я уйду вместе с тобой

      Оказываясь на одной кровати, раз за разом, мы молча лежали в обнимку, размышляя о чём-то своем. Возможно, думал о великом лишь он, потому что я рассматривал его подсвечиваемый золотистыми лучами солнца профиль лица, всё ещё не решаясь поверить в реальность. Спустя столько разлук, боли и испарившегося времени мы были наконец рядом. Вместе. И каждый новый день, начинающийся с его хриплого «доброго утра», казался мне чем-то поистине сказочным. Я могу с уверенностью сказать, что все те страдания, что пережили мы, стоили этих счастливых часов. Дней. Недель. Вечности. Размеренно дыша, он вырисовывал горячими пальцами на моих частях тела неизведанные узоры, что заставляло меня плавиться прямо как мороженое под палящим солнцем. Но особенно сильно он любил останавливаться на тонкой коже запястий и бёдер, где красовались незаживающие шрамы. Каждый раз, натыкаясь на них взглядом, он мило хмурился и ещё старательнее водил указательным пальцем по каждому порезу, словно считая их бесчисленное количество. В его глазах был не упрек. Не гнев, не злоба. И даже не жалость. Он словно пытался впитать в себя всю ту боль, что навсегда осталась на моем хрупком теле штрих-кодами. После он клал голову мне на живот, ловя мой затуманенный взгляд. И улыбался. Так чисто, так ярко и искренне, что внутри все приятно сжималось, выбрасывая в организм серотонин. Он осторожно перебирал локоны моих чёрных как смоль волос между пальцами, мечтательно смотря в пустой потолок. Либо прямо мне в глаза. Так он показывал мне свой идеальный мир. Мир, в котором были только мы одни.        А потом я просыпался. В ужасе вскакивая посреди ночи в холодном поту и устрашающем одиночестве, я пытался отыскать тебя в темноте рядом с собой, под боком. Хотел обнаружить твои тёплые руки у себя на талии, задерживал дыхание, надеясь услышать в гробовой тишине твоё умиротворённое сопение. Но не было ничего. Только одна пустота. Сколько прошло уже дней? Недель? Месяцев? Лет..? Сколько, Наруто? Я не помню. И не понимаю. Да и не особо хочется. Отчётливо запомнил я лишь одно: В твои похороны пошёл первый снег. И первые хрустальные слёзы из моих глаз. Нет, я всегда был несчастен. Меня буквально по пятам преследовали боль, разочарование, ненависть и смерть. Мой мир медленно, но верно погружался в полный мрак, где я терялся даже в собственных мыслях. Не было сил продолжать выживать, но нечто магическое заставляло меня подниматься с кровати и погружаться в ежедневную рутину. Сколько раз я пытался свести концы с концами? Уже сбился со счёта. Но однажды появился ты, Наруто. Ярким солнечным лучом ты ворвался в мой вечно дождливый мир, не желая больше исчезать. Я долго пытался закрыться за зонтами, солнечными очками или большими толстовками от твоего света, но все попытки были тщетны. Ты находил меня всегда. Везде. Постоянно. Не оставлял ни на минуту, заполонил каждый божий день своими глупыми идеями и бессмысленными разговорами. И я полюбил. Так сильно, что всё внутри закипало от одного взора твоих ярко-голубых глаз, звонкого смеха и случайных прикосновений. Но я молчал. Боялся признаться даже себе, ведь считал, что все эти чувства бессмысленные. Мимолётные. Невзаимные. Я не знал, что ты полюбил гораздо раньше. Ещё очень долго мне придётся оборачиваться на твой иллюзорный голос, видеть знакомый силуэт в тёмном углу когда-то нашей комнаты. А ещё писать письма. Так старательно я даже в школе пропись не выводил, как в этих чёртовых бессмысленных обращениях. Я пишу. Пишу, пишу, пишу. Пытаюсь оправдать себя, свои поступки. Твой поступок. Зачем ты убил себя? Для чего? И сам не знаю. Ты ведь давно закопан под холодную землю, на твоём надгробии появляется тонкий слой белоснежного снега. Ты меня не слышишь. А я всё ещё прихожу к тебе. Каждый день. Прихожу, чтобы сжечь очередной вброс на листе бумаги.        Это последнее моё письмо тебе, мой милый Узумаки. Останься же навеки под землёй. «Хоть на край света ты сбежишь, идиот. Я всегда буду с тобой, слышишь?» Ты так откровенно лгал, Наруто. Но ты не переживай.

Я уйду вместе с тобой.

Хоть на край света. Под землю.