Кошачья верность

      Сегодня пятый столик в таверне «Три метлы» вёл себя на восемьдесят процентов оживлённо и лишь на двадцать аристократически сдержанно. Не было ничего удивительного в том, что Гарри удалось немного раскрепостить слизеринцев, хотя он сам до этого момента и не подозревал, что обладает подобной способностью. Однако, они знакомы полчаса, может немного больше, а уже с энтузиазмом по очереди рассказывают смешные истории из своих жизней. Возможно, эти трое всё ещё следили за тем, чтобы из их рта не вылетело ничего компрометирующего, но они были действительно увлечены разговором и с удовольствием рассказывали о всяких безделицах:       — И тогда мы с моим другом просто начали придумывать себе страшные предсказания, потому что, видимо, только так можно было получить положительную отметку. Друг предсказал себе пищевое отравление и падение с лестницы, что ещё он мог предложить, когда на дне чашки буквально лестница? Вот он и стал ссылаться на это, а потом через пару минут его активной жестикуляции рисунок стал похож на унитаз, он всё размышлял о том, что же из этих двух вариантов его в итоге ждёт, и решил оставить оба.       — А я…       — А ты? — заинтересованно протянула Нарцисса.       — Ну конечно же предсказал себе смерть. На дне моей кружки была просто клякса, но я сказал, что это яма в которую положат мой гроб. Я знал, что преподавателю это понравится, она почти каждый день предсказывала мне мучительную смерть.       — Какая трата времени, разве на прорицание не должны ходить те, у кого есть хотя бы небольшая предрасположенность? — мда, помнится, Гарри поступил довольно по-детски, когда решил выбрать наиболее лёгкие предметы из предложенных. Был ли действительно смысл ходить на прорицание, если он ничего не мог предсказать? Знания по нумерологии и рунам пригодились бы ему гораздо больше.       — Оу, это было всего на недельку, директор просто проверял кандидатов на должность, а мы хотели немного повеселиться, поэтому пришли, — Люциус кивнул, принимая ответ.       — У нас не было чего-то настолько безумного: так, парочка забавных ситуации. Например, профессор Макгонагалл уже как несколько лет разыгрывает первокурсников на их самой первой паре своим эффектным появлением. Знаешь, чтобы показать все возможности трансфигурации. Дожидается детей в своей анимагической форме, потом бац! Перед вами профессор.       — Очень наглядно, — прокомментировал Гарри, поневоле вспоминая свою собственную первую пару. Это было неожиданно и по-настоящему волшебно, ну и раз уж он в принципе оказался в своей уникальной ситуации, разве это не главный показатель, что Макгонагалл на пару с крёстным действительно удалось заинтересовать его анимагией? Правда, никто из них и предположить не мог, к чему всё приведёт.       — Ну так вот, однажды какой-то особенно правильный и нервничающий первокурсник разволновался из-за кошки на преподавательском столе и поспешил вынести ту из кабинета, пока не пришёл педагог и не наругал бедняжку. За этим действом с первых рядов наблюдали какие-то везунчики с четвёртого курса, которые и разболтали потом всей школе, как Макгонагалл, простояв в прострации пару минут в коридоре, обратилась обратно и, стараясь выглядеть как можно более невозмутимо, вернулась в кабинет. — Гарри рассмеялся, представляя, как смущённая женщина старается скрыть неловкость перед детьми.       — После этого случая пару лет она начинала пары не столь эффектно, но, кажется, недавно вернулась к этой традиции. Интересно, сколько времени пройдёт до следующего подобного первокурсника?       — Темпус, — Беллатриса, что уже какое-то время оценивающе поглядывала на небо за окном и постепенно пустеющее помещение, наконец, решила напрямую узнать, сколько времени.       — О, нам пора, — слегка разочарованно оповестила девушка. Никакой «драмы» при расставании, конечно же, не произошло. Гарри им может и понравился, но он пока не вошёл ни в круг их друзей, ни даже приятелей, хотя, судя по всему, у него были шансы… Хотел ли он этого?       И, тем не менее, они договорились на ещё одну встречу, через неделю — в субботу, когда у всех будет время, силы и желание. Зачем маленьким слизеринцам видеться с ним? Он был просто неплохим собеседником на один вечер, ничего более. Может, их зацепило что-то в его рассказах. Он что, не заметил, как наговорил лишнего? Хотя в такой компании сложно было не контролировать каждое вылетающее из уст слово. Немного… выматывающе. Как только аристократы умудрялись проводить подобным образом каждый день? Ну ладно, не абсолютно каждый, но большинство.       Гарри вышел на улицу, тут уже было достаточно темно и малолюдно. Были ли у него какие-то планы на эту неделю? Ему в любом случае стоило уже выбраться из своей безопасной скорлупы, начать действовать, ведь даже если ему и не дано было что-то изменить, хотя он всё ещё не был уверен в этом на сто процентов, Гарри, по крайней мере, мог бы выбраться на разведку.       Звучало, конечно, очень уж оптимистично, ведь сам он понятия не имел, с чего ему начать, и какая информация могла бы помочь ему в борьбе с Волан-де-мортом в будущем. Да и где бы он мог разузнать о чём-то? Из газет, на званых вечерах, непосредственно в рядах пожирателей? Не высоко ли он замахнулся? Из первого ничего путного, скорее всего, не выйдет, хотя это помогло бы ему чуть больше разобраться в ситуации, для второго нужны связи, а последнее… Ну какой из него шпион? Объективно, с его удачей он либо чем-то выдаст себя в первый же день, либо случайно станет правой рукой Волан-де-Морта.       Но, пожалуй, он мог бы кое-что сделать, чтобы эта дверь была хотя бы слегка приоткрыта для него будущего, а не наглухо закрыта и заперта на пару замков. Ведь кого попало с улицы в пожиратели не набирали, даже если некоторые из них после Азкабана и выглядели как натуральные бродяги. Залётного Майкла Корнера в организацию никто бы не принял, а вот друга Малфоя, пускай не близкого, но придерживающегося нужных взглядов, талантливого полукровку — вполне. Северуса же взяли, правда тот вроде как довольно тесно общался с Люциусом и считался гением зельеварения, так что, возможно, игра не стоила свеч.       Хааа… скоро от всех этих мыслей у него начнётся мигрень, ему стоило поспать и подумать обо всём как следует завтра, у него была целая неделя на размышления и продумывание всего, что только можно, прежде чем он снова встретится с маленькими змейками.       Он как раз добрался до одного из многочисленных гостевых домов, большинство из которых предназначались для родителей, что хотели провести выходные со своими детьми. Этот милый тёплый образ любящей семьи не отпускал его, пока он общался с администратором и поднимался на второй этаж. Он так часто разыгрывал подобные сценки в своём воображении в детстве, так скрупулезно собирал в своём сознании образы родителей, со временем это перестало приносить такую боль, он свыкся с реальностью, а идеальные картинки обретали чёткость, но вместе с тем пятна и неровные штрихи. Они имели свои недостатки, но продолжали оставаться недосягаемой мечтой.       Однако он здесь, в прошлом, мог ли он что-то исправить, как-то изменить будущее? Конечно, всё это было очень сложно, опасно, и было так легко что-нибудь да испортить окончательно по случайности. Однако как будто один только подобный шанс стоил всех рисков, но что же такое небольшое, но значимое он мог бы сделать?       Итак, его родители встречаются, женятся, появляется пророчество, они скрываются с помощью заклинания, их придает Питер, лорд приходит, Лили жертвует собой — как-то так. С пророчеством, скорее всего, он ничего сделать не сможет — даже если Трелони его не произнесет, найдётся какая-нибудь другая гадалка. С родителями делать что-либо очень опасно, любое отклонение — и есть шанс попросту не появиться на свет. Итог: самое простое и надёжное — выкинуть из этой цепочки сраную крысу. Компания Мародёров пока ещё не до конца сложилась, и сломать эти едва зарождающиеся отношения было бы довольно просто. Возможно, ему даже удастся переключить внимание мелких хулиганов с Северуса на Питера. На лице Гарри от этой мысли на пару секунд задержалась злорадная улыбка.        Нет, ему не жалко мелкого нервного пухляша Питера, который уже выбрал для себя «стратегию выживания» и набивался в компашку к двум сильным наследникам известных родов. Интересно, за какие такие заслуги он туда в итоге попал? Может быть, придумал несколько мерзких розыгрышей? В любом случае, он бы мог пару раз его подставить, подорвать таким образом доверие и вуаля! Это бы могло многое изменить…       Однако, это задачка на будущее, к ней он сможет приступить только когда вернётся в замок, а пока… Чем же всё-таки ему себя занять? Может действительно просто начать с местных газет? Это могло бы натолкнуть его на какие-то мысли. В крайнем случае, он найдёт себе пару интересных книг, тоже неплохое занятие.       Школьная библиотека, конечно, невероятно огромна, но неплохо было бы немного сменить обстановку и содержание. Мда, Гермиона гордилась бы им. Эгоистично он желал, чтобы ребята попали сюда вместе с ним, просто ещё одно приключение на троих, для их сплочённой команды, даже если у них не всегда всё шло идеально… Наверное, он скучал, просто не думал, просто не вспоминал, иначе внутри болело бы, каждую прожитую здесь минуту.       Ему нужно поспать.