***
Когда Кихён вдруг бросает его у выхода, Чангюн заметно напрягается: вокруг все еще слишком много воды, и оставаться одному в таком месте очень тяжело, эти огромные объемы ужасно давят, и ему опять кажется, что-то кто-нибудь обязательно что-нибудь разобьет, и они тут все утонут в вылившейся воде, причем их в процессе еще и есть будут. Так что когда бариста возвращается, коллега смотрит на него уже очень и очень нервно. Плюшевый тюлень действительно спасает положение, только если Кихёна эта неловкая ситуация выбивает в смущение и непонимание самого себя, то Чангюна - в ту степень благодарности, когда хочется плакать. Он очень растроган, он волнуется, у него даже губы дрожат. - Спасибо, - тихо произносит он. Ему очень давно ничего не дарили, тем более вот так, без повода, просто потому что захотелось, и это настолько ярко, что он не может не обнять Кихёна. У него дрожат руки, когда он прижимает его к себе вместе с игрушкой, и он еще торопливо целует парня в щеку, прежде чем его отпустить, - и запоздало понимает, что то, что для него нормально, может показаться его новому другу очень странным. Потом приходится все-таки не сразу ехать домой, а поискать какой-то пакет, чтобы завернуть в него плюшевого тюленя, чтобы он не запылился по дороге, ехать все-таки довольно далеко, и лучше не рисковать таким важным и милым пушистым сокровищем. Чангюн еще предупреждает, что ему нужно будет на несколько минут забежать домой, потому что завтра ему на работу с утра, и лучше переодеться и взять все необходимое сразу, чтобы не вставать и не уезжать совсем уж рано. Но это все действительно буквально на несколько минут, а потом уже можно заехать в магазин и купить что-то к ужину. И выбрать каких-нибудь вкусняшек и для них двоих, и для кошки, и для хомячка.***
Реакция Чангюна заставляет Ю теряться - нет, не потому что что-то сделал не так, он понимает, что все хорошо, но тот так благодарно смотрит, что почему-то становится больно. И обнимает так, как будто он не тюленчика мягкого принес, а спас мир, не меньше. А еще - целует, и хотя в этом действительно нет ничего особенного, между друзьями может быть что угодно, у Ки внутри рушатся выстроенные стены, и это очень страшно. Страшно, но он сдерживается, сейчас он может не натворить таких же глупостей, как до этого, и это еще страшнее, потому что это значит, что он точно не готов терять нового друга, и для этого придется долго и усиленно воспитывать самого себя. Снова. Потому что даже мельком не должно быть мыслей о том, что ему понравилось ощущение этих губ на своей щеке. Потому что проблема все-таки не в окружающих, а в голове у Кихёна, и ее надо решать, и чем скорее, тем лучше. - Ты же дашь ему имя? - интересуется Ки, когда они прячут нового питомца Чангюна в пакет. Он уверен, что этому тюленю имя совершенно необходимо. А потом они едут в сторону дома Има, и Кихёну интересно, далеко ли это, интересно, какой он, хотя он не знает, будет ли заходить или останется на улице, ведь все будет быстро. И хорошо, что они едут - можно молчать и выстраивать стену перед ненужными мыслями, - но плохо, что на мотоцикле, потому что тяжело ее выстраивать, обнимая Чангюна. А еще ему очень стыдно. Стыдно, что он так и не смог искоренить в себе это, стыдно, что это сработало вот так и теперь может все испортить, и он обещает себе, что не позволит прошлому вылезти наружу. Он не такой, он не должен быть таким. Зато у него есть новый замечательный друг, который к тому же будет баловать его кошку. Разве это не здорово?***
Чангюн живет в этом же самом пригороде, где большой торговый центр с морскими котиками, на самой его окраине, - от ресторана, где они с Кихёном работают, очень далеко, так что нет ничего удивительного в том, что он хочет напроситься в гости именно с ночевкой, ему ведь из гостей до студии добираться тоже будет гораздо быстрее, чем из дома. Он предлагает Кихёну подняться, хотя зайти надо всего на несколько минут, и как-то не думает, что по его меркам в этой квартире просто ужасный бардак: всюду баночки с разноцветными красителями, тюбики с красками, неотмытые палитры и очень, очень, очень много набросков, которые лежат буквально на всех поверхностях. Наверное, когда у него была девушка, все это выглядело не так ужасно, но сейчас творческий беспорядок очень творческий и везде, и даже на кухне полно кистей - они сохнут в банке рядом с поставленными в такую же банку лопаточками и половниками. Чангюн действительно собирается очень быстро и обещает, что когда приедут сюда смотреть фильм, он обязательно уберется, и все будет красиво и вообще, но... Без этой кучи набросков эта квартира ведь потеряет все свое очарование, она не будет выглядеть живой без его живописи. Потом они едут за необходимыми и не очень продуктами, выбирают все самое вкусное и так и таскают за собой тюлененка, которого, конечно, нужно было сразу оставить дома, но Чангюн не хочет так, он хочет с ним спать уже сегодня. Да и вообще не хочет с ним расставаться.