I Want to Write You a Song

1 Декабря. Этим утром Гарри просыпается раньше Луи, но не встает с постели. Он лежит там, приподнявшись на локте, изучая старшего парня. Лицо Луи расслабленно, а волосы выглядят особенно мягкими в солнечном свете, льющемся из окна. Гарри нужна вся его воля, чтобы не запустить в них свои руки. Но он не хочет рисковать и будить своего бойфренда. Во сне Луи выглядит моложе, думает Гарри. Он слегка загипнотизирован ресницами своего бойфренда, которые кажутся золотистыми в солнечных лучах. Он изучает каждую мельчайшую деталь лица Луи, впитывая и запечатлевая ее в памяти. Гарри думает, что мог бы смотреть на Луи весь день, и все равно открывать для себя новые мелочи, вызывающие благоговейный трепет. Он, по общему признанию, разочарован, наблюдая, как глаза Луи распахиваются. Все хорошее когда-нибудь должно подойти к концу. Ему не требуется много времени, чтобы взбодриться, потому что он счастлив видеть Луи. Гарри, может быть, и совсем немного дурак, но это нормально. Луи — дурак. И Гарри тоже. И они никогда не захотят этого по-другому. — Доброе утро, Солнышко, — мягко произносит Гарри и протягивает руку, чтобы погладить Луи по волосам. Гарри не может сдержать улыбку, потому что они такие же мягкие, как и на вид. Луи тоже улыбается и трет свои сонные голубые глаза. — Мне приснился хороший сон, — говорит он все еще слабым голосом. Гарри тает от его слов, потому что утренний голос Луи — один из его любимых звуков. После его смеха, конечно. Гарри пододвигается ближе к Луи. — Расскажи мне об этом сне. — Ну, ты был там. И мы находились на пляже, на том самом, который ты так любишь… — Кейп-Код* — говорят они одновременно. (* — Полуостров на северо-востоке США) — Мы не купались, — усмехается Луи, — просто лежали рядом, греясь на солнце. И смотрели друг на друга. Гарри понимает, что именно этим они сейчас и занимаются. Он улыбается. — Звучит как хороший сон. Луи усмехается и слегка краснеет. — Я думаю, там мне нравилось больше всего. — Следом, не задумываясь, он выпаливает. — Мы должны вернуться туда этим летом. Гарри побледнел, и Луи почувствовал укол вины, ведь глупость говорить такое умирающему парню! Он быстро выталкивает эту мысль из головы, Луи не сможет озвучить ее. Они оба сопротивляются желанию начать считать месяцы до лета на пальцах. Наконец, Гарри отвечает. — Может быть. Суть словосочетания «Может быть» в том, что истинное значение можно понять по тому как именно человек его произносит. Если вы говорите «Может быть» с улыбкой и яркими глазами, это означает возможность выполнить это. Это означает надежду. Гарри сказал «Может быть» совсем по-другому. Он сказал это не встречаясь взглядом с Луи, ведь не хочет видеть, как у того изменяется выражение лица. Такое «Может быть» говорят, когда ты слишком напуган, чтобы просто сказать «нет». К общему облегчению, стук в дверь отвлекает их от неловкого разговора. — Завтрак почти готов, увидимся через 10 минут. — Лиам явно все еще переживает из-за ссоры с Луи на прошлой неделе. Когда Гарри одевается, его внезапно охватывает любопытство. — Эй, Лу? — Да, любимый? — Ты часто видишь меня в своих снах, да? — Конечно, — отвечает Луи, стягивая футболку через голову, — почти каждую ночь. Ты — весь мой мир, Хаз. — Что насчет плохих снов? Меня ведь нет в них? Луи судорожно сглатывает. Он не хочет лгать Гарри… но и не хочет его беспокоить. — Нет, ты никогда в них не бываешь. Технически, он не лгал. Во всех его худших снах Гарри уже не появлялся. От этой мысли по спине Луи пробежала дрожь. Гарри замечает это. — Все хорошо, Лу? — Да, мне просто нужен свитер. С Гарри все в порядке, напоминает себе Луи. С Гарри все в порядке. Пока-что. ----------------------------- В тот вечер Гарри долго принимает душ. Луи думает, что это потому, что ранее он чувствовал себя ужасно, а долгий душ иногда помогал. Но Гарри там уже слишком долго. Не мешало бы проверить, как он. — Эй, Хаз? Ответа не следует. — Хаз? Все еще нет ответа. Это не беспокоит Луи, который уже привык, что Гарри не отвечает, пока находится в душе. В последнее время все труднее и труднее привлекать его внимание. — Я сейчас войду, хорошо? — говорит он, открывая дверь. Воздух густой от пара и запаха средства для мытья тела. Нет, подождите-ка, пахнет слишком странно. Запах… похож на металлический. Вот дерьмо. — Гарри! — Луи забегает в душ, чуть не поскользнувшись на мокром кафеле. Он раздвигает занавески с такой силой, что они почти рвутся, и его лицо становится белым. Луи пытается закричать, но слишком потрясен, чтобы издать хоть звук. Его драгоценный бойфренд лежит без сознания в луже крови, которая, кажется, вытекает из его головы. Вот тогда-то у Гарри и начинается припадок.