Загляни в глаза

Нас так часто выбирают, словно кастинг в фильме. Не похожи на других, и значит сразу фрики. Нас так часто видят так, как им внушили фильтры. Но мы те, кто есть внутри, без этой лишней пыли. Так много взглядов ловили, как прокаженные в Риме, Надеясь на перемирие, ведь мы давно нелюдимы. Корабль не плывет, если объявлен штиль. И звери не едят зверей на водопое в мир! — Урод! Ничтожество! Позор народа! — ненавистные крики парней эхом доносятся до самого конца длинного здания. В школьном коридоре, около теннисного стола на полу, скрутившись в комок, лежит юноша, что отчаянно защищается от ударов своих одноклассников, которые пинают его по всем частям тела. Они бьют его жёстко, беспощадно, придавая к ударам всю силу, да настолько мощную, что... казалось, на несовершеннолетнем не останется и живого места... — Ладно, ладно, хватит уже... — грубый пронзающий сквозь тело тембр заставляет парней прекратить избивать юнца, задыхавшегося в собственной крови и судорожно дышащего. — А то... — смеясь, обладатель грубого голоса впритык подседает к мальчишке, тонкими холодными пальцами хватая его за подбородок и издевательски заглядывая в чужие глаза, где глубоко в них запрятана вся боль и обида пострадавшего, однако они их не замечают, они их не видят, они слишком слепы, чтобы сделать это... — А то он сейчас помрёт, а как вы уже знаете, я хочу ещё очень долгое время издеваться над этим монстром... — психически ухмыляясь, он адски больно сжимает подбородок школьника. — Я же верно говорю, никчёмное чудовище? — ещё сильнее сжимая челюсть парнишки, насильник продолжает глядеть на него. Однако в ответ тишина, что принуждает подростка, чуть повернув голову в сторону, тихо засмеяться, а после, вновь яростно взглянуть на страдающего и со всей мощью вмазать ему по его истерзанному лицу. — Тварь! — шипит парень, намериваясь вторично ударить юношу. — Сехун, там кто-то идёт! — тревожно сообщает один из его друзей. — Думаю, что нам нужно уходить, а то припишут ещё штрафные баллы, а я, если честно, не очень хочу убирать всю школу. — А кто же хочет? — усмехнувшись, произносит парень. — Валим, ребят! — поднявшись с пола, даёт указание он. — А ты... — глянув на избитого, Сехун пинает его по ногам. — Только попробуй сказать, что это сделали мы, я тебе такое устрою, что ты запомнишь это на всю свою жалкую жизнь, уродец. — плюнув в лицо мальчишки, подросток спешит за друзьями. Мальчишка же, что уже почти терял сознание, дрожащей рукой схватившись за ножку теннисного стола и также подрагивая, поднимается на ноги. Резко его голову пронзает адская боль, в глазах темнеет, когда в это время ноги, что жутко болели, предательски начинают трястись, заставляя юнца ели удерживать равновесие. — Прошу, только держите меня... Прошу, не дайте мне упасть... — наконец, парнишка тихо издаёт свой глас. Он мягкий и нежный, словно у девушки. — Умоляю вас, помогите мне дойти до моего дома, а потом вы до завтрашнего дня отдохнёте, потому что я сегодня больше не буду ходить, я буду только сидеть или даже лежать... — Пак Чимин, с кем это вы говорите? — неподалёку раздаётся женский голос, из-за чего школьник, вздрогнув, испуганно глядит в сторону источника звука. — Ну же, ответьте или вы язык проглотили? — Я... Я... — заикаясь, Мин хочет что-то сказать, однако его перебивают. — Что это у вас? — подходя к Чимину, взвалнованно спрашивает девушка, а, оказавшись около Пака, она приближается к его личику и щурит глаза. — Вы опять с кем-то подрались? — Нет, я... — сызнова подросток желает произнести свою речь, но его вновь обрывают. — Сколько можно!? — с каждым словом повышая голос, женщина требовательно смотрит на Чимина. — Сколько это будет продолжаться!? Почему вы всегда лезете в драку!? — Н-но... Это... Это не я... — запинаясь, произносит юнец. — Это... — Всё! — строго обрывает женщина, хватая ученика за руку. — Мне твои лживые оправдания не нужны! Мы идём к директору! Сильнее сжав кисть сопротивляющегося парня, девушка быстро тащит его за собой, в ответ слыша молебные просьбы Чимина отпустить его... *** — Ну и?! — недовольный мужской тембр заставляет Пака подпрыгнуть с места. — Сколько ещё ты будешь влезать в драки? — Н.. но.., это не я. Это не я... — голос парнишки жутко вдрагивает. — Я правда не ни с кем не дрался, это всё они... Прошу вас, поверьте мне... — Это вы! — мужчина и вовсе не обращает на слова школьника, продолжая твердить о своём. — Это именно вы влезаете во все ссоры. Подняв голову, что до этого была опущена, Чимин вонзает нахмуренный взгляд на директора. — Почему в.. вы так решили? П.. почему вы никогда не верите мне? — болезненно щипая правую руку, уже успевшую покраснеть, Пак сменивает свой хмурый взор на вопросительный. — Ну, может, потому что ты, прости меня за выражение, урод, который, желая защитить самого себя, вечно влезает в драки... — встав на ноги, мужчина подходит к юнцу. — Ты об этом не подумал? — скрещивает руки на груди и, вскинув одну бровь, требовательно глядит на младшего. — Это и в.. вправду не я. — еле слышно говорит Чимин, опуская взгляд в пол, ведь директор слишком долго смотрит на него, а ему это не очень привычно. — Если не верите, то посмотрите камеры, там есть всё. — Я бы посмотрел, но... — сделав паузу, мужчина усмехается. — Но, где ты дерёшься, там нет камер. — Но я... — Так как у тебя нет доказательств, то я ставлю тебе галочку о том, что ты снова подрался, ещё одна такая ситуация, и ты вылетишь из школы, тебе ясно!? — чуть ли не крича на несовершеннолетнего, угрожает мужчина. — Всё, Пак Чимин, ты свободен, а сейчас я прошу тебя, покинь кабинет. — пальцем указав в сторону выхода, настоятельно продолжает он. Пак, ничего не ответив, сжимает лямку рюкзака и направляется к дверям, слыша о том, как директор задерживает девушку со словами: "А вы учитель Ким, останетесь, у нас с вами есть одно не законченное дело". Очутившись за пределами кабинета, юноша торопится покинуть и школу. Быстро-быстро шагая к выходу, он рукой смахивает доходящие до губ слёзы, всеми силами стараясь не показать их людям. Выйдя на улицу, Пак накидывает на себя куртку, а после, надев на голову капюшон, он всё же дает волю своим эмоциям... Зачем же били юнца, называя его уродом? За что директор не поверил ему, также сказав, что он урод? В чем причина? Ответ прост. Чимин не такой как все, он — мальчик, что с рождения имел фиолетовые глаза и такого же цвета волосы, а также небольшой шрам в виде звёздочки на щеке, под глазом, что сильно отличало парнишку от всех остальных. В Корее этот образ недооценён, он не соответствовал идеалам красоты, а что ещё хуже за эту внешность могли запросто грубо оскорбить или избить. В школах с такими людьми также обращались очень сурово. Их могли каждый день, как Пак Чимина, унижать, истязать и делать с ними то, что им захочется, ведь даже учителя были против учеников с такой внешностью. Однако так обращаются только некоторые, а остальные просто до жути бояться подходить к ним, ибо как гласит корейская легенда (это выдумано, ламят), люди с такими чертами внешности приносят неудачу и горе. Именно это и есть причина того, что Чимин изгой школы. Именно это является тем, что заставляет многих учителей не замечать его на уроках. Именно это стало виной того, что парнишка живёт без родителей, которые уехали от него в другой город со словами: "У нас там много работы, как закончится вернёмся". Вот только на этом ничего не заканчивается, ведь Чимин каждый день звонит им, с надеждой о том, что они скажут ему о своём возвращении, но вместо слов "Сынок, мы уже летим обратно домой", он слышит лишь "Вернёмся через месяц", но всё же, радуясь и этому, мальчишка с нетерпением ждёт этого дня, вот только под конец месяца у них снова появляется много работы, и они вновь остаются там ещё на месяц, что очень расстраивает ребёнка, чья надежда на их возвращение стала постепенно угасать, ибо это было уже не раз .... — Да, Чимин, чего ты хотел? — звонкий глас слышится по ту сторону чиминова смартфона. — Мам, а, когда вы вернётесь домой? — выжидающе задает вопрос мальчишка. — Чи, ты же знаешь, что у нас очень много работы, и я же тебе уже говорила, что через месяц мы вернёмся домой, как тебе это ещё объяснить!? — женский голос с каждой секундой становится всё строже и строже. — Но вы и... — в который раз речь парня отрезают, словно не давая ему право на слово. — Всё, Чимин, деньги на карту я тебе скинула, а теперь не мешай мне, у меня много работы. — громкий глас умолкает, оставив вместо себя короткие гудки. — Но вы и в тот раз сказали, что приедете домой через месяц, вот только вы так и не приехали... — опустив голову, юноша смахивает пару солёных капель с лица, а после входит в квартиру, где он, даже не раздиваясь, проходит в спальню. Обессиленно упав на кровать, он прикрывает веки, приступая размышлять о сегодняшнем дне...