Спаси меня

***

После короткого, но напряжённого разговора с Данг Хаем, Намаари почувствовала опустошение. Горло саднило от скопившейся желчи, от которой девушка решила избавиться привычным для неё способом – хорошенько напиться. Тонг периодически подливал виски, не забывая посмотреть с укором. Терпкий алкогольный напиток обжигал горло, согревал организм изнутри, расслаблял тело, очищал мысли. Однако не все навязчивые думы покинули голову. Они крепко сидели там, как паразиты, ломая всю безмятежность. Где-то глубоко внутри тьма призывала её, распространяясь по венам, задевая важные органы. Она хотела завладеть, хотела подчинить. И сейчас Намаари поддавалась этому зову. Устно заключённый договор с мафиози тому доказательство. Фанг никогда не думала опускаться до такого, но другого выхода она не видела, или просто не хотела видеть, ведь так было в сто крат легче. Ей нужны были деньги. От этих бумажек зависила не только её жизнь, но и жизнь единственного родного человека – матери. Расправиться с долгами стояло первым делом, вылечить свою покалеченную психику следующим. Как быстро она справится с этим? Как долго ей придётся получать деньги таким способом? Намаари утробно зарычала и грубо схватила себя за волосы. Осознание того, что вылезти из банды будет сложнее, чем побороть свои моральные убеждения и вступить туда. Это как с наркоманами. Сначала они даже и не думают об этом, потом под уговорами пробуют запретное вещество, а дальше их просто так не оторвать от того, что приносит им удовлетворение и феерические ощущения. Так и Намаари думает сейчас, что из-за сложившейся ситуации она подписала себе приговор. Потому что дилеры ничем не лучше наркоманов. Им так же сложно отказаться от своей работы, ведь она приносит большие и лёгкие деньги. Да – есть риск быть пойманым правоохранительными органами, это никто не отрицает, но многих захватывает адреналин, он проникает в голову, щимит сердце, будоражит до дрожи в руках. Намаари боялась. Боялась как никто другой. Сама понимая то, что она податлива. С самого детства ей вдалбливали, что нельзя, а что можно. Под строгим взглядом матери девочке запрещалось брать печенье до основного приёма пищи, смотреть телевизор, если домашняя работа еще не выполнена, ложиться спать позже десяти часов вечера. С каждым годом запретов становилось все больше и больше. Начитавшись книг по воспитанию, Вирана опасалась переходного возраста дочери, ведь примеры того, что творят подростки её будоражили. Она хотела, чтобы этот период побыстрее прошёл, а чтобы он прошёл без происшествий необходимо было полностью занять время своей дочери. Школа, репетитор, занятия по смешанным единоборствам, уроки. Свободных часов на развлечения не было, однако когда появлялось, Виране удавалось найти какие-либо нарушения в её поведении или поступке, после которых следовал домашний арест. Лишь отец изредка давал ей возможность как-то развлечься. Поездки в парк, выезд на пляж, принесенные десерты из ресторана, которые он ей давал тайком до ужина. Папа помогал, но этого было не достаточно. Намаари чувствовала себя, как бы это банально не звучало, в золотой клетке. С каждым годом запреты все сильнее сковывали её, просто до удушья. Именно поэтому она стала бунтовать. Нарушать правила, так тщательно проработанные её матерью. Не сказать, что Намаари это было интересно, что ей и вправду этого хотелось, но сделать все наперекор было необходимо. Сначала это были мелочи: есть вредные чипсы на любимом мамином диване, не спать до поздней ночи и так далее. Это раздражало Вирану, но она терпела, считая, что это тот самый максимум, которого могла достигнуть её дочь в этом возрасте. Однако Намаари было мало, она не видела бешенства матери, что её раздражало сильнее. Начались другие проказы. В возрасте пятнадцати лет она начала уходить из дома, пробовала курить и пить. Раньше её не пугала эта тяга. Но позже она задумалась. К чему бы плохому она не прикоснулась, что бы плохое она не попробовала, все становилось её неотъемлемой привычкой. Вирана понимала, что теряет дочь, та с ней не разговаривала, полностью игнорировала её существование. После этого, женщина начала принимать действия, которые бы вернули любовь дочери. Да, как бы Вирана её не ограничивала, Намаари её любила, и лет до двенадцати не переставала показывать это действиями, но это прекратилось. Миссис Фанг все чаще поощряла все увлечения дочери, покупала музыкальные пластинки для её коллекции, постоянно готовила или же заказывала её любимую еду, разрешила завести кошку, которой грезила дочь многие годы, всячески ей угождала. Вроде на какое-то время сердце дочери оттаяло, но после того как её муж начал отстраняться от семьи, а любимая Намаари лишилась его постоянной поддержки и внимания, она замкнулась в себе. Именно поэтому, когда Намаари пришла к ней и сказала, что хочет получить права и ездить на мотоцикле, Вирана заткнула голос разума и разрешила ей. Намаари увлеклась. И она понимала, что зря. Поддалась влечению. Скорости. Бешенному ритму сердца. Адреналину. Все плохие привычки прилипали, поэтому у неё появилось правило — ничего нового. Никогда больше не пробовать что-то опасное. На первом месте запрета были наркотики. А уже потом влюблённость, чтобы сердце оставалось целым. Намаари очнулась от кучи воспоминаний. И всерьёз себе приказала даже не думать задерживаться в рядах Хая. Только из надобности, только чтобы выполнить основные задачи. Но думы не покидали её, от них болела голова и алкоголь уже не помогал. Только один способ избавиться от неконтролируемого потока мыслей ей сейчас казался правильным, что только он поможет ей. Поэтому запрокинув в себя последнюю стопку, она оставила помятую купюру на стойке. Издалека кивнула Тонгу и направилась на выход из этого душного заведения.

***

Несмотря на немного затуманенный взгляд, Намаари справилась с управлением мотоцикла и без происшествий прибыла на место назначения. Быстро пробежав по нескольким лестничным пролетам, она оказалась перед нужной дверью. Нажатие на звонок было грубым и длительным, видимо чтобы владелец квартиры точно был уведомлен о её прибытии. Тяжело дыша, Фанг смотрела прям перед собой, её грудь напряжённо вздымалась. Через пару секунд послышались шаги, а потом бормотание. Девушка знала, что человек, разделенный с ней только дверью, сейчас предостереженно смотрит в глазок и хмыкает. Послышался скрежет открывающегося ключом замка, после дребезжание цепочки. Она глазом не успела моргнуть, как перед ней предстала хрупкая, но никак не низкая фигура. —Намаари? - не сдержав удалённого вздоха, сказала молодая девушка. - Сейчас два часа ночи. —Ты капитан очевидность, Симона, - фыркнула раздраженная Фанг, но увидев мрачное выражение лица, её накрыл стыд, ведь она понимала, что точно потревожила собеседницу, однако долго это не продлилось, её глаза застелила пелена возбуждения, когда она увидела открытые длинные ноги и практически не закрывающее шёлковой пижамной комбинацией тело. - Извини. —Проходи, - блондинка смерила Намаари строгим взглядом, но заметив искренность сменила гнев на милость, особенно тогда, когда заметила возбуждение от её вида, тогда она махнула рукой и лукаво улыбнулась. Губы Фанг скривились в удовлетворенной ухмылке и она прошла в темное помещение, свет исходил только от прикроватного светильника. Как только за спиной послышался щелчок, Намаари развернулась. Симона, не скрывая воодушевления, сделала пару шагов к девушке, она хотела уже провести руками по напряжённым мускулам, однако не успела это сделать, как была подхвачена под ноги, что заставило её быстро переплести руками плечи Фанг. Намаари не хотела ждать, хотела только действовать. Жёстко. Быстро. Она сделала пару шагов по квартире-студии с податливым телом на руках и поставила Симону у кухонных стелажей. Резким движением она развернула девушку к себе спиной и прижала её к столешнице, из-за чего Симона с лёгким стоном впилась в край деревянной поверхности до побелевших костяшек. Удивлённый громкий вздох сорвался с её губ снова одновременно с тем, как Намаари грубо обхватила руками её предплечья. —Не сдерживай себя, - приблизив губы к уху, и больно зацепив мочку зубами, прошипела Фанг. Следуя указу, Симона издала уже более громкий стон и подалась назад так, что между их телами не осталось пространства. Уже знакомый разряд прошёлся по всему телу, и Намаари невольно подалась вперёд, прижимая своими бёдрами Симону к столешнице, она резко обхватила её грудь обеими ладонями, сжимая соски между пальцев. И сама же пожалела об этом, потому что Симона активно отозвалась. Её соски моментально напряглись, и она томно застонала, запрокидывая голову на плечо Намаари. Фанг взбесилась, её накрыла ярость, что Симона так легко даётся ей в руки, что ей в нос ударил резкий цветочный запах, а перед глазами мелькали светлые пшеничные волосы, вместо таких желанных тёмных. "—Я просто не хочу быть одной из тех девушек для утех," - резко вспомнившиеся слова лишили её способности думать рационально. Сминая плоть под руками, Намаари яростно впилась губами в подставленную шею, оставляя на ней следы от зубов. —Громче... - прорычала она, рывком задирая короткую комбинацию и с ошеломленным ощущением накрывая упругую грудь руками. Торчавшие вверх соски утыкались ей в ладони. Она сжала их, Симона выкрикнула громче, что никак не удовлетворило Фанг, она сжала челюсть до скрежета зубов. Ей хотелось услышать другой голос. Блондинка облизнула сухие губы и слегка повернула голову к Намаари, тянувшись за поцелуем, хотя где-то на подсознательном уровне знала, что та не ответит. Как и было ожидаемо, она увернулась, перемещая губы на плечо, оставляя там такие же следы, как и на шее. Однако это её не расстроило, ведь и этого хватало, чтобы бешеные удары сердца и учащённое дыхание охватило Симону. Правая рука Фанг нашла резинку белья и одним движением проникла под него. Намаари издала гортанный стон. Её пальцы утопали во влаге. Несмотря на отсутствие душевного желания слиться, но физически девушка отзывалась на происходящее волнами возбуждения. Жар Симоны передался ей, как лесной пожар. Неосознанно её бедра задвигались в такт с пальцами, без труда нащупавшими возбуждённый комок нервов. Стоны блондинки сводили с ума, а ещё сильнее - её отзывчивое тело, отвечающее на каждое движение бёдер ответным трением. Она буквально извивалась в руках, пока пальцы не вошли внутрь. — Да-а, - с каким-то свистящим звуком протянула Симона в ответ и глубже насела на твёрдые двигающиеся в ней пальцы. К страстным стонам добавились грудные звуки, вырывающиеся из Намаари, когда она ожесточённо двигала бёдрами и резко вводила пальцы по самое основание, прижимая ладонь к клитору и заставляя Симону издавать еще более громкие стоны наслаждения. Стоны ещё сильнее участились, а рывки стали судорожнее. Симона была на грани. Свободной рукой Намаари почти полностью обхватила её под грудью и прижала к себе. Движения пальцев стали быстрее, делаясь рваными, а толчки бедрами - больше неконтролируемыми. Пространство вокруг казалось каким-то расплывчатым и помутневшим. Симона задёргалась в её руках и выгнулась, широко распахивая глаза, когда её настигла волна полного удовлетворения. Намаари сама почувствовала, как её отпускает. Нет, отпускает не возбуждение, а злость и неконтролируемое чувство владеть чем-то. По мере того, как моральное напряжение убывало, Намаари ослабила хватку и осторожно вынула пальцы из едва стоящей на ногах, тяжело дышащей Симоне. Подрагивающими руками та опиралась на столешницу. Спустя пару секунд, которые показались вечностью, Намаари, услышав громкий вдох, увидела, как плечи девушки поднимаются, осанка той становится максимально ровной и уверенной, она быстро поправила свою одежду и вновь предстала практически в идеальном виде. Блондинка, не сдвигаясь с места, повернула голову в её сторону, мягко улыбаясь. —Отлично, - хмыкнула она, - хочешь сходить в душ? —Было бы неплохо, - безэмоционально кивнула в ответ та. Симона плавными движениями пошла к недалеко стоящему шкафу и достала оттуда полотенце и большую футболку. Намаари взяла представленные ей вещи и вынула телефон из кармана. —Симона, можешь написать... —Сису? - снова увидев кивок, она вздохнула, ей не в первый раз приходилось это делать. - Опять пропустишь занятия, - это был не вопрос, а утверждение, ведь по запаху алкоголя это было легко понять. —Ты же знаешь, что мне тяжело ей писать в таком состоянии. —Конечно. Как выйдешь, обработаю тебе руки. Будто только сейчас Намаари заметила окровавленные после сегодняшнего боя костяшки, она нахмурилась, но отказать не смогла. Как только Фанг скрылась за дверью, Симона взяла её телефон в руки и уже хотела найти контакт Сису, как заметила уведомление о сообщении. Светлая бровь миловидной девушки поднялась в вопросе, но решив, что это не её дело, проигнорировала его, тут же о нем позабыв. Как только сообщение было написано, она отложила смартфон в сторону. Она пошла к шкафу и достала свежее постельное белье, которое за пару минут было уложено на диване. Несмотря, что квартира была студией, она была довольно большой, чтобы в ней уместился диван, напротив которого была стена с полками для книг и телевизором, за всем этим была двуспальная кровь с тумбочками по краям, кухня и барные стеллажи вместо стола и два стула. Оборудовав спальное место, Симона достала аптечку из кухонного шкафа и поставила на кофейный столик у дивана. Позже взяла с него же тетрадь с конспектом по анатомии и продолжила читать на том моменте, где её так удачно прервали. Намаари вышла из душа довольно скоро. Чистое тело и не сковывающая одежда расслабили девушку. Она заметила по взгляду Симоны, что её охватывают вопросы, на что Фанг лишь махнула головой. Девушка на это лишь хмыкнула и пожала плечами. Блондинка быстро управилась с обработкой и перебинтовкой костяшек, пожелала ей спокойной ночи и ушла читать на кровать. Намаари же улеглась на диван, она и не заметила, как быстро провалилась в сон.

***

Проснувшись часов в одиннадцать, Симона отметила для себя, что пары начнутся через три часа, вторая смена в университете позволяла ей вести ночную жизнь. Свободному времени она была безусловно рада, ведь нужно ещё успеть промыть мозги тому, кто занял её диван. Симона была студенткой второго курса медицинского по обмену, сама прибыла из Англии. Зачем ей это было нужно? Да просто ради опыта, ну и чтобы вылезти из-под крыла родителей с их строгими правилами. Они были настоящими аристократами, а Симона не чувствовала себя таковой, она была просто другой. Поэтому как только появилась возможность, то она свалила оттуда. Прилетела на другой континент она в начале лета, дабы успеть познакомиться с местностью. Ознакомилась на свою голову. В одном из баров нашла это чудо, которое никак не подходило ни по каким стандартам уравновешенной жизни Симоны. Та была разбита и морально опустошена, что ничуть не испугало англичанку. Пару раз трахнулась с ней. Без чувств, но с яркими эмоциями. Она знала, что девушка была школьницей, но возраста согласия та уже достигла. С каждым их перепихоном, блондинка все больше с ней разговаривала и все больше проникалась к ней. Судьба Намаари не завидна. Все в подробностях она не знала, однако понимала, что девушке не легко. Позже она стала ей подругой. Да, подругой с привилегиями, но все же. Если бы кто-то со стороны посмотрел на их отношения, то точно бы сказал, что Симона со своей опекой точно имеет какие-то чувства к Фанг, но блондинка точно знает, что рассмеялась бы тому человеку в лицо. Она сама по себе такая: чуткая, милая и заботливая. А за три месяца Намаари стала ей не просто проходимцем с улицы. Сама не зная, сколько это будет продолжаться, Симона не отказывается от хорошего траха. Может когда найдёт своего человека, с которым захочет серьёзных отношений, она это прекратит. Или же когда эта ситуация произойдёт у Фанг. Однако одно Симона знала точно: даже если это прекратится, она не откажется от дружбы с Намаари, а Намаари не откажется от неё. Она знает, что Фанг не всегда её вспоминает, иногда проводит ночи с другими девушками, что бывает даже забывает её из-за огромного количества проблем, но Симону это не смущает, ведь сама делает так же, однако всеравно позже их пути сходятся. Вылезая из своих мыслей, она подошла к кухне и включила кофемашину. Приняв быстро душ, она вернулась и разлила напиток по двум кружкам. Услышав шевеление на диване, девушка взяла кофе и двинулась к подруге. —С добрым утром! - хмыкнула и улыбнулась та, увидев, что Намаари хмурится и что-то кряхтит, видимо алкоголя ей вчера хватило, чтобы её настигло похмелье. ‐ Кофе?

***

Домой Намаари вернулась только к обеду и лишь после того, как получила нагоняй от Симоны. Эта на вид милая, а изначально по манерам кажущаяся покорной, блондинка знает куда и когда нужно бить. От похмелья не осталось и следа, когда подруга сделала ей взбучку. Что в её положении нельзя шляться по таким местам, как незаконные бои. Что нельзя ездить на мотоцикле в пьяном состоянии. И наконец, что нужно хотя бы минут за двадцать её предупреждать о своём приходе. На что Намаари постоянно кивала, как болванчик, понимая, что та говорит верные вещи. Однако повинуясь своему характеру она буркнула, что та своими поучениями напоминает ей мать. Это нисколько не обидело Симону. Как только блондинка собралась на учёбу, Намаари поехала домой. Ей повезло, что мать была на работе и её никто больше не будет поучать. Покормив кошку, она решила приготовить себе обед, а потом сделать что-то из уроков. Когда параграфы по биологии были прочитаны, она почувствовала вибрацию телефона. Прочитав сообщение, Фанг тяжело вздохнула. Розовый: Жду в субботу, в наше время Намаари кинула телефон на кровать, прибывая полностью в опустошенном состоянии. Сил психовать и жалеть себя попросту не было. Хотелось просто отдохнуть и забыть все на свете. "Ага, ты уже ночью пыталась забыться..." И все же она смогла это сделать на неопределённое время. Найдя в морозилке мороженое, которое она любила, о чем точно позаботилась её мама, она взяла ведёрко и включила на ноутбуке Гарри Поттера. Таким образом она провела пару часов, ничуть не вспоминая свои проблемы. До определённого момента. Снова послышалась вибрация телефона, отчего Намаари рыкнула от раздражения. "Да что ж всем от меня что-то нужно!" Она разборкировала смартфон и открыла уведомление. От удивления её брови приподнялись, а сердце ускорило свой ритм. Вот что что, а сообщения от этого человека она не ждала, хотя очень сильно желала. Намаари была рада, пока не заметила ещё одно сообщение, которое было до него. Райя: Намаари, можем сейчас поговорить? ²² ¹⁰ Райя: Намаари, что-то случилось? ¹⁶ ⁰³ Фанг будто холодной водой окатило. Райя написала ей вчера. Она не смотрела в телефон до сегодняшнего дня, единственный человек, который его трогал – это Симона и скорее всего она просто слистнула уведомление на автомате из-за своего перфекционизма, её всегда раздражали лишние значки в телефоне. Что блондинка точно не полезла бы в её личную жизнь намерено – Намаари уверена. Райя написала ей ещё до боя. Намаари задалась вопросом, если бы она знала об этом, то была бы её ночь такой? Точно нет. Бой бы состоялся, возможно и сделка с Данг Хаем тоже, но поехала бы она к Симоне? Ответ был не нужен, Намаари все итак поняла. Ведь что-то с ней было не так. С самого первого взгляда в медовые глаза она поняла, что Райя появилась в её жизни для чего-то. Знай, что она хочет ей что-то сказать, Намаари бы остановилась, но она это отрицала. "Нет, нет, нет... Первое правило - никакой наркоты, второе правило - НЕ ВЛЮБЛЯТЬСЯ. Это всего лишь влечение, ты свой недотрах уже удовлетворила, так что успокойся. Просто выслушаю, что та хочет сказать и все. Может она и вовсе хочет ещё что-то добавить к своей речи." Намаари успокоила себя и настроила на уравновешенный лад. Намаари: Извини, не заметила сообщение. Давай поговорим завтра после уроков? Отложив телефон, Фанг решила для себя, что после того, как она с ней поговорит, она будет сторониться этой девушки, что не только ей не нужны проблемы с чувствами, которые у неё не получится контролировать, но ещё и Райе не нужна такая проблема, как Намаари.