Мерзость

— Просто возьми мою рубашку белую и какой-нибудь платок, чтобы закрыть шею, — Чимин смотрит на него через экран и даже легко смеется, когда Юнги в порыве запинается о свою же ногу и почти падает. — Вот все у тебя так просто, — Мин недовольно цокает языком, почти погружаясь в шкаф за вещами. — Ну блин… Не успел найти нормальную работу — сразу на какую-то пафосную ярмарку засунули. — У какой я бедный и несчастный, должен пойти и общаться с нормальными людьми, — Чимин для дополнительного эффекта еще и подвывает в микрофон и, кажется, вовсе не замечает озлобленного взгляда лучшего друга. Беременность Чимина на пользу окружающим никак не пошла. Он стал вредным, язвительным и плюется ядом при любом удобном и неудобном случае, избавляя от этой участи разве только Санхека и своего папу, остальным же влетает достаточно. Даже Чонгуку, который вообще-то неконфликтный и крайней степени альфа понимающий и добрый. По мнению Чимина, слишком, а значит он — притворяется ради личной выгоды. Какой, правда, и сам Пак еще не придумал в своей голове, но она точно есть и он только и ждет чтобы извлечь ее. Придурок он, конечно, феерический, но есть надежда, что это просто гормоны и через несколько месяцев ему снова полегчает. — Эту или эту? — Юнги вытаскивает две белые рубашки, наблюдая за тем, как Чимин сначала щурится, а потом задумывается. — С жемчужными пуговицами бери… — Чимин, но она же как из прошлого века, давай уже с перламутровыми, — Юнги почти хнычет и даже топает ногой для усиления эффекта. По правде сказать, ему вообще кажется, что Пак издевается над ним, пользуясь тем, что у него самого нет подходящей классический одежды и он даже понятия не имеет как вообще стоит одеваться на такие мероприятия. — А давай ты меня послушаешь, — Пак хмыкает, подпирая лицо ладонью и только наблюдает за тем, как друг еще раз пристально рассматривает рубашки. — С перламутровыми быстро мнется, ты сядешь в такси, а когда выйдешь, то вся спина будет в заломах, я уже молчу о сгибах локтей. Ты должен выглядеть аккуратно и опрятно, а не ходить в мятой рубашке, доказывая всем своим видом, что тебе плевать на всех и все. Включая, конечно же, и прекрасную работу, о которой ты так долго мечтал. — Ладно, прости… Просто я правда волнуюсь, там все будут опытные, наверняка шефы или су-шефы, у которых уже есть куча наград, а я до тридцати просто булки пек, — Мин надевает рубашку и быстро застегивает на все пуговицы. — Я там только опозорюсь со своими знаниями… Как я могу выбирать среди всех этих навороченных машин что-то если и с их допотопными предками не работал! — Ну венчик у нас был… — Чимин задумчиво чешет голову и легко дует губы. — И блендер! И еще что-то… — Ступка да пестик, — Юнги кривит губы. — Но это совсем не то! — Как хочешь, я с тобой спорить не буду, — Пак хмыкает. — Теперь возьми платок на шею. — У меня есть черный, я думаю… — Мин Юнги, платок с чертами ты тоже вязать не будешь! У меня там есть голубой, оберни вокруг шеи, чтобы закрыть рисунки, — Чимин шумно выдыхает, наблюдая за тем, как его хен аккуратно вяжет платок и прячет узел под складками мягкой ткани. — Это еще хорошо, что твой петушиный причесон отрос… — Какой блять?! — Юнги почти вскипает, разворачиваюсь, кажется, даже от злости дрожит, когда хмуро рассматривает друга через экран телефона. — Ах, прости, куриный! Ты же мой нежный омега… — Чим, иди промой рот с мылом, пожалуйста, — он тяжело вздыхает и достает из шкафа отглаженные черные джинсы без дыр и даже потертостей. — Ты уже невыносим! Чимин же только недовольно дует губы и бубнит себе под нос. Его действительно иногда нужно останавливать, нужно пресекать и просить оттачивать язык на ком-нибудь другом. Пойти хотя бы на родительский форум и там с пеной у рта собачиться о вреде и пользе грудного вскармливания, обызывая своих оппонентов всеми возможными ругательствами. А не вот это вот все великолепие выливать на родных и близких! Впрочем, никто с ним старается не спорить и ругаться, понимая, что это всего лишь гормоны и всего лишь временно. Наговорить можно всего и всегда, а вот прежние отношения вернуть иногда сложно, а иногда и невозможно в принципе. Можно только вспоминать, как когда-то было все хорошо и прекрасно, как несколько слов все это прекрасно разрушили в одночасье. Юнги с Чимином дружат уже несколько лет, хотя когда их сселили, они не думали, что смогут ужиться. Не думали, что Юнги будет терпеть чужого ребенка, а Чимин постороннего омегу с сомнительной внешностью. Но внезапно они прижились, притерлись и назвали друг друга лучшими друзьями. Юнги потерять друга в обычной перепалке не готов, Чимин наверняка тоже, поэтому мирно молчит, понимая, что действительно перегнул. — Лучше расскажи мне как там Санхек. Мин улыбается, наблюдая за тем, как на лице друга расцветает улыбка и готовится слушать истории о лучшем ребенке в мире.

***

— Это — провал, — Юнги шипит себе под нос и идет к следующей модели кухонного комбайна. Когда он сюда ехал, то не думал что будет все настолько… пафосно. Белоснежный зал со светлым паркетом, яркая подсветка и высокомерные рожи, которые и сами уже блестят от количества украшений на шее и запястьях, он же даже с жемчужными пуговицами выглядит простовато. Хотя плюс в том, что внимания на него действительно никто не обращает, хоть что-то хорошее! Он может спокойно тупить рядом с каждой моделью и делать вид, что во всем этом разбирается, просто очень придирчивый, ага. Юнги берет в дрожащие руки карту с характеристикой, понимая, что на режимах он только может начать и закончить. — И как это все понимать? — он почти шипит, доставая из кармана телефон, надеясь, что хоть всевидящее око интернета может в этом разбираться. Или хоть на форуме каком-то узнать ответ… — Если вы не планируете выставлять технику в зале или хвастаться ею дома, то не советую, до своей цены она очень недотягивает. Юнги резко поднимает голову и даже легко отшатывается, замечая рядом с собою альфу. Высокий, с темными волосами, в льняной рубашке без воротника и в черных брюках. — Прошу прощения, я вас напугал, — он наклоняет голову чуть в бок и легко улыбается, демонстрируя милые ямочки на щеках. — Ничего, это… Я что-то сегодня совсем рассеянный, — Юнги легко кивает и тоже улыбается. — Здесь навесили столько лампочек, что любой нормальный человек растеряется. Чон Хосок, а как вас зовут? Мужчина притягивает ладонь и омега несколько секунд мнется прежде чем ответить на рукопожатие. — Мин Юнги, — он отводит взгляд. — А вы хорошо разбираетесь в технике? Я просто совсем теряюсь во всем этом, — ой, да какая уже разница! Наверняка он уже и так понял, что на кухне он орудует только поварешкой и решил пожалеть бедолагу. — Не то чтобы… Имел возможность поработать, когда был в Нью-Йорке. Не для больших кухонь вообще у этой фирмы техника, мотор слабоват и часто ломается, для тех, кто готовит дома под заказ — еще могу поверить. — Вы работали в Нью-Йорке? Или стажировались? — Работал, меня пригласил знакомый шеф из Японии, когда они там только начинали. Сейчас решил пока вернуться в родные места, — Хосок с легкой улыбкой морщит нос. — Хотя не думаю, что надолго, обычно я в Сеуле не дольше, чем на полгода остаюсь. — Так не любите родные места? — Скорее они меня, — альфа совсем легко кивает. — А где вы работаете, если не секрет? — Petit Cafe', а вы? — Стейк-хаус Carne. — Ого, слышал об этом месте, довольно престижное заведение, — Юнги чуть поджимает губы и теперь вовсе не может понять, почему такой альфа подошел к нему и решил познакомиться (уж точно не для того, чтобя обсуждать кухонные машины), если в его ресторане отдыхают лучшие омеги города. — Только когда касается цен, — Хосок легко выдыхает, а потом достаточно кокетливо улыбается. — Хотя говорят, что су-шеф там шикарен. — Кто? Он сам? — Юнги прикрывает легкую улыбку тонкой карточкой, вслушиваясь в легкий смех альфы, когда внезапно звонит его телефон. Чон смотрит на экран и быстро сбрасывает оповещнние. — Прошу прощения, я вынужден бежать и просить ваш номер, — Хосок протягивает ему свой телефон и чуть нервно смотрит на дверь. — И что же вы будете с ним делать? — Мин хмыкает, но все же вводит его. В конце концов, возможно, он просто хочет вежливо попрощаться с ним. Возможно, он думал, что Юнги тоже работает в каком-то крутом месте, где отдыхают знаменитости и бизнесмены. Разве что по ошибке. — Буду звонить вам и просить о личной встрече. — Стоит ли мне вас опасаться? — омега протягивает телефон Хосоку и альфа аккуратно подхватывает его ладонь, чтобы поцеловать. — Я знаю, где вы работаете, а значит могу преследовать, пока не добьюсь хоть одной встречи, — Чон улыбается. — До свидания, Юнги, надеюсь, скоро вас увидеть. — До свидания. Он смотрит, как альфа уходит, надеясь, что это просто шутка.