Part-time punks

Июнь 2017 года, и новоявленный рыцарь Галахад, втихую от бдительного Мерлина, в свой законный выходной отправляется на Glastonbury - поштормиться под Stormzy, поколбаситься под старого-доброго Fatboy Slim со своими парнями, которые ещё помнят его как Эггзи, а не как джентльмена-шпиона. Крепкая мужская компания, основательные запасы пива и презервативов в рюкзаках; личная бутылка премиального виски в заначке Эггзи (он опять удивит своих мужиков в тот момент, когда Charlie XCX окликнет его из ВИП-шатра, позовёт покурить вместе - а что такого, по работе познакомились). Пыль столбом у сцен и звёздное небо над палаточным лагерем; пение до срыва связок и танцы до ломоты в ногах - удовольствия, которые никогда не обесценятся. В пятницу вечером Эггзи мерещится до боли знакомая лысина в толпе людей, расходящихся после сета Марка Ланегана. В субботу та же лысина в паре со знакомыми очками снова знакомо поблёскивает неподалёку - Эггзи замечает их, попивая пиво под разносящиеся с ближайшей сцены стоны волынок. Не показалось. Пора переходить на виски. В воскресенье, около одиннадцати утра, на безбожно раннем сете Slaves, когда все старые друзья и новые подружки Эггзи еще лежат в палатках с похмельем, Эггзи наконец встречает Мерлина. Мерлин тоже предпочитает качественные крепкие напитки по вечерам и так же, как Эггзи, знает, когда стоит оставить немного виски на завтра и пойти спать. Мерлин ставил палатки на Гласто, когда Эггзи еще не родился. У Мерлина раньше всегда была компания на этом фестивале, пусть из одного человека - зато какая компания! Меланхолично потряхивая лысой головой, он признаётся, что Slaves очень даже ничего, - в отсутствие Sex Pistols. В отсутствие другой компании агент Галахад стоит, притиснутый к своему координатору, бок о бок, на краю толпы, которая пока что танцует, но вот-вот начнёт слэмиться. "Гарри бы понравилось," - заявляет Эггзи, и успевает пожалеть о своих словах, ловя чужой внимательный взгляд сквозь стёкла очков. "Он был бы в восторге", - тихо говорит Мерлин в те краткие две секунды тишины, которые повисают между последним аккордом "Bad machine" и благодарным воем толпы. - "Он бы..." - но его слова теряются в оглушительном старте "Girl fight".