Шерлок и дело о мертвой улитке

- Шерлок, какого черта! Почему у меня в чае плавает мертвая улитка?.. Шерлок сидел в гостиной в позе лотоса и водил тонкими бледными пальцами, рисуя в воздухе какие-то загадочные символы. Когда Джон зашел в комнату, раздраженно вглядываясь в свою чашку, гениальный детектив соизволил приоткрыть один глаз и этим глазом, полным лондонского тумана, посмотрел на Джона со смесью снисхождения и скуки. - Эксперимент, Джон, - лениво промурчал он, снова опуская веки. Джон остановился посреди комнаты, нервно сжимая кулак одной ладони, той, в которой не было улиточного чая. - Неужели? И в чем же он заключается? Хочешь заставить нас страдать? – с раздражением спросил он, поднимая брови. – Я, между прочим, чуть ее не проглотил! – добавил он запальчиво. Шерлок на это тяжело вздохнул, закатывая глаза, и ловко принял сидячее положение. Выпрямившись, он посмотрел на Джона и уже открыл было рот, чтобы, без сомнения, в уничижительном духе дать объяснение своему поступку, но Джон резко поднял руку в предупреждающем жесте: - Нет, молчи, не желаю ничего слышать. Впредь, когда будешь проводить свои «эксперименты», не забудь предупредить об этом простых смертных, - едко закончил он. На лице Шерлока было написано нечто вроде «И снова приходится метать бисер перед свиньями». - Джон, это непоследовательно, - невозмутимым тоном заметил он, и собирался сказать что-то еще, но Джон уже не слушал. - Кому какое дело! – бросил он, разворачиваясь и, чеканя шаг, вышел из гостиной. Он был невероятно горд, что поборол искушение выплеснуть свой испорченный чай прямо в надменную физиономию соседа. Шерлок же так и остался сидеть на диване, вытянув свои невозможно длинные ноги и несомненно размышляя о том, как сложно объяснить суть своих гениальных решений тем, кто уступает ему в интеллектуальном плане. На следующий день большая, жирная улитка обнаружилась на перилах их лестницы. Джон смахнул ее, когда поднимался наверх, и лишь случайно заметил крохотное тельце, которое упало на пол кверху раковиной. Он медленно наклонился и поднял улитку, которая неспешно развернулась у него на ладони. Секунду Джон и улитка просто смотрели друг на друга. Улитка шевелила своими рожками и выглядела вполне дружелюбно, насколько это возможно представить, если речь идет о брюхоногих моллюсках. - Тебя он тоже тиранит, да? – тихо спросил Джон улитку. Она, как и следовало ожидать, загадочно промолчала. Сверху доносились истошные рыдания замученной скрипки. Джон начал подниматься по лестнице, осторожно держа перед собой вытянутую ладонь. Добравшись до гостиной, он увидел Шерлока, который сидел в кресле и самозабвенно лупил смычком по струнам. - Шерлок, ты испортишь инструмент, - утомленно произнес Джон, качая головой, и они с улиткой снова переглянулись. Внезапно в голову Джону пришла безумная идея – а почему, собственно, и нет?.. Уже несколько раз Шерлок срывал его свидания с разными девушками под предлогом того, что обнаружил интересную зацепку в расследовании. Джон был невероятно терпелив, но, как любому нормальному мужчине, ему тоже хотелось расслабиться и хотя бы иногда заняться, наконец, простым человеческим сексом. Помедлив мгновение, Джон вплотную подошел к соседу и, протянув руку, высадил своего рогатого пассажира прямиком на шевелюру Шерлока. И тут Шерлок отреагировал неожиданно. Он уронил смычок со скрипкой на кресло и схватился за свои роскошные каштановые кудри. Джон невольно засмеялся. Он всегда знал, что Шерлок трепетно относится к своим волосам, пусть тот и не акцентировал на этом внимание. Сейчас же на его бледном скуластом лице выражалась крайняя степень беспокойства. - Джон! – почти взвизгнул детектив. – Вытащи ее оттуда, вытащи! Это вовсе не смешно... - обиженно прошипел он. - Позволю себе не согласиться, - воскликнул Джон, смеясь, но улитку все же решил извлечь. – Убери руки, я сейчас. И он запустил ладонь в мягкие, шелковистые шерлоковы кудри. Осторожно вытащив ошалевшую от таких приключений улитку, он продемонстрировал ее Шерлоку, который бросил на нее косой взгляд и пригладил волосы. - Видишь, это не смешно, только когда ты становишься жертвой, - поучительно изрек Джон, располагаясь в кресле напротив и раскрывая вечернюю газету. Шерлок раздраженно фыркнул и, надувшись, отвернулся. Джон попытался сосредоточиться на газете, но из головы никак не уходили мысли о благоухающей шевелюре Шерлока и его расширившихся от испуга серых глазах. Через пару дней ситуация начала выходить из-под контроля. Улитки расползлись по всей квартире: Джон то и дело находил их то в ванной, то на книжной полке, и, что было уже совсем из ряда вон, в собственном столе, где он хранил свой незаменимый Sig Sauer. Шерлок же как ни в чем не бывало расхаживал по квартире в своем темно-синем шелковом халате на голое тело и от скуки палил в стену. Кажется, присутствие улиток смущало его лишь тогда, когда те пробирались к нему в волосы* или начинали путаться под ногами. - Шерлок, ты решил устроить у нас улиточную ферму? – крикнул с кухни Джон, открывая холодильник и сталкиваясь взглядом с улиткой, сидевшей на куске голландского сыра. Ответа не последовало, вместо этого раздался очередной выстрел. Джон спешил на работу, и необходимость отряхивать свежий сыр от нашествия брюхоногих просто выводила его из себя. Вчера он пошел на очередное свидание, и молоденькая симпатичная Люси была крайне удивлена, когда из кармана Джона на свет выползло склизкое брюхоногое чудище. Потом еще пара улиток вылезли на огонек во время их поцелуя в кинотеатре. Девушка завизжала, не понимая, что ползет по ее руке, и свидание было благополучно сорвано. Девица умчалась, словно маленький взбешенный смерч, на ходу бросив Джону, что еще не встречала таких фриков. Джон проснулся от очередного кошмара о войне. Приглядевшись, он увидел, что на его столе сидит улитка и сверлит его взглядом. Ее рожки забавно подергивались в лучах восходящего солнца. «Пожалуй, это уже перебор», - осознал вдруг Джон и решительно поднялся с кровати. Когда он спустился на этаж Шерлока, дверь в спальню детектива была приоткрыта. Джон был хорошо воспитан, поэтому не стал открывать ее с ноги, хотя искушение было достаточно сильным. Он осторожно заглянул в комнату. Шерлок сидел на постели, держа в руках телефон, и что-то лихорадочно печатал. Его лицо в мерцающем свете экрана выглядело пергаментно-бледным. - Шерлок, так не может больше продолжаться, - произнес Джон, входя в комнату и вставая в свою «непреклонную» позу. – Ты должен убрать этих улиток из нашего дома, пока они еще не заползли в такие места, из которых я бы не хотел их вытаскивать. Шерлок продолжал что-то бешено печатать, нажатием клавиш телефона еще больше нервируя и без того доведенного до белого каления Джона. - Эксперимент еще не завершен, - между тем отстраненно заметил Шерлок, на секунду отрываясь лишь затем, чтобы заглянуть в какие-то заметки у себя в тетради. – Лестрейд пишет, что у него появилось новое дело. Женщину нашли мертвой в круге бензина с камелией во рту. Джон изо всех сил постарался не реагировать на этот леденец, которым Шерлок пытался отвлечь его, словно малое дитя, от темы разговора. - Шерлок, - сделав над собой усилие, продолжил он, - улитки. Избавь меня от них. Черт возьми, да прекратишь ты наконец печатать! – наконец взорвался он, не выдержав неутомимого стука клавиш. – Я пытаюсь поговорить с тобой! - … И я прекрасно тебя слышу, - с невозмутимым видом заметил несносный детектив, наконец откладывая телефон и поднимая взгляд на своего соседа. – Джон, ты не понимаешь. Улитки – удивительные существа. Ты знал, что они появились на земле около 600 миллионов лет назад… - Да мне плевать! – завопил Джон, размахивая руками и позволив себе зайти дальше в спальню Шерлока. Он бывал здесь и раньше, но ни разу не продвинулся дальше порога. Комната выглядела просторной и очень, очень аскетичной. Здесь не было ничего, кроме кровати и стенного шкафа, минимум одежды, минимум признаков, которые бы намекали на владельца помещения, его характер, увлечения. Гостиная и та могла рассказать о Шерлоке Холмсе куда больше, чем его суровая обитель. Когда Джон перешел на крик, глаза Шерлока едва уловимо расширились, он оживленно наблюдал за гневом Джона, словно ученый за подопытной мышью. - Джон, - заметил он назидательным тоном, плавно поднимаясь с постели и направляясь к соседу, как кошка, точеными, гибкими шажками. Остановившись прямо напротив, он внимательно заглянул ему в глаза. – Неужели ты не понимаешь – ты же умен, Джон, даже когда с трудом соображаешь, – улитки – это только предлог. - О чем это ты говоришь? – с сомнением произнес Джон, невольно напрягаясь. Шерлок стоял к нему вплотную, и Джон мог ощущать его дыхание: яблоко, которое Шерлок, видимо, съел на завтрак, черный кофе и лондонский туман. Он знал, какие мягкие на ощупь эти кудри, знал, черт возьми, благодаря всем этим улиткам, которых Шерлок расселил в их резиденции на Бейкер-стрит. Это знание было ему столь же необходимо, сколь важны были сведения о происхождении брюхоногих, и все же… все же он завороженно слушал, что Шерлок скажет дальше. - Дело совсем не в улитках, - между тем гнул свою линию Шерлок, и в его глазах загорелся опасный огонек. Огонек, который прежде ассоциировался у Джона с ожиданием в темных подворотнях, с лихорадкой расследования, с воздухом, свистевшим в ушах, когда они проносились вместе по улицам Лондона в поисках очередной улики. Со всем, что будоражило Джона, заставляло чувствовать себя живым. - В чем же тогда? – бросил он, с вызовом поднимая подбородок и встречаясь глазами с Шерлоком. - В недовольстве, Джон. Ты недоволен тем, что, как настойчиво ты бы ни двигался к цели, она все время ускользает от тебя. Улитка ползет вперед, всегда оставаясь позади, но между тем она преодолела большой путь. Джон поднял брови. - Ты в курсе, что только что сравнил меня с улиткой? – спросил он, скрещивая руки на груди. – К чему все это, Шерлок? - К тому, - неумолимо продолжал Холмс, - что ты в отчаянии. Сколько бы ты ни встречался с женщинами, это ни к чему не приводит. - Это потому, что все время, все долбаное время ты срываешь мои свидания, даже тогда, когда тебя самого рядом нет! - Загляни внутрь себя, Джон. Ты на правильном пути, но как всегда сделал неправильный вывод. Что тебе мешает? - Ты, Шерлок. Ты мне мешаешь! – не выдержал Джон. – Если бы не ты… - То что? – спросил детектив, глядя на него в упор. – Что, Джон? – отчетливо, раздельно произнес он. Джон секунду смотрел на него в ответ, на это невозмутимое лицо, на эти изящные полные губы, на выразительную дугу Купидона, которую хотелось проследить языком… - Не знаю, - наконец устало ответил он, качая головой. – Я не знаю, Шерлок. Черты лица Шерлока неуловимо смягчились, губы тронула торжествующая улыбка. Джон бы непременно заехал ему по этой соблазнительной улыбке, но у него просто не осталось сил. Перепалки с Шерлоком отнимали у него много энергии, но в то же время затягивали как наркотик. Он никогда не умел вовремя остановиться. Так они и танцевали вокруг да около. То медленный вальс, заставлявший калейдоскопом мелькать звезды у них над головами, то жаркое танго – где третьей была смутная женская фигура, всегда в расфокусе, всегда где-то с краю панорамы… Этот танец длился всегда и никогда, он растекался по вечности словно патока, словно сладкий мед, и рассыпался на миллионы звездных осколков. Джон повернулся, чтобы вернуться в свою комнату, но Шерлок остановил его, схватив за руку. Обернувшись, Джон увидел странную картину: на лице Шерлока застыло какое-то растерянное, смущенное выражение, словно он впервые в жизни не знал, что сказать, не понимал, как ему следует поступить. - Снова кошмары? – тихо спросил Шерлок. Джон едва уловимо кивнул. Детектив опустил взгляд, на прозрачном атласе затрепетали темные густые ресницы. - В моей комнате нет улиток, - произнес он еще тише. Джон застыл: никогда еще желаемое не было так опасно близко, стоит только протянуть руку. Но вдруг он все не так понял, не мог же Шерлок иметь в виду то, что он, Джон, подумал… И тут Шерлок, несмело, словно трепетная лань, и не отпуская руку Джона, потянулся к нему и робко поцеловал в губы. Поцелуй получился смазанным, неуклюжим, но Джона в этот момент такие мелочи мало интересовали. Ему потребовалось ровно пять ударов сердца, чтобы ответить на поцелуй, углубить его, раздвигая языком пухлые губы. Шерлок издал горлом звук, одновременно напоминающий хныканье и урчание. Джон улыбнулся, продолжая целовать глупого детектива, притягивая его ближе и запуская ладонь в роскошные ароматные кудри. Их тела соприкасались, рождая одновременно светлое чувство восторга и томительное предвкушение. - Я забыл кое-что сказать, - прошептал Джон, с неохотой отрываясь от заалевших от ласки губ. - И что же? – приподнял бровь Шерлок. Джон выдержал драматичную паузу, чтоб только увидеть на лице несносного детектива нетерпеливое выражение. Но долго мучить его (и себя) он был не готов. - Ты идиот, - наконец пробормотал он, утягивая Шерлока в еще один медленный, сладкий поцелуй. Он очень надеялся, что комната Шерлока действительно была запретной территорией, но все же был благодарен улиткам за то, что они так неожиданно подарили ему счастье, на которое он не мог и рассчитывать. *От английского «to get into somebody’s hair» - путаться под ногами, дословно «забраться кому-то в волосы».