Ты мне очень дорог

      Обычный стрим. Вова смотрел разнообразные видео и комментировал их. Но что-то не так. Ведь сегодня должна быть совместная игра с Хесусом. Что случилось? Где он? Спустя час ничего не изменилось. Блондин сам уже начал волноваться.       «Если он не будет стримить, то почему он мне не сообщил об этом?»       Пытаясь отвлечься, он продолжал смотреть смешные видео, но беспокойство не уменьшилось, а только возрастало.       «Может быть позвонить ему? Блять, нет. Зачем его доставать? Он ведь сказал, что придёт»       Вова ушёл в свои мысли, но окончание видео вернуло его в реальность. Продолжая смотреть ютуб, дабы растянуть время, младший краем глаза поглядывал в чат. Зрители тоже не понимали, что происходит с Хесусом. Кто-то уже начал придумывать догадки. Но вдруг в чате появились сообщения о том, что Лёша что-то написал в телеграм.       Блондин достал телефон, чтобы проверить информацию. И правда. Хесус написал, что стрим отменяется и он просит прощение за это. Вова в недоумении, как и зрители, решил всё-таки набрать номер друга. Гудки проходили, но на другой линии никто по-видимому не собирался брать. Младший решил ещё раз попытать удачу, но безуспешно. Никто не ответил ему. Парень стал сильно волноваться, ведь странно то, что он отменил всё в последний момент, да ещё и извинился за это.       В чате появилось много вопросов. И люди ожидали ответов на них, но Владимир сам был удивлён и не знал, что ответить. Стрим продолжался, но уже в не очень хорошей атмосфере. Серо-зелёные глаза смотрели на сообщения зрителей. Он пытался увидеть что-то, что могло объяснить поведение Алексея. Ведь это не первый раз, когда голубоглазый в последний момент отказывался от коллаборации. Постоянно он как-то оправдывался, а на вопрос «Почему? Что случилось?» он отвечал, что всё хорошо, но на лице было написано обратное.       Все писали то, что Лёша на последних стримах ведёт себя как-то по-другому. Вроде также смеётся над видео, но прослеживается в этом смехе нотка грусти. Да и Хес сам, по словам его зрителей, говорил, что у него что-то произошло, о чём он не может говорить. Такая информация озадачила Вову, поэтому решил позвонить повторно, но опять ничего.       Младший всё продолжал стримить, но уже без каких-либо положительных эмоций. Он начал очень волноваться за друга, ведь Хесус самый позитивный человек из всех, с кем он был знаком. Голубоглазый до последнего момента излучал радость и поддержку. А тут выясняется, что теперь ему нужна моральная помощь. И Вову охватила большая тоска, так как старший был, с недавних пор, тем человеком, которому блондин мог поделиться внутренними проблемами и услышать дельные советы.       «Блять, и что делать в этой ситуации? Я должен как-то ему помочь. Но у меня же стрим»       После раздумий, длящихся несколько минут, он принял решение сегодня закончить раньше стрим. На вопрос «Ты ахуел?», Вова объяснил, что парень хочет поехать к Хесусу и поговорить с ним. Если старший не отвечает на звонки, то от неожиданного гостя возле входной двери он точно не отвертится. Зрители дали согласие, и блондин, попрощавшись, завершил поток. Одевшись в зелёную рубашку и жёлтую футболку с джинсами, накинул на себя джинсовую куртку и пошёл на улицу к машине. Сев в автомобиль, в его голове возникли плохие мысли о том, что могло произойти с Хесусом. Но он быстро выкинул такие предположения.

***

      Низкорослый парень подошёл ко входу в Москва-Сити и посмотрел снизу вверх на самую верхушку башни. По телу прошлись мурашки, но нужно было идти во внутрь.       «А если меня не пропустят? Сука. И что мне тогда делать?»       Каким-то образом Вову пропустили к лифту. Возможно его запомнили с прошлого раза, поэтому и получилось. Может быть, но задумываться об этом нет времени. Блондин набирает на циферблате нужный этаж и поднимается по башне наверх. Пока он ехал в лифте его охватило снова беспокойство, сердце начало колотиться, а в жилах застывала кровь. Вот и входная дверь. Он несколько секунд постоял неподвижно, а потом нажал на звонок. Младший начал прислушиваться к каждому шороху, дабы услышать что-нибудь по ту сторону. Тишина. Повторно позвонив, парень прислонил ухо к деревянному препятствию. Вдруг блондин услышал глухие шаги приближающиеся к нему. Дверь открылась, и перед ним предстал удивлённый Хесус. Он был с чуть поломанной башней, значит хотел всё-таки запустить. Но что-то его остановило. На лице были видны сильные мешки под глазами и грустные глаза. Одет он был в обычную одежду, не в штаны за тридцать тысяч, а в простые брюки и кофту с длинными рукавами. Старший выглядел по-домашнему. Такого Лёшу Вова ещё не видел.       — Вов, ты что тут делаешь? — чуть с хрипотцой, спросил Хесус.       — Я приехал удостовериться, что с тобой всё хорошо.       — А что со мной могло быть? — мягко улыбнувшись задал вопрос старший.       «Эти грустные и голубые, как два светящих сапфира, глаза. Грустная улыбка. Грустный Хесус. Почему я такой долбаёб, который не увидел очевидного»       — Ты не подрубил стрим сегодня и не отвечал на звонки, — обеспокоенным тоном, ответил Вова.       — Я просто решил взять выходной.       — Отменив стрим в последний момент? Лёш, я вижу, что у тебя что-то произошло. Что случилось?       Старший держал обманчивую улыбку до конца, но глаза выдают его.       — С чего ты это взял? — усмехнувшись и чуть отвернувшись, спросил Хесус.       — Блять. Во-первых, сегодняшняя ситуация. Во-вторых, ты стал на стримах сидеть грустным. В-третьих, перестал приходить на коллабы. В-четвёртых…       Блондин не успел договорить, как его перебили.       — Вов, у меня всё хорошо. Не надо беспокоиться по пустякам. Уже поздно, ты зря приехал. Всё замечательно, — улыбнувшись не только ртом, но и глазами, ответил на слова друга.       Зеленоглазый не поверил шатену и продолжал смотреть ему прямо в глаза обеспокоенным взглядом. Уголки его губ опустились. Вова смотрел на старшего, не отрывая очи и редко моргая, наблюдая за медленной сменной эмоций на лице парня.       Голубые глаза начали краснеть и блестеть на свету, а губы начали периодически подрагиваться. От улыбающегося Хесуса ничего не осталось, ведь перед ним предстал Лёша, который еле сдерживал слёзы. Вова сделал шаг к старшему и крепко-крепко обнял его. Тот в свою очередь обхватил низкорослого парня тонкими руками и положил свою голову ему на плечо. В коридоре стали слышны тихие всхлипы.       Лёша, будто котёнок, которого давно надо было обнять. Блондин, продолжая держать парня в объятьях, запутал свою руку в мягких волосах, разрушив башню окончательно. Несколько секунд они так стояли, пока Хесус не решил прервать эти очень нужные и важные мгновения для него.       — Хес, что произошло? Как давно с тобой это случилось?       — Я… не могу, — с льющимися слезами ответил Лёша.       Вова понял и не стал больше задавать этот вопрос. Если он не хочет говорить об, то нет смысла мучать.       — Лёш, просто знай, что ты не должен этого говорить. Но и нельзя держать всё накопившееся дерьмо в себе. Как ты будешь готов рассказать, я буду рядом. Ты мне очень дорог. Понимаешь? И мне больно смотреть на то, когда такой замечательный человек как ты, страдает.       — Хорошо, обязательно расскажу, — с мокрыми глазами и тёплой улыбкой ответил Хесус.