Here we go Loopty Loo

_________________________ Петля #11 _________________________

Мидория подождал, пока все соберутся, прежде чем спросить всех присутствующих. — Должен ли я беспокоиться, что Незу предложил сделать меня своим личным учеником? — Чтоаааа? — взвизгнул Каминари. — Как, чёрт возьми, это произошло? — Мидория уронил один из своих аналитических журналов перед директором, и он начал его читать, — вздохнул Иида. Урарака промычала в знак согласия. — Он едва успел открыть рот, прежде чем ему сделали предложение. — Я не знала, что Незу может заметно побледнеть, керо, — медленно кивнула Цу. — Простите? — приподнял бровь Айзава. Бакуго фыркнул, лениво потягиваясь. — Кто-нибудь из вас, идиотов, когда-нибудь читал, что Мидория постоянно пишет в своих чёртовых блокнотах? — Да, — невозмутимо отвечают Иида, Урарака, Цу и Тодороки, в то время как остальные в комнате дают различные отрицательные ответы. — Мне стоит волноваться? — Айзава вздохнул, потирая глаза, для этого было слишком рано, они ещё даже не добрались до Спортивного Фестиваля, а уже вели себя как гремлины. — Зависит от обстоятельств, — фыркнул Бакуго. — Либо слегка обеспокоен, либо до мокрых штанов обеспокоен, в зависимости от того, что он прочитал. — Ни один из моих разборов не настолько хорош, я сомневаюсь, что в этом есть необходимость… — пронзительно закричал на это Мидория. — Это была запись о Каминари, — вмешался Иида, с любовью закатив глаза, — я немного читал и, честно говоря, в ужасе. — Ах, так что мы ближе к тому, кто, чёрт возьми, думает о таких вещах. — Хэй… — Что, чёрт возьми, ты там обо мне написал? — спросил Каминари, сморщив лицо в замешательстве. — Ничего плохого, просто… Тодороки выхватил блокнот из рук Мидории и открыл его на нужной странице. «Гражданское Имя: Каминари Денки Имя героя: Разряд молнии Причуда: Статический заряд, способность заряжаться и производить электрические импульсы из своего тела. Преимущества: Создает естественный защитный щит вокруг него, когда он активен, наиболее практичен на близком расстоянии, но снаряжение поддержки может позволить вести бой на большем расстоянии. Свет, излучаемый его причудой, дает ему преимущество перед причудами, основанными на тени или темноте. Причуды на водной основе также не выгодны с ним по очевидным причинам. Недостатки: Нет контроля направления после определённого напряжения, что создает опасность для его союзников, если они окажутся слишком близко. Причуды, связанные с резиной, стеклом, деревом или любым другим изолятором, имеют над ним огромное преимущество, особенно если они являются причудами мутантов. Предел напряжения и последующее короткое замыкание его мозга в результате, по понятным причинам, является его самой большой слабостью.» — О’кей, — присвистнул Каминари, — Неплохо, хотя сейчас у тебя было бы немного больше на меня. — О, у него есть, — возразил Тодороки, — я только что закончил вступительную часть. — Вступительную? — спросила Момо. — Хотя это была довольно хороший разбор его причуды. — Это именно то, что я написал к этому времени во время первого цикла. Я вряд ли смог бы записать то, что мне не положено знать, если бы я действительно знал тебя всего две недели, — возразил Мидория, сильно покраснев. — Вряд ли это так хорошо продумано. Айзава выглядел потрясённым. — Ты смог понять это, увидев его причуду в действии только в нескольких контролируемых условиях? Проблемный ребенок, обычно профессионалу требуется довольно много времени, чтобы описать то, что у тебя уже есть, и ты говоришь мне, что понял больше? — Вот тебе и ботаник, — съязвил Бакуго, когда все глаза повернулись, чтобы посмотреть на Деку, который покраснел и заикался. — Дай-ка угадаю, там также есть раздел о способах применения, разбитый на героические и злодейские категории, и инструкции по устранению. — Ты забыл теории о том, как работает его причуда, — хмыкнул Тодороки. — Чёрт, я знал, что что-то упускаю. — О каких предложениях мы здесь говорим? — спросила Мина. — Денки уже довольно силён. Тодороки бегло просмотрел дневник. — Пример для героики, и я не читаю все 86 примеров, заключается в том, что мы могли бы обучить Каминари быть дефибриллятором, если бы он тщательно изучил систему кровообращения. — Это было бы отличное техника для спасения, — задумчиво произнес Айзава, почти боясь задать следующий вопрос. — А как насчёт злодейских способов применения? — Из 117 предложений, — комната побледнела от номера, который зачитал Тодороки. — Электричество — это страшно и смертельно опасно, хорошо! — Спасибо, Мидория, но, как я уже говорил, #41 «Каминари может использовать меньшие, более индивидуализированные атаки на человека, чтобы поджечь его нервы в грубой форме «промывания мозгов», или сильнее, чтобы вызвать массивные припадки и кровоизлияние в мозг». Или у нас есть #59 «Ему было бы очень легко остановить чьё-то сердце или вызвать у него аритмию, так что было бы почти невозможно отреагировать, прежде чем умрёшь». Тишина, воцарившаяся в комнате, когда они пытались понять, как Мидория только что… Почему он придумал эти способы использовать причуду Каминари в течение двух недель после знакомства с ним? Шинсо пришёл в себя первым, бросив игривый взгляд на Мидорию. — О, мы снова вернулись к «Промывание мозгов — это по своей сути зло»? — Нет! — тут же возразил Мидория. — У твоей причуды много героических применений, у меня уже более 100 из них перечислены в моём журнале. С другой стороны, если бы Каминари сделал это, ему понадобился бы специально изготовленный предмет поддержки или даже вынудить бы цель провести небольшую операцию на мозге, чтобы сделать это правдоподобным, и всё же есть гораздо более высокий шанс, что он убьёт их, а не будет контролировать их, так что, если бы он промыл кому-то мозги, вред в значительной степени перевесил бы возможную пользу, которую это могло бы принести, поэтому его версия была бы чем-то, что я мог бы представить только злодею. — Я держу тебя как можно дальше от Незу, — решил Айзава, — Ты и без него достаточно страшен… развивая свои способности. — Я вообще хочу знать, каковы ваши «инструкции по устранению»? — Ты хочешь, чтобы тебе снились кошмары о твоей собственной гибели от рук Мидории? — посмотрела на него Цу. — Не могу сказать, что это первое место в моём рождественском списке. — Тогда больше не спрашивай, керо.

_________________________ Петля #31 _________________________

Когда Даби не появился в тренировочном лагере, класс, наконец, понял, почему Тодороки казался более подавленным, чем обычно. Тойя Тодороки не просто пропал без вести и считался мёртвым, как во всех предыдущих циклах. Нет, Тойя Тодороки был мёртв, его тело наполовину кремировалось из-за «чрезмерного использования причуды» прежде, чем пожарные машины и скорая помощь смогли добраться до поместья Тодороки, которое медленно пожиралось оранжевым пламенем. Но погиб не только Тойя, Рей Тодороки тоже пропала в этой временной шкале, предположительно сбежала из-за психической нестабильности, но прошло уже десять лет с тех пор, как её кто-то видел. У Фуюми и Нацу были видны шрамы, и никто из луперов не мог вспомнить, были ли они у них в предыдущих петлях или нет. Последний гвоздь в крышку гроба был вбит, когда мальчики случайно увидели Шото без рубашки. Каждый из них проходил через петли, когда они чувствовали себя более застенчивыми, чем другие, будь то шрамы, транс-черты или просто общее застенчивое половое созревание, поэтому они не очень задумывались о том, что он ускользал от них в раздевалках, чтобы переодеться. Шрамы, слишком много, чтобы сосчитать, покрывали грудь и спину мальчика, опускаясь ниже верхней части его штанов, говоря им, что его ноги, без сомнения, были в таком же состоянии, всё ожоги, которые он поспешно пытался выдать за чрезмерное использование причуд. Они знали лучше после более чем девяноста лет, проведённых с подростком. Все его шрамы были ожогами от огня, если бы они действительно были от его причуды, то шрамы на его правом боку были бы шрамами от обморожения, а не от огня. Казалось, что в этой временной шкале Старатель был ещё хуже. Ну, вы же не могли ожидать, что класс ничего не сделает, не так ли? Ни тогда, когда они постоянно враждовали с этим человеком, ни тогда, когда их друг был ранен. Как только Мидория увидел шрамы, он снова натянул рубашку униформы и вышел из раздевалки. — Сэнсэй, я беру отгул до конца дня и, возможно, завтра, — сказал подросток тихим ровным голосом. — Причина? — По личным причинам. — Ты знаешь, что это не сработает для Незу. — Тогда придумайте что-нибудь, я собираюсь позаботиться о чём-то с разрешения или без разрешения и под предлогом отсутствия. Айзава посмотрел на подростка и заметил напряженные плечи и мрачное выражение его лица. — Иди. Он не узнал, что его так разозлило, пока Иида не вышел после урока и не сообщил ему о развитии случившемся приглушенным шепотом, Шота пожалел, что не помог Мидории. Но, похоже, ему не нужна была помощь. На следующий день, незадолго до обеда, телефон Айзавы зазвонил — безошибочно узнаваемый звуковой сигнал «HeroNet». Это приложение было чем-то, о чём студенты не должны были узнавать, пока не пройдут экзамен на предварительную лицензию, но теперь все они знали о системе, созданной для оповещения героев о деятельности злодеев, прессы или даже просто чрезмерно рьяных фанатов. Они могли просить о помощи, отвечать на звонки или даже сообщать другим героям о путях, которыми они могли бы воспользоваться, чтобы избежать бешеных толп репортеров, болтающихся за пределами агентств. Взглянув вниз, он увидел, что это был Зелёный код, СЗ-проблема. Тогда это не его проблема, так почему же его пометили в посте? Быстрый просмотр остальной части сообщения заставил его прикусить язык, из-за чего его класс, которому уже было любопытно, наконец нарушил тишину. — Что происходит, сэнсэй? — спросил Токоями. — Проблема со злодеем? — Связи с общественностью, — проворчал он, сверкнув глазами в сторону Шото. — Кто-то только что выложил массивный документ из более двухсот страниц достоверно цитируемого анализа, основанного на исследованиях, на все форумы для обсуждения героев, а также во все социальные сети, ориентированные на героев, и отправил в несколько крупных новостных станций по всей Японии под названием «Как система ранжирования героев позволила Герою номер два уйти от домашнего насилия и убийств». В комнате воцарилась тишина, прежде чем глаза Бакуго сузились, и на его лице появилась дикая ухмылка. — Деку. Комната замерла, а Айзаве пришлось сдержать ухмылку, когда они все поняли, что не видели Мидорию почти двадцать четыре часа. Мог ли он действительно провернуть что-то подобное за такое короткое время? Единственный ответ, к которому они могли прийти, был «Да, да, он мог», и они не сомневались, что он это сделает, в конце концов, на кону был друг. — Он был размещён совершенно новым аккаунтом на каждом сайте, в пиковые часы активности каждой социальной сети без указания автора. Прошло меньше часа, и уже #СтарательУблюдок в тренде. Меня пометили, потому что, по-видимому, пресса уже пытается связаться с Шото ради заявления. — Они действительно слушают? — прошептал Тодороки, недоверие раскололо его обычно пустую маску. Несмотря на то, что они знали причину этих слов, это не помешало комнате поморщиться. Это не было похоже на то, что Тодороки не пытались обратиться за помощью в предыдущие разы, но когда всё общество говорило вам, что кто-то был хорошим человеком, было трудно думать, что дети не преувеличивали. Даже Рей не повезло после того, как она попала в больницу, так как Старатель передал её на попечение врачей и медсестёр, которые слишком охотно брали взятки, которые он предлагал за их молчание. — Только злодеи и идиоты оправдывают убийство, особенно Семейное, — сказал Айзава, насколько мог бесстрастно, пытаясь не подавлять подростка. — Он падёт, даже если всем нам придется лично разорвать его на части атом за атомом. Очевидно, это было слишком для мальчика, так как слёзы начали собираться в его глазах. Он быстро добрался до стола своего ученика и крепко обнял его, когда его плечи начали трястись. — Класс на сегодня распущен в связи с неожиданными новостями, — объявил он, не отрывая взгляда от мальчика на руках, нежно обхватив его за шею. — Возвращайтесь в общежитие, никому не разрешается покидать кампус или разговаривать с прессой. Они тихо начали собирать вещи, и через минуту комната была почти пуста. Урарака, Иида и Цу отстали, обменявшись несколькими взглядами, прежде чем розовощекая девушка встала рядом с Айзавой и нежно провела рукой по спине Шото. — Ты хочешь вернуться с нами в общежитие, Шо? Он покачал головой, и Иида задал еще один вопрос: — Ты хочешь, чтобы мы оставили тебя здесь с Айзавой? Ещё одно покачивание, и все трое медленно заняли места вокруг стола мальчика, Цу сделал быстрый крюк, чтобы запереть дверь комнаты, предлагая молчаливую поддержку, когда его плечи начали трястись сильнее, тихие рыдания эхом разнеслись по комнате. Айзава не был уверен, как долго они просидели молча, за исключением стихающего плача Тодороки, прежде чем раздался стук в окно. Иида вскочил и быстро открыл его, когда они увидели, что Мидория машет им рукой. — Деку, — прошипела Урарака. — Мы на третьем этаже, почему ты лезешь в окно? — Дверь была заперта, и я хотел убедиться, что с Шото всё в порядке. Айзава закатил глаза. — Ну, давай спросим, как дела, малыш? — Устал. — Вполне понятно, — предложила Цу. — Ты хочешь задержаться здесь подольше, керо? Он замолчал на секунду, прежде чем оторвать лицо от груди Айзавы. — Нет… Мы можем вернуться в общежитие и… Студенты не дали ему сомневаться дольше секунды. — Как насчет киномарафона? — предложил Иида. — Это было бы хорошим отвлечением, и мы могли бы перекусить! — Хорошо. — Ты можешь дойти туда? — прищурившись, Айзава посмотрел на мальчика. — Я… — На самом деле мне всё равно, я не позволю тебе идти, — передумал Айзава, увидев, как переменилось лицо его ученика, вместо этого он встал и согнул колени, повернувшись спиной к мальчику. — Запрыгивай, гремлин. Это красноречиво говорило о психическом состоянии Шото, когда он, не колеблясь, обнял своего учителя за плечи, позволив Шоте схватить и поднять его за бёдра. Иида схватил вещи Шото, в то время как Мидория и Урарака схватили вещи Айзавы, Цу придержал дверь в класс и открыл её для всех, пока они медленно шли обратно в общежитие, квартет заполнял воздух тихой болтовней. — Спасибо, — вмешался Тодороки, прежде чем они прибыли, заставив остальных замолчать. — Всем вам за то, что сделали это, и Изуку я… я не думаю, что смогу достаточно отблагодарить тебя, я не думаю, что моя семья когда-нибудь сможет отплатить тебе за это, независимо от того, сколько петель мы пройдём. Они будут беспокоиться о средствах массовой информации и возможных последствиях того, что они покажут миру, насколько на самом деле была развращена система ранжирования героев позже. Они будут беспокоиться о том, как этот цикл изменится и трансформируется, беспокоиться обо всём остальном позже. А пока Айзава ободряюще сжал ногу своего ученика, пока Иида гладила его по волосам, Цу позволила своему языку обхватить его бицепс, Урарака легко провела рукой вверх и вниз по его боку, и Мидория одарил его самой яркой улыбкой, на которую он был способен. — Для этого и существует семья, Шото.

_________________________ Петля #68 _________________________

устранитьнедостаток: Я собираюсь сделать что-то немного глупое ДайМнеПоспать: Проблемный Ребёнок устранитьнедостаток: не волнуйтесь, я получил разрешение от Яги ДайМнеПоспать: это не добавляет мне уверенности устранитьнедостаток: Я уже восемь раз был героем без причуды, всё будет хорошо ЛСД: ПРОСТИТЕ???? устранитьнедостаток: не беспокойся об этом Саник: Мидория, Не надо устранитьнедостаток: УЖЕ Сэр Ночной Глаз был удивлён, но не огорчён, увидев, что Мирио ждёт его, когда он выходил из больницы, предлагая отвезти его в агентство, чтобы он мог захватить несколько вещей, которые ему нужны, прежде чем отправиться на обязательный постельный режим дома. Прошло несколько недель после налета на Ши Хассайкай, и ему потребовалось почти столько же времени, чтобы привыкнуть к обрубку левой руки, который у него остался, но он был благодарен, что остался жив после ожесточённой битвы с Восстановителем. Удивительно, но он не видел своего ученика с конца первой недели, но он предположил, что это было связано с маленькой девочкой, которую Мирио удалось спасти вместе с Деку. Герой Предвидения не решался признаться в этом, но наблюдение за тем, как мальчик полностью раскрыл потенциал «Один за всех», заставило его увидеть искру, о которой говорил Тошинори, раскрывая свой выбор преемника Ночному Глазу. Робкий мальчик вышел за рамки всего, что он видел раньше, подталкивая себя к грани, и всё ради маленькой девочки. Он изменил будущее, которое Мирайя всегда считал высеченным в камне. Он всё ещё чувствовал, что Мирио был лучшим выбором для силы и мантии, но он полагал, что мальчик не был лишён морали и идеалов, необходимых для того, чтобы стать преемником Символа Мира. — Знаешь, — начал Мирио, когда они шли через агентство, направляя Мирайя в частный спортзал героев по странной причине, — я всегда удивлялся, почему ты выбрал меня своим стажёром. Ночной Глаз был застигнут врасплох. Он никогда не знал, что подросток сомневался в том, почему он взял его в ученики, хотя это было понятно, учитывая, что, хотя у Ночного Глаза было несколько помощников, Мирио и Мидория были единственными героями-стажёрами, которых когда-либо брало агентство. Сначала он предположил, что это было эгоистично, выбрать Мирио учеником под его руководством, чтобы подготовить его к тому, чтобы однажды принять мантию Всемогущего, но чем дольше он проводил с мальчиком, тем больше он любил его и видел в нём сияющий свет, он был бы удивительным героем независимо от обстоятельств. Он хотел объяснить пламя, которое он видел в Мирио, но был прерван подростком. — Потом Изуку рассказал мне об «Один за Всех». Было трудно застать Мирайю врасплох, но, похоже, у Деку это вошло в привычку. — Он сказал тебе? Что он тебе об этом сказал? Лицо Мирио было пустым, отсутствовала блестящая улыбка, которая впервые привлекла к нему Мирайя, когда он объяснил. — Он рассказал историю двух братьев, одного с невообразимой силой и кривым сердцем, другого без причуд, но с сильными убеждениями и желанием вывести мир из тьмы, в которую его брат помог его окунуть. Он рассказал мне о том, как он встретил Всемогущего, и о вопросе, который он ему задал: «Может ли кто-то без причуды быть героем?». Он рассказал мне о том, как Всемогущий дал ему силу, чтобы Изуку однажды смог подняться и заполнить дыру, которую Всемогущий оставил, когда ушёл на пенсию. Мальчик… Деку рассказал Мирио все об «Один за всех»? С какой целью? Мирай не понимал. — Он также объяснил, почему вы со Всемогущим разошлись. Или, что ж, он не объяснял, но вскоре я сложил детали. Лёд пробежал по его венам. — Что он сказал? — Его слова были: «Вы и Всемогущий поссорились, когда Всемогущий отказался уйти в отставку после того, как он получил травму, и вы увидели, что его смерть будет от рук свирепого злодея. Затем вы не согласились с выбором преемника Всемогущего, когда он, наконец, выслушал вас и передал свою причуду.» Так оно и было… Гораздо более дипломатично, чем то, что Мирай ожидал от мальчика, который боготворил Всемогущество, не обвиняя ни одного из них в произошедших событиях, так почему же голос Мирио был таким резким? — Ты выбрал меня преемником Всемогущего. Это предложение не было вопросом, но Ночной Глаз коротко кивнул. — Да, изначально я выбрал тебя, потому что чувствовал, что ты будешь лучшим выбором, чтобы взять на себя наследие Всемогущего, но… Мирио повернулся к нему, глаза горели праведным гневом, мало чем отличающимся от того взгляда, брошенного на Восстановителя, который Ночной Глаз видел у подростка, когда тот защищал Эри. — Это был не твой выбор! Это была не твоя сила, чтобы передавать! Если бы Всемогущий захотел отдать её мне, он бы это сделал, но он выбрал Изуку. Он выбрал доброго, смелого мальчика, который отдал бы свою жизнь за любого из нас, а ты решил, что он недостаточно хорош, и решил сломить! — Сломить? — повторил он растерянно. — Возможно, я был с ним жёстче, чем нужно, но я не сломил его. — Вы не сломили его, — усмехнулся Мирио, — О, правда, Сэр? Он повернулся к одной из промышленных боксерских груш, и в следующее мгновение Ночной Глаз услышал громкий грохот, и сумка раскололась надвое на противоположной стороне спортзала, разрушив стойку с гирями, в которую она влетела. Он не знал, почему от этого зрелища у него свело живот. — Он… — Он помог мне принять таблетки, прежде чем начал рассказывать о братьях. Он рассказал мне о том, как все думали, что я буду лучшим преемником, чем он, как «Один за всех» может быть передан… Он предложил его мне, и я сказал ему «нет». — Тогда как… — Когда я сказала «нет», он протянул мне таблетку, которую заменил своей собственной, прежде чем дать мне, наполненную его ДНК. Он сказал, что действительно хочет, чтобы я сказал «да», но что причуда не требует согласия получателя для передачи. — Он отдал его тебе просто так? — Просто так? Просто так! — Мирио усмехнулся. — Конечно, он отказался от «Один за всех» и от своего места Преемника Всемогущего только потому, что в его жизни было достаточно жестокого обращения, и вы не напали на него за очевидно незабываемое преступление — принять предложение Всемогущего сделать его своим протеже. — Жестокое обращение? В его досье не было ничего о злоупотреблениях, — голова Мирайя была в смятении, поэтому он ухватился за одну деталь, которую мог обработать, — Почему Всемогущий не… Что-то из его вопроса заставило Мирио нахмуриться еще сильнее. — Почему он не сказал тебе? Вот здорово, в самом деле. Может быть, потому, что он думал, что вы достаточно умны, чтобы сопоставить это с вашим-то 5/6 рейтингом интеллекта, Сэр! Изуку был безпричудным, не нужно быть гением, чтобы понять, что даже если бы его родители не издевались над ним и не выгнали его, его сверстники, вероятно, были ужасны с ним! Уровень самоубийств подростков без причуд в четыре раза выше, чем у подростков с причудами не без причины, Сэр. Я смог собрать это воедино, просто зная, что его причуда пришла поздно! Если бы ваше личное предубеждение против него не заставило вас принижать чёртова первокурсника, вы, вероятно, увидели бы это и в том, как он себя ведёт! Мирио выругался. Мирио ругался только в самые тяжёлые времена, когда он действительно был вне себя, и он ругался на Мирайя. Одного этого знания было достаточно, чтобы желчь подступила к горлу героя. Однако Мирио не просто остановился на этом, он продолжал указывать каждый раз, когда он, Бабблгёрл или Многоножек говорили герою, что ему нужно успокоиться, каждый раз, когда они спрашивали, почему он был так строг с первокурсником, ведя себя так, как будто он должен знать вещи, в которые даже помощники не всегда были посвящены. Он указал на действия и привычки своего Кохая, которые нарисовали очень подробную и пугающую картину того, какой была его жизнь до того, как он получил «Один за всех». Ни блондин, ни его наставник не знали, что их разговор был не таким личным, как думал Мирио, поскольку двадцать две пары глаз смотрели на экраны охраны, установленные в личном кабинете Сэра Ночного Глаза. Класс начался со смеси трепета и беспокойства, когда Деку только улыбнулся, когда разборка продолжалась. Яги выглядел несколько неуютно. Зеленоволосый мужчина заслужил выговор, но независимо от того, насколько плохими были отношения между ними, старший герой всё ещё заботился о Мирайи, и он не был уверен, что ему нравится оттенок серого, который приобрело лицо его старого приятеля. Айзава просто выглядел раздражённым. — Хорошо, я выскажусь. Сэр Ночной Глаз был с тобой абсолютным ублюдком, но зачем подталкивать Мирио разорвал его на куски, вместо того чтобы сделать это самому или заставить это сделать Всемогущего? Улыбка стала кривой, приобретая жестокий блеск. — Потому что Мирио — единственный человек, которого он никогда не мог представить таким злым на него за его действия, и что ранит больше, чем когда кто-то, о ком ты искренне заботишься, ставит под сомнение твои отношения, и ты знаешь, что они не поверят тебе, что бы ты ни сказал? — Чёрт, — прошептал Серо, заработав одобрительное бормотание всего класса. — Я думаю, что говорю за всех нас, когда говорю, что мы рады, что Мидория никогда не был злодеем, — Тодороки говорил только для того, чтобы Яги и Изуку фыркнули. — О… Вы так и не поняли этого? — спросил зеленушка, слегка покраснев и потирая затылок. Яги ухмыльнулся ещё шире, когда вокруг них разрослось замешательство. — Похоже что нет, мой мальчик, — рассмеялся он, взъерошив волосы мальчика. — Я же говорил тебе, ты слишком хорошо сыграл свою роль. — О чём вы говорите? — прищурился Айзава, глядя на них. — Итак, вы помните Петлю #64, где Всемогущий занял место Всех за Одного в качестве главы Лиги? Тишина настигла их, когда мальчик застенчиво улыбнулся. Конечно, они помнят это, страх и смятение, которые пробежали по их венам, когда человек, которого большинство считало одним из их отцов, смотрел на них с презрением, когда он пытался хладнокровно убить их — это не было похоже ни на что, что они чувствовали за многие годы, проведенные на земле. Не помогало и то, что это была одна из немногих петель, где они все умерли до конца третьего курса. Петля #65 была интересной петлёй, поскольку они поняли, что если Всемогущий может быть злым, то на самом деле в петлях нет ничего безопасного или неприкосновенного. — Я был кротом в той петле. Я планировал множество атак со Всемогущим, включая последнюю, которая… заставила цикл #65 начать рано. — Он был довольно изобретателен со своими идеями, — похвалил Яги, больше похожий на отца на спортивном мероприятии своего ребёнка, чем на кого-то, кто говорил о том, как его протеже хладнокровно убил десятки людей. — Было довольно интересно наблюдать, как он притворялся шокированным, когда узнал, что я был злодеем, и продолжал безупречно играть в двойного агента, даже когда призывал к финальной битве.        — Святое дерьмо.        — Я имею в виду, — Деку смущённо усмехнулся на шепот Мины, — я не в первый раз был кротом. Вы, ребята, никогда не думали, что я был злодеем? Я думал, вы обнаружили меня, когда я был в классе поддержки… Ошеломлённые, они погрузились в испуганную тишину, осознав, что ни разу, даже когда они обнаружили, что Айзава был против них, или когда Всемогущий был злодеем, Мидория Изуку никогда не мог быть злодеем. Они думали, что раскусили его, знали благословенно чистое сердце мальчика вдоль и поперёк, и всё же они наблюдали за его манипуляциями из первых рук, когда они разрывали самую душу профессионального героя. — Я бы хотел, чтобы мне никогда не давали «Один за всех», на самом деле, как только мне удастся выследить моего Кохая, он верну ЕГО причуду обратно. Изуку станет великим героем, и мне не нужно было быть Одиннадцатым пользователем, чтобы оставить свой след и достичь своей цели. Их головы снова повернулись к экрану, когда Мирио вылетел из спортзала, оставив Сэра Ночного Глаза с растерянным выражением на лице. — Он сказал… — Одиннадцатый? — закончил за Мидорию Всемогущий. — Но в этом нет никакого смысла! Почему он думает, что он одиннадцатый? Я никогда не говорил ему, сколько людей было до нас, так как же он решил, что одиннадцатый? — Я думаю, что есть только один человек, которого мы можем попросить, чтобы получить этот ответ, мой мальчик.