Три портала / The Three Portals

— Том? — позвала Гермиона, её голос эхом разнесся по комнате. Она подошла к зеркалу, оцепенело вглядываясь в отражение, которое оно показывало. Её отражение улыбалось, находясь в объятиях Тома — то, что она больше никогда не сможет испытать. Это было слишком. Гермиона отвернулась и покинула комнату, аппарировав в свою квартиру, как только смогла. Появившись в квартире, Гермиона бросила свои вещи на пол и сразу же забралась в постель, едва в состоянии поверить, что Том ушёл. Более того, он ушёл сознательно, отправившись туда, где она не могла бы за ним последовать. Если третий портал был подобен первому, он не смог бы вернуться даже при желании, в чём она, однако, сомневалась. С учётом всех усилий, которые он приложил, чтобы она не узнала о его плане, возвращение было маловероятным. Гермиона потянулась к своему пальцу, как это стало её нервной привычкой, намереваясь поиграть обручальным кольцом, но пальцы ощутили только голую кожу. Она подняла руку к лицу и увидела, что кольцо, которое нельзя было снять, исчезло, что должно было быть возможно только после смерти Тома. Он действительно ушёл. Громкий грохот раздался за дверью спальни. Гермиона схватилась за палочку и осторожно подошла к двери. Никто, кроме Тома, не мог напрямую попасть в квартиру, а его больше не было. Это означало, что взломщик должен был пробиться через охранные чары, что мог сделать только очень опасный враг. Когда она открыла дверь, Гермиона чуть не упала в обморок от шока. Прямо перед ней, раскинувшись на полу, лежал Том. Кроме лёгкой взъерошенности, он выглядел точно так же, как утром перед тем, как уйти в Хогвартс. — Том? — прошептала она. Том поднялся с пола, слегка пошатываясь. — Гермиона, — резко ответил он, в его голосе звучали злость и недоверие. — Ты ушёл, — сказала Гермиона, пытаясь понять, что произошло. — Так я думал, но в итоге оказался здесь, — ответил он. — О, мне так жаль, что твой план не сработал так, как ты ожидал, — холодно отрезала Гермиона, его гнев мгновенно вывел её из состояния оцепенения. — Но тебе всё же удалось избавиться от меня, в любом случае, — добавила она с горечью, подняв левую руку, на которой больше не было кольца. Тому понадобилось несколько секунд, чтобы понять, к чему она клонит. Он опустил взгляд на свою руку и заметил, что его обручальное кольцо также исчезло. По рефлексу он проверил другую руку и с ужасом обнаружил, что Воскрешающий камень был вырван из своего гнезда. Значение того, что Гермиона могла его видеть, стало для него очевидным. Дары Смерти исчезли — это он понял ещё до того, как начал искать Жезл Смерти на полу вокруг места, где он появился. — Что ты сделала? — яростно спросил он, подходя ближе. — Как ты заставила портал отправить меня обратно? — Я ничего не делала, — холодно ответила она. — На самом деле, я думаю, что портал сработал именно так, как должен был, даже если ты с этим не согласен. — С чего бы тебе это знать? — резко перебил он. — Хорошо, не верь мне. И раз уж мы больше не женаты, я перееду к подруге, пока не найду новую квартиру. Скорее всего, меня уже не будет, когда ты вернёшься, — сказала она, не отводя от него твёрдого взгляда. — Если я узнаю, что это твоих рук дело, ты пожалеешь, — грубо предупредил он. — Думаю, ты сам скоро поймёшь, что виноват в этой ситуации исключительно ты, — устало ответила Гермиона, её гнев уже полностью выгорел. Она развернулась и вошла в спальню. Пара взмахов её палочки — и её сундук был собран, уменьшен и убран в карман. Том с ненавистью следил за её действиями, но ничего не предпринял, чтобы её остановить. Не бросив на него даже прощального взгляда, Гермиона аппарировала из комнаты и оказалась у чёрного хода особняка Смитов. Она постучала в дверь, которую открыл домовой эльф по имени Хоки. — Вы пришли увидеть мисс Минни? — спросил эльф. — Да, она дома? — спросила Гермиона, удивившись, насколько ровным звучал её голос. Эльф кивнул и отступил в сторону, позволяя Гермионе войти в дом. Она поднялась по лестнице к комнатам Минервы. Когда дверь открылась, Минерва лишь бросила взгляд на её лицо, сразу втянула её внутрь и усадила на ближайший диван. Спустя несколько минут, стараясь сдержаться, Гермиона не выдержала и разрыдалась. — Он решил оставить меня, — всхлипнула она. Не вдаваясь в засекреченные детали, она рассказала подруге, что произошло. — Я не знаю, радоваться мне или убиваться, — сказала она наконец. — Он любит меня, иначе бы не вернулся, но он не хочет этого признавать и никогда не поверит, а, кажется, это даже хуже, чем если бы он не любил меня вовсе. — Сейчас это может прозвучать грубо, но всё наладится, Гермиона, — утешила её Минерва. — Если он действительно настолько не хочет любить тебя, то тебе лучше быть без него. Вы больше не женаты, так что ты сможешь начать новую жизнь. Гермиона покачала головой. — Я не думаю, что это возможно. — Возможно, — тихо настаивала Минерва. — Это тяжело, но возможно. Гермиона медленно кивнула, хотя сомневалась, что ей удастся полностью избавиться от Тома Риддла. Она глубоко вдохнула. — Ты права. Думаю, наш брак закончился ещё несколько недель назад, так что не имеет смысла об этом переживать, — небрежно сказала она. — Ты не против, если я останусь здесь на несколько дней, пока не найду новую квартиру? — Конечно, нет. Более того, я уверена, что Хепзиба даже выделит тебе отдельную комнату, если я попрошу. Она меня просто обожает и настаивает, чтобы я звала её тётушка Хепзиба, — добавила Минерва с кривоватой улыбкой. Гермиона невольно улыбнулась в ответ. Идея того, что Минерва могла кого-то называть «тётушкой», казалась нелепой. Оглядев подругу, она заметила, что Минерва, похоже, собирается куда-то выйти. — Ты сегодня куда-то идёшь? — спросила Гермиона. Щёки Минервы слегка порозовели. — Абраксас сегодня приглашает меня на ужин. Я не хотела оставлять всё на последний момент. — Ты действительно серьёзно относишься к Абраксасу? — осторожно спросила Гермиона. — Да, — ответила Минерва без промедления. — С Филиппом всё было весело и захватывающе, но когда веселье закончилось, ничего больше не осталось. Мне было очень больно, когда он ушёл, но теперь я думаю, что так было лучше. Абраксас принимает меня такой, какая я есть. — Правда? Это не то, что я ожидала от Малфоя. — Он совсем не такой, как я думала, — признала Минерва. — Сначала мне казалось, что он просто старшая версия Аулуса, но он гораздо более зрелый и открытый. — Открытый? Скоро ты мне скажешь, что он хочет начать приглашать маглорожденных на ужин в Малфой-Мэнор! — Его отец гораздо больше настроен против маглорожденных, чем он. Абраксас знает, что мы близкие подруги, но никогда не говорил ничего плохого об этом. Более того, он даже несколько раз отзывался о тебе положительно. Как-то он сказал, что был склонен симпатизировать любому, кого Аулус не выносит. Гермиона всё ещё не могла поверить, что Малфой мог быть настолько терпимым, но решила не продолжать. Минерва была более чем способна сама за себя постоять. — Почему бы тебе не закончить сборы? — предложила Гермиона. — Малфой мне не скажет спасибо, если ты опоздаешь из-за меня. Минерва закатила глаза и ушла в свою комнату. Когда дверь за ней закрылась, на Гермиону снова накатила тоска. Двигаться дальше казалось немыслимым, но если ничего не изменится, у неё не останется другого выбора. Два часа спустя Гермиона обустроилась в своей комнате в конце коридора от апартаментов Минервы. Минерва тонко намекнула Хепзибе, что Гермиона пережила большое горе в своей личной жизни, и та с радостью предложила ей место для проживания. Услышав голоса за дверью, Гермиона слегка приоткрыла её и выглянула наружу. Абраксас пришёл за Минервой. Гермиона увидела, как он поднял её руку к губам и слегка поклонился, как джентльмен из прошлого века. Улыбка на его лице, когда он выпрямился, была такой, какой Гермиона никогда не могла себе представить у Малфоя. Они выглядели искренне счастливыми, возможно, даже влюблёнными. Не желая рисковать и быть замеченной, Гермиона тихо закрыла дверь и вернулась к своей постели. Она сомневалась, что когда-либо снова испытает что-то подобное тому, что только что увидела. Около полуночи Гермиону потревожил звук стука в дверь. Она взяла палочку и открыла дверь. На пороге стояла Минерва, всё ещё в платье после ужина. Её губы выглядели подозрительно припухшими, а на лице сияла самая яркая улыбка, которую Гермиона когда-либо видела. — Всё в порядке? — спросила Гермиона. — Извини, я не должна была тебя беспокоить, но я хотела кому-то рассказать. Абраксас и я помолвлены! Гермиона была ошеломлена. Конечно, Минерва встречалась с наследником Малфоев уже несколько месяцев, но она не представляла, насколько всё было серьёзно. — Ты его любишь? — Люблю, — уверенно ответила Минерва, на её лице появилась необычно сентиментальная улыбка. — Это чувство пришло не сразу, но оно есть. Признаюсь, сначала я начала ходить с ним на свидания только потому, что была расстроена из-за Филиппа, но в какой-то момент я начала с нетерпением ждать наших встреч. Теперь я не могу представить жизнь без него. Гермиона обняла подругу, радуясь, что тусклый свет скрывает угрожавшие выступить слёзы. Позже, когда Минерва ушла, Гермиона лежала в постели, уткнувшись лицом в подушку, мокрую от слёз. Она испытывала чувство вины за свою зависть, но казалось, что любовь даётся всем остальным так легко. Но ведь они не были настолько глупы, чтобы полюбить Тома Риддла.

***

В понедельник Том, как обычно, отправился на работу. Проходя мимо стола своей начальницы, он услышал, как она окликнула его. — Я просто хотела сообщить, что расследование против вас закрыто, — с удовлетворением сказала Трелони. — Я не знаю почему, но ходят слухи, что лично министр сказал наблюдательной комиссии забыть об этом деле раз и навсегда. — Спасибо, что сообщили, — ответил Том, хотя потеря работы была последней из его забот в последние дни. На следующее утро причина завершения расследования стала очевидной. Первая страница Ежедневного Пророка провозглашала о смерти патриарха семьи Малфоев от особо агрессивной формы драконьей оспы в прошлое воскресенье. Хотя Том сомневался, что смерть Сетеуса действительно была вызвана драконьей оспой, которая обычно убивает жертву за несколько дней, он всё же почувствовал облегчение. Его недавний визит к этому человеку, в ретроспективе, был полной катастрофой, и Том был рад, что теперь может оставить это позади. Остаток недели он с головой ушёл в изучение заметок Сенссика, пытаясь выяснить, что стало причиной его неудачи. Однако ничего не объясняло произошедшего. Спустя несколько дней, когда он в четвёртый раз пролистывал последний дневник Сенссика, в дверь его кабинета постучали. — Войдите, — раздражённо произнёс он. — Вам утром прислали посылку, — сказал курьер, ставя коробку на стол и случайно помяв дневник. — Осторожнее! — резко бросил Том, быстро подняв посылку и отложив её в сторону. — Извините, — пожал плечами мужчина, выходя из комнаты и закрывая за собой дверь. Том открыл записку, прикреплённую к коробке, и бегло пробежал её глазами. Она была от профессора Леру. Она писала, что получила множество запросов от заинтересованных лиц, как по поводу приобретения зеркала, так и найма его создателей. И приложила список для связи, если он или Гермиона захотят связаться с кем-то из них. В конце письма она добавила запоздалое поздравление с их свадьбой. Том отбросил записку на стол и открыл коробку, в которой лежало зеркало. Он не стал открывать поверхность зеркала, но его вид заставил задуматься, не упустил ли он чего-то важного, связанного с третьим порталом. У него не было возможности как следует изучить зеркало перед тем, как он прошёл через него, и теперь осмотр мог бы пролить свет на то, что произошло. Том быстро нацарапал записку для Слизнорта, включив в неё несколько завуалированных угроз, чтобы склонить его к сотрудничеству, и запросил ещё одну встречу в субботу. Слизнорт ответил только перед самым окончанием рабочего дня Тома, и его энтузиазм был полностью исчерпан. Очевидно, профессор зелий совсем не жаждал вновь видеть Тома, хотя и не отказал ему. На следующее утро Том аппарировал к воротам Хогвартса и уверенно направился через замок к кабинету Слизнорта. На этот раз, вместо привычной угодливой улыбки, профессор встретил его с бесстрастным выражением лица. — Как приятно вновь видеть тебя, Том. — Взаимно, — ответил Том. — Я собираюсь снова осмотреть это зеркало, если вы не возражаете. — Конечно же, нет, — угрюмо произнёс Слизнорт. — Почему бы мне возражать? Том проигнорировал его и покинул кабинет. Добравшись до комнаты на третьем этаже, он подошёл к зеркалу, намеренно избегая смотреть прямо в него, вместо этого сосредоточив своё внимание на раме: Erised stra ehru oyt ube cafru oyt on wohsi. Том сразу же понял значение надписи. Он предположил, что всё, что он увидит в зеркале, — это то, что портал решил ему показать. Его лицо исказила раздражённая гримаса. Если бы Гермиона не появилась тогда, он бы точно знал, с чем ему пришлось столкнуться. С этой мыслью Том сделал шаг вперёд и посмотрел прямо в зеркало. То, что он увидел, шокировало его, и на мгновение он засомневался в правдивости увиденного. Он никогда не думал, что такое простое желание может быть его истинной мечтой. Если это так, тогда все его действия последних месяцев оказались напрасными и, возможно, стали причиной потери того, что зеркало провозгласило его самым заветным желанием — Гермионы. Его жизнь была совершенно не такой, какой он её всегда представлял, но теперь он понял, что это не обязательно плохо. Впервые в его жизни появился человек, для которого он был чем-то большим, чем враг или средство достижения целей. Гермиона, которая, как и он, была одинока в этом мире, прощала его снова и снова, стала его другом, а затем и женой. Если посмотреть на это с её точки зрения, всё это казалось почти немыслимым. Картины их отношений прокручивались у него в голове: празднование Нового года в Астрономической башне, прощание с Хогвартсом, их первая ночь вместе в Нурменгарде, их свадебная ночь, момент, когда он узнал, что Гермиона пропала. Хотя их брак был далёк от совершенства, это было больше, чем он когда-либо считал возможным. Наконец, он, кажется, начал понимать, что такое любовь. Хотя он много раз говорил «Я люблю тебя», только сейчас он понял, что эти слова действительно значат. Раньше он использовал их для манипуляции и успокоения. Теперь же он осознал, что её обвинения после её похищения были не предательством, а правдой. Его предательство было гораздо серьёзнее. С её точки зрения, он скрывал не только информацию: он скрывал чувства, которые были основой их брака. Блокировка их связи была лишь символом его неспособности эмоционально открыться Гермионе, и теперь он её потерял. Они больше не были женаты. Ему удалось разрушить то, что считалось неразрушимым. Хотя он понимал, что это, вероятно, бессмысленно, он попытался найти в своём сознании ту самую связь, которая связывала его с Гермионой с момента их брака. К своему удивлению, связь всё ещё существовала, хотя и была заблокирована с её стороны. Тогда Том принял решение. Он найдёт её на работе и скажет, что они могут и должны пожениться снова. Их душевная связь значила гораздо больше, чем любое кольцо, и она, без сомнения, поймёт это. Через эту связь он покажет ей, как много она для него значит. В понедельник Том прибыл на работу рано утром и ждал у кабинетов авроров. Когда Гермиона так и не появилась, он нехотя спустился в Отдел тайн. Утро он провел, просматривая спецификации новой модели маховика времени, хотя его мысли были далеки от работы. Незадолго до обеда сова принесла записку в его кабинет. Увидев, что записка была написана почерком Гермионы, он поспешно разорвал конверт, надеясь, что это означает, что она хочет его увидеть. Но он ошибался. Том, Я проверила в регистратуре, и наш брак был аннулирован в 11:32 позапрошлой субботы. Уверена, ты узнаешь это время и дату. Ты можешь оставить квартиру столько, сколько пожелаешь. Пожалуйста, не усложняй это больше, чем есть. Гермиона Грейнджер Том едва мог поверить своим глазам. Гермиона не могла на самом деле хотеть разорвать их отношения, особенно если она понимала, как работает третья портальная арка. И то, что она подписала записку своей девичьей фамилией, стало последней каплей. Он с яростью выбежал из кабинета, направляясь в Отдел магического правопорядка, чтобы найти Гермиону. Она не могла просто уйти, не дав ему возможности рассказать, что он узнал благодаря зеркалу. — Том, — позвала его Трелони, когда он проходил мимо её кабинета. — Да? — коротко ответил он, неохотно останавливаясь. — Всё в порядке, Том? В последние недели ты выглядишь рассеянным, — её голос звучал скорее как у обеспокоенной бабушки, чем у начальницы. — Это личное, — ответил Том. — Можно мне идти? — Конечно, возьми выходной, если он тебе нужен, — с пониманием сказала Трелони. — Спасибо. Том поспешил в Отдел магического правопорядка. Он только вошел туда, как буквально столкнулся с начальником авроров Томсоном. — Вы не знаете, где моя жена? — спросил Том, поняв, кто перед ним. — Она только что попросила день отгула. Я, конечно, одобрил. Она разве не сказала вам? — Томсон пристально посмотрел на Тома. — Нет, должно быть, мы разминулись, — гладко ответил Том. — Спасибо. Том медленно направился обратно в Отдел тайн. Если Гермиона уже ушла, у него было мало шансов найти её, если она этого не захочет. Всё, что он мог сделать, — это ждать, когда она сама придёт к нему или, скорее, перестанет убегать. Гермиона только собиралась уходить, когда увидела, как Том вошел в Отдел магического правопорядка. К счастью, ей удалось укрыться в пустом кабинете, чтобы он её не заметил. Она готова была расцеловать Томсона за то, что он не сказал Тому, что она всё ещё в отделе. Она с облегчением выдохнула, когда Том ушел. Ей нужно было немного времени, чтобы всё обдумать, прежде чем снова с ним говорить. Гермиона вышла из кабинета в коридор и тут же столкнулась с Томсоном. — Аврор Риддл, я бы хотел, чтобы вы держали свои личные конфликты вне рабочего места, — сказал он. — Я слышал о трудностях вашего мужа с министром и сочувствую, — продолжил Томсон тише, — но я не могу позволить, чтобы это влияло на вашу работу. Возьмите остаток дня выходным, но завтра вернитесь с готовностью выполнять свои обязанности. — Да, сэр, — ответила Гермиона, смущённая тем, что Томсон счёл необходимым сделать ей выговор. Гермиона поспешила к каминам в вестибюле и только успела взять горсть летучего пороха, как услышала, как кто-то окликнул её по имени. Обернувшись, она увидела, как Альфард Блэк спешит к ней. — Ты сегодня выходная? — спросил он, догнав её. Она кивнула. — Какое совпадение, я тоже! — воскликнул он с яркой улыбкой. — Как насчёт того, чтобы поболтать за обедом? — предложил он. Не в силах устоять перед его заразительным энтузиазмом, Гермиона согласилась, улыбнувшись ему в ответ, не подозревая, что Том только что вошёл в вестибюль. Прежде чем он успел осознать увиденное, Альфард и Гермиона исчезли через камин.