Фиолетовый - цвет бесконечности.

— Дилюк, смотри, — мечтательно проговорил Кэйа, аккуратно завязывая на запястье юноши нежную фиолетовую ленту. — Эти повязки будут значить, что мы никогда не расстанемся. Фиолетовый - цвет космоса. А космос бесконечен. — Олберич мягко улыбнулся, и в его глазах отразился блеск звезд. Парни любили вот так сидеть по вечерам, иногда даже залазили на крышу винокурни, что уж там. Сейчас им от силы было лет по двенадцать или одиннадцать, они думали, что всегда будут идти бок о бок, но мечты не всегда сбываются. — Я хотел бы, чтобы мы всегда оставались рядом, брат, — обратился Кэйа к Дилюку, не отрывая от него взгляд. — Я тоже, — тихо ответил тот, нежно улыбаясь другу. Никто и знать не мог, что когда-то эти дорогие друг для друга люди будут в вечном конфликте, не находя сил даже просто поговорить. Они никогда не переступят эту черту, они всегда будут обходить ее стороной, даже не посмотрят друг другу в глаза. Кэйа тихо вздохнул, убирая ленточку в карман одежды. С той ночи он сначала не преставая ее носил на руке, потом уже - из-за опасности порвать или повредить - всегда убирал ленту в карман одежды. — Если вы разгромите мне помещение, то платить будете сами, — проговорил уже изрядно уставший Дилюк, стоя за стойкой и вытирая стаканы, а обратился он к молодым людям, которые заказывали не первую и не последнюю бутылку вина, - Кэйа и Венти. — Да мы же еще не напились!, — возмутился молодой бард. — И даже не буя-я-яним, — протянул тот, поднося бокал с вином — Дилюк, не будь такой занудой, — сказал Кэйа, открывая очередную бутылку алкогольного напитка, разливая уже по пустым стаканам, — Тем более, мы еще не ломали тебе Бар, — подмигнув, завершил молодой человек, чуть отпивая напиток. Секунда-две - и Кэйа сморщился, — Это... — Виноградный сок, — кратко заключил Дилюк, даже не смотря на парня, параллельно убирая чистый до скрипа бокал за стойку. Ему было все равно, он хотел ужей пойти домой, но оставлять этих двоих было опасно для помещения — Черт, — возмутился Кэйа, когда уронил из кармана мору, которую подготовил для бутылки вина, а не сока. Юноша наклонился и чуть не упал. Его Подхватил на лету Венти, который в свою очередь тоже чуть не свалился со стула. Дилюк раздраженно вздохнул и успел поймать Архонта за шкирку, а тот за собой посадил на место и капитана, — Венти, кажется она закатилась за стойку, дай я подниму, — чуть заплетаясь проговорил молодой человек, смотря на парня — Секунду!, — Венти хотел было вскочить из-за барной стойки, как тут же повалился назад со стулом. Дилюк вновь вздохнул, понимая, что они тут скорее расшибутся и все испачкают, параллельно пролив вино, поэтому решил достать монеты сам, от греха подальше. Выйдя из-за стойки, юноша наклонился под стул и увидел посреди моры какую-то ленточку. До боли знакомую и довольно затасканную. Она была фиолетового цвета. Такого же, как и в ту самую ночь. Он молча поднял с пола деньги и повязку, положив перед выпившим капитаном. Тот же удивленно посмотрел на Дилюка, мгновенно убирая ленту в карман. Он не должен был знать о ней и о том, что Кэйа все еще хранит ее. Не должен был. Дилюк же, понимая, что парень достаточно выпил и на утро ничего не вспомнит, невзначай закатал рукава рубашки, где на левой руке показалась такого же цвета лента... Никто не знал, да и не знает, но Дилюк тоже всегда носил с собой этот знак бесконечности. Также вечером смотрел на него, вспоминая их вместе прожитые моменты с Кэйей. Но он никогда не заговорит с ним.