетворенного кивка, Воланд проникает в писателя одним пальцем.  — Мессир, постойте! — в страхе останавливает его Мастер — К-когти.  — Не бойся! — Владыка бережно касается щеки, мужчина льнет к нему, закрывая глаза, раз Мессир сказал ему не бояться, он не будет. Мужчина не заметил, как Воланд свободно двигал тремя пальцами. Под разочарованный вздох, он вытащил пальцы из тела писателя, быстро расправившись с брюками отбрасывает их вглубь комнаты, и заменяя их членом. Владыка двигался нежно, стараясь не причинять много боли, как и обещал. Вскоре Мастер сам старался насадиться глубже. Воланд изменил угол проникновения, выбивая из горла мужчины громкий стон. Закончив владыка вышел из тела писателя, ложится рядом с Мастером, помогая кончить. Писатель поворачивается спиной к владыке, давая себя обнять. Воланд прижал хрупкое тело к себе, целуя в шею.  — Ты больше не вернёшься туда. — владыка ласково гладит Мастера по волосам.  — Я боюсь  — Я знаю. Спи спокойно, больше тебя никто не тронет! — Воланд любовно поцеловал макушку писателя. Так они и уснули.