Сказка – ложь, да в ней намёк...

Давным-давно, когда люди ходили в море на деревянных парусных кораблях, и когда с экологией всё было не так плохо, в бескрайнем и глубоком океане жили русалки. Правил ими великий царь Тритон, у которого было семь дочерей, младшую из них звали София. Когда ей исполнилось 16 лет, то ей было разрешено подниматься на поверхность, чтобы смотреть на мир под небом. Непонятно было, почему именно с 16-ти, однако спрашивать русалочка не рисковала, потому что как-то раз выбесила расспросами на эту тему сестру и за драку обе были заперты в комнате на целых два дня. — Только помни, нельзя показываться людям, — сказал отец Софии, когда торжественно разрешал выплывать наверх. — Да, да, окай, я погнала, — кивнула она и рванула наверх. Но тут как бы сам бог велел послать все родительские указания нафиг, ибо едва Софит вынырнула, то естественно мимо неё проплывал корабль. Так как ей от природы было дело до всего и вся, она подплыла поближе и попыталась рассмотреть людей. Внезапно начался шторм, и корабль налетел на скалы. Софа вздохнула, потому что за шторм отвечает батя, и батя явно что-то заподозрил, потому и решил утопить корабль. Не успела русалка свалить куда подальше, дабы самой не досталось чем-то из обломков, как увидела тонущего человека. Решив поиграть в спасателя, София схватила человека и поплыла вместе с ним к берегу. Это был молодой мужчина с голубыми волосами. На рассвете русалка выволокла его тушу на песок и когда солнце осветило его лицо, то она обомлела. Он красивый. Такой милый… а волосы прямо как небо в ясный день… Повинуясь традициям Диснея, София придвинулась поближе и, жамкая личико парня, стала петь: — Я так хочу убежать туда, Где солнца свет, где танцуют люди. Но только есть здесь одна беда — Килька я наполовину. Будет Втык мне опять, в глаз и хребет, Ведь я рыбёха, спасения нет! Но я люблю, и я хочу Сожрать омлет… Парень заёрзал и слабо открыл глаза. Он увидел красивое лицо Софии, и песню про омлет, и ощутил, что влюбился с первого взгляда. — К… кто вы? — слабо спросил он. Раздались голоса людей. София не ответила, прыгнув в воду и оставив человека, в которого без памяти влюбилась. Уплывая, она услышала имя «Уильям». Так его зовут? Красиво… Следующие несколько дней русалочка тосковала по своему человеку, перед сном она шептала: «доброй ночи, Уилл», всюду ей мерещился его образ. Отцу она рассказать не смела — точно леща даст трезубцем. И вот, когда она вздыхала о своей любви, к ней подплыла стрёмного вида камбала. — Бедное дитя, — сказала камбала. — Ты кто нахуй? — выпалила Софит. — Я Аластор. И я знаю, кто тебе может помочь. — Себе помоги, — русалка отпрянула от Аластора. — Ты выглядишь так, как будто тебя самосвал переехал, а потом на колесо намотал, и так двигался ещё километров двадцать. — Ой, заткнись. Ты-то вообще влюбилась в человека. — Цыц! — русалка схватила камбалу. — Заткнись, не ори об этом! откуда ты вообще знаешь? — Это неважно. Важно то, что я знаю, кто может дать тебе увидеться с принцем. — Чт… так он принц? Аластор кивнул. — Ну окай, веди меня, — согласилась русалка. Они плыли долго, за пределы подводного города. Далеко и глубоко находилась пещера, в которую и вошли София и Аластор. — Ты меня к ведьме привёл? — со скепсисом спросила русалка. — Ты сама согласилась. Тут из глубины пещеры к ним выплыла злая и ужасная ведьма по имени Люцифер. — Я знаю, что тебе нужно, чтобы увидеться с принцем, — сказала ведьма. — И вам здрасьте, добрый вечер, — ответила Софит. — Тебе нужно будет самой стать человеком… — Ох ебать, правда? Серьёзно? Ё маё, вы мне прям глаза открыли, женщина! Мне государство так не помогает, как вы! — оживлённо язвила русалочка. — Молчать, я не закончила, — Люцифер дала ей подзатыльник. — Став человеком на три дня, ты должна влюбить его в себя, чтобы получить поцелуй истинной любви, и тогда ты навсегда останешься с принцем. — Вы же в курсе, что любовь — это химическая реакция, побуждающая животных размножаться? — Ты к принцу прёшься или нет? — в лоб сказала ведьма, теряя терпение. — Да я хз как-то… страшновато… да и времени мало — три дня. А поцелуй во время плотских утех считается? — Возможно. — О, класс, тогда давайте. — Конечно, но есть одно «но». — Начинается, — отмахнулась София. — Не буду я тебя в царицы пропихивать, ясно? — Я вообще-то… — И денег у меня нет, батя карточку за мой запой отобрал. Могу только серьги отдать, сойдёт? — Нет-нет, мне нужна одна безделица. — Какая? — Твой голосок. — Ой всё, идите нафиг, сама всё сделаю. — Я слышал, что принц Уильям на днях даёт бал, на котором будет выбирать себе невесту, — многозначительно протянул Аластор. Люцифер подплыла к Софе и принялась нашёптывать: — Будет досадно, если ему не достанется такая красота, да ещё и которая так нежно его любит. Неужели ты позволишь какой-то девчонке забрать Уильяма у тебя, м? Русалка колебалась. — Я… став человеком, я не увижу папу и сестёр? — Да, но ты будешь с принцем. — А этот бал… это правда? — Сущая правда, — прошипел Аластор ей над ухом. — Ну так что же? — Люцифер протянула руку Софе. Она сглотнула. Зажмурилась и взяла её ладонь. — Согласна. Их руки засветились. Затем Софию окутал яркий свет, она потеряла сознание, а в следующий миг оказалась на ступенях дворца принца. Обнажённая, спящая, с двумя ногами, вместо голубого хвоста. На следующее утро она проснулась. Вспомнив всё, что случилось, София кое-как встала с кровати и с восторгом оглядывала ноги. Затем потихоньку научилась ходить. Тут к ней со стуком вошла служанка. — Ох, милочка, вы проснулись! Как вы? София показала себе на шею, беззвучно открывая рот. — Ох, вы не говорите? Она помотала головой. В зеркале девушка увидела на своей макушке корону. Так, шикарно. Её примут за принцессу, пустят на бал, и там она опоит Уильяма, и добьётся поцелуя. Софию приодели и причесали её рыжие волосы. В коридоре она встретилась с проходящим мимо Уильямом. Оба уставились друг на друга. Между ними явно творилась химическая реакция, но так как нужно было соблюдать меры приличия, оба старались этого особо не показывать. — Это ты! — сказал Уилл восторженно. — Это же ты была на берегу! Софа закивала, улыбаясь. — Как тебя зовут? — спросил принц. Она пыталась сказать. Старалась. Психанув, она схватила перо и написала им своё имя на бумаге. — София, — сказал Уилл слегка разочаровано. — Но разве… но та девушка пела… Софа написала, что она не пела, она просто спасла его. Она понимала, что люди не особо верят в русалок, и он может просто счесть её поехавшей, если она расскажет всю правду. Уилл осматривал её, умиляясь. Она красивая. И тоже принцесса. В силу природной стеснительности, он робко взял её руку и сказал: — Завтра будет бал, ты придёшь? Я очень хочу тебя видеть там… Рыжая кивнула, внутренне ликуя. Весь день они провели вместе, гуляя по замку и вдоль берега. На следующий день, когда Софа пришла на бал, то с ужасом увидела, что Уилл танцует с девушкой, которая говорила её голосом. Наплевав на все законы, она подошла к ним и с размаху выбила девушке два зуба. С её шеи упал и разбился кулон в форме ракушки, после чего Софин голос вернулся к ней, и она заговорила: — Ах ты, сука, мойва, обмудок женского пола! Девушка превратилась в Люцифера. Показав ведьме средний палец, Софа притянула к себе Уилла и жадно поцеловала. Принц взвизгнул, а затем начал целовать в ответ. И сыграли они свадьбу пышную, и ведьме по шее дали, ибо нефиг чувствами манипулировать. Отец Софы снизил возраст поднятия на поверхность воды до десяти лет, Уильям познал всю прелесть брачной ночи, которая длилась до двух часов дня, а сама София познала истинное счастье, потому что не только вышла замуж за любимого, но и получила свой долгожданный омлет.