Мысли

Прикрепив письмо к лапке филина и назвав точный адрес, Драко вышел из совятни. Близилось время завтрака, но идти на него не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Парень довольно долго шел до своей спальни. Появилось желание запомнить стены Хогвартса. Пусть он не питал нежных чувств к этой школе, но Драко многое узнал благодаря ей. Многое произошло в этих стенах. Они слышали смех и слезы не одного человека. В том числе Драко. Добравшись до спальни, юный Малфой взял лучший огневиски, что у него был. Спрятал бутылку под мантию и отправился в ванную старост. Оказавшись на месте, разделся. Уверенными шагами зашёл в воду. Долгое время просто смотрел в пустоту. Обдумав слишком многое, осушил бокал огневиски, что стоял рядом и сжал его с такой силой, что тот разбился. Осколок, оставшийся в правой руке не давал спокойно дышать. Сжать его сильнее и по ладоням вниз потечёт алая кровь. Если осколок коснется вен, рука Драко надавит с максимальной силой. Это будет куда больнее, чем просто порезать ладонь. Но это не будет больнее запрещённых заклинаний, которыми Волдеморт пытал других волшебников. Они ведь не заслужили такой смерти. А Драко заслужил. Он — предатель, а предатели заслуживают самых ужасных мук. Вина за смерти невинных — вот что чувствовал юный Малфой. На выдохе Драко полоснул осколком по запястью. Времени на спасение мало, но кому нужен бывший пожиратель смерти? Драко опустил руки под воду и та моментально окрасилась в цвет крови. Алый, бордовый, просто красный — Драко видел все оттенки крови на войне. Эта жидкость больше не пугала его. Плавным движением, чтобы прочувствовать боль полностью, стекло оказалось на второй руке. Руки тряслись, температура тела повысилась, словно в лихорадке. В глазах потемнело. Сил бороться больше не было. Из-под опущенных ресниц Драко увидел лишь силуэт Плаксы Миртл. Стоило попрощаться с ней. Она помогала Драко как могла. Выслушивала, звала на помощь если необходимо. Она была чуть ли не единственным другом Малфоя. Миртл могла как обычно заплакать, но она ринулась из ванной старост прочь. Она искала хоть какой-нибудь намек на присутствие живой души рядом. Она не могла потерять того, кого так долго терпела. Времени и надежды оставалось все меньше. Завернув за очередной угол, Миртл увидела Гарри Поттера. Того самого героя, который всегда оказывается в нужном месте в нужное время. — Гарри! Гарри, срочно идём! Там Малфой, он… — не имея смелости продолжить призрак остановилась. — Малфой? Мне неинтересно. — спокойно ответил гриффиндорец и отправился дальше. — По-моему он не дышит. — беспокойно продолжила Миртл. — Все ещё неинтересно. У меня есть свои дела. — Гарри, не будь таким равнодушным! Он может умереть! Всё, что я слышала от него так это твое имя! — последнее было ложью, но во благо, ведь иначе Поттер мог и не согласиться. — Ладно. Я посмотрю, только чтобы ты отстала. — парень развернулся на пятках и побрел за призраком. Несмотря на внешнюю равнодушность, из-за новости о возможной смерти Драко, сердце парня забилось сильнее. С каждым шагом идти становилось тяжелее. Если Миртл не лжёт, то сейчас Гарри увидит глупого слизеринца, решившего сдаться. Это так не похоже на Драко. Он всегда шёл до конца. Неужели, это его конец? — Драко! Мерлин, нет! Нет, нет, нет… — истошным криком раздался голос. Золотой мальчик подошёл к воде. Её цвет не напугал его. Попытался достать тело Драко из воды. Ничего не видел из-за слёз, хлынувших настолько резко, что сам Гарри этого не заметил. Наложил исцеляющее заклинание. Не помогло. Призрак лишь тихо всхлипывала в углу, не мешая Гарри. Поднял Драко на руки и понёсся через весь Хогвартс в больничное крыло. Учеников совсем не было, ведь уже начались занятия. Поттер даже не пытался заговорить с Малфоем, тот был без сознания. Ворвавшись в больничное крыло, Гарри отвлёк мадам Помфри от чего-то неважного. Она с ужасом взглянула на Драко. — О, Мерлин! Что с ним? Мистер Поттер, срочно положите его на койку! — женщина произнесла несколько исцеляющих, которые несильно помогали. Гарри застыл в оцепенении. Не знал, что ему делать. Наблюдать, как мадам Помфри пытается помочь слизеринцу или уйти и не мешать? Голос этой спокойной женщины практически сорвался на крик, когда она приказала Гарри удалиться. Гриффиндорец не мог найти себе места. Уже на следующий день он посетил Драко. Затем вновь и вновь. Ежедневно в течение недели Гарри приходил и навещал слизеринца. Каждый раз он пытался заговорить с ним, ожидая ответа. — Малфой, ты, блять, не смей умирать. Не так просто, слышишь? Не настало ещё твое время. Я это знаю. — Знаешь, что? Умирай! Как можно быстрее! Я не буду скучать. Плюну на твою могилу и уйду, потому что такого отношения ты заслужил! — Гарри вышел из больничного крыла, громко хлопнув дверью, чем напугал мадам Помфри. — Ты, извини, Драко. Я вспылил. Поправляйся, ладно? Неважно, сколько времени пройдет, я буду ждать, только выйди из этого состояния. — вскоре вернулся с извинениями. Драко слышал всё. Ни одно слово Гарри не обошлось без внимания слизеринца. Он наблюдал за этим издалека, словно он — это кто-то другой. Чувствовал прикосновения Поттера, но все ещё оставался в стороне. Драко будто наблюдал за чужой жизнью. Но сам он не был человеком. Попытка покинуть лечебное крыло не увенчалась успехом. Драко стал зрителем, который не имеет права что-либо решать. Стал заложником этой жизни. С разных ракурсов он наблюдал как Поттер украдкой плачет, сидя рядом. Как каждый день после занятий он рассказывает о прошедшем дне. На что Драко всегда отвечал. Но ни разу так и не был услышан. — Я люблю тебя. Очнись, пожалуйста. — Гарри произнес шепотом, чтобы услышал только он. Убрав свою руку с перебинтованной руки Драко, сел в кресло рядом и откинул голову назад. — Я тоже люблю тебя. — в очередной раз ответил Драко, зная, что его не услышат. Поттер начал вопросительно оглядываться по сторонам. Подошёл к телу Драко и нагнулся ближе, чтобы услышать, повторится ли это. — Ты слышишь меня? Гарри, это я, Драко! — слова в пустоту. Гриффиндорец неудовлетворительно покачал головой. Свалил всё на усталость и отправился в спальню. Уснуть так и не получилось. Перед глазами то и дело всплывали воспоминания о возлюбленном. Но веселые моменты быстро сменялись тем, что Гарри увидел в ванной старост. Драко лежит в воде, абсолютно нагой, с изрезанными руками. Парень накинул мантию и вышел из комнаты. Отправился в ванную старост. Что-то не давало покоя. Доступ в помещение был ограничен абсолютно всем, чтобы никто не повторил действий юного Малфоя. Но Плакса Миртл открыла эту комнату для Гарри. В очередной раз гриффиндорец зашёл в ванную, не ожидая ничего увидеть. Луна пыталась прокрасться внутрь сквозь облака и витражи. Оглядев место вновь, Гарри собирался уйти, но взгляд упал на кучку вещей в углу. Вещи Малфоя. Почему их до сих пор не убрали? Они под заклинанием. Парень поднял вещи с пола и слегка встряхнул их. Из кучки выпал небольшой клочок пергамента. Буквы были похожи на те, которые вырисовывал Драко. Если это действительно писал он, то слизеринец был очень расстроен. Гарри принялся читать записку. Она была адресована ему. Множество строк было перекрыто ровными линиями, быстро выведенными туда-обратно. "Я дорожу каждым воспоминанием с тобой. С тобой я научился жить. С тобой я стал счастливым. Я люблю тебя, Гарри Поттер." Гарри смог прочесть меньше половины всего письма. Прочитав эту маленькую весточку о прекрасном слизеринце, Гарри не знал как реагировать. Драко был счастлив, но золотой мальчик забрал это счастье своей обидой. Они могли быть вместе, могли быть счастливы. Сколько же они могли!

***

— Где мой сын?! — с громким криком Нарцисса ворвалась в кабинет директора школы. — В больничном крыле. — холодно ответила Минерва Макгонагалл. Нарцисса Малфой и Минерва Макгонагалл вдвоем отправились к Драко. Взволнованная мать мчалась к своему умирающему сыну так быстро, как только могла. — Ох, Драко, мой мальчик… Зачем же ты так с собой? — слёзы наворачивались на её глаза. — Боюсь, он не слышит Вас, миссис Малфой. — тихо произнес Гарри, переставая оставаться незамеченным. Увидев постороннего человека все эмоции Нарциссы вмиг исчезли. Она быстро выпрямилась и прошлась по больничному крылу, оценивая обстановку. Коротко попросила Минерву оставить их с Гарри наедине. — Ты спас его. Чего ты хочешь взамен? — Малфои не остаются в долгу, знаю. Но что, если я хочу просто заботиться о Вашем сыне? Видеть его улыбку каждое утро. Слышать его голос… — Не продолжай, я тебя поняла, но и ты пойми меня. Я не могу просто оставить своего сына тебе. Не могу отдать его, как щенка. Я лишь могу дать своё разрешение на ваши… отношения. И я его даю. — как всегда проницательная Нарцисса не могла отказать национальному герою. Гарри слабо улыбнулся и кивнул головой, в знак благодарности. Он знал, что мать Драко вскоре явится и предложит денег или чего-то ценного за спасение её единственного наследника. Гарри заранее заготовил просьбу, чтобы не показаться мелочным.

***

День за днём, неделя за неделей. Отчаяние практически накрыло Гарри с головой. Он общался письмами лишь с Нарциссой, оповещая о состоянии ее сына, ничего не ел, не обращал внимания на происходящее. Таким он был сразу после войны, после потери близких. В очередной раз, когда он бессмысленно брёл по коридору, герой встретил свою… подругу? — Гарри, есть минутка? — рыжеволосая девушка придержала парня за плечо. В ответ Гарри лишь кивнул — Не хочу тебя обидеть, но я не думаю, что нам стоит продолжать наши недоотношения. Мне предложили место в сборной по квиддичу, у меня есть планы на будущее, и рядом с собой я хочу видеть такого же целеустремленного человека, как я. А ты не такой… Если нужна будет помощь, я окажу ее. Останемся друзьями, ладно? — Джинни говорила четко, без капли сомнения. Кажется, она давно всё решила. Она обняла Гарри и встала рядом, поглаживая его плечо. — Как там Драко? Его давно нет, уже пару недель, да? — Два месяца. Я уже не уверен, что он очнётся. Но, порой, мне кажется, что я слышу его. — Гарри не удивился тому, что Джинни, как и остальные, не особо интересуется состоянием Драко. — Тебе нужно отдохнуть. Если два месяца не отходить от больничной койки, может не только начать слышаться всякое. — улыбнувшись, девушка мягко отстранилась. И правда, Гарри стоило заняться собой или отвлечься на что-то помимо Малфоя. Рон уже пару раз пытался помочь Поттеру справиться с тоской по Драко, но герой не давал однозначного ответа. Когда Гарри отыскал Рона, они вместе приняли решение, что отправятся в небольшое путешествие по маггловскому Лондону. Рону всегда было интересно узнать о нем больше. Парни позвали Гермиону, но та отказалась. Девушка сочла учебу более важной перспективой в своей жизни. Сделав вид, что безумно больны, парни улизнули из школы. -Аттракционы это так круто! Почему ты не говорил о них раньше? — Рон был под огромным впечатлением от маггловских забав. — Это ты ещё в кино не был. — из кармана Гарри достал два билета и слегка улыбнулся. Парни посетили всевозможные виды развлечений. Гарри улыбался практически всё время. Но он не переставал думать о Драко. Каждая улыбка давалась ему тяжело. Очень тяжело. Приходилось практически выдавливать счастье из себя. Рон старался не давать другу думать ни о чём, но он бессилен против чужих мыслей. Миллионы звёзд освещали парням путь. Дорога из маггловского Лондона до Хогвартса заняла практически целый день. Вернувшись в Хогвартс, Гарри не ринулся навещать Драко. Рон не дал ему этого сделать. Поэтому с восходом солнца Гарри отправился в больничное крыло, где был частым посетителем. Высокие белые стены, койки с однотонным постельным бельем. Герой итак выучил это помещение за семь лет обучения, но теперь он бывал там чаще, чем хотелось бы. Шорох. Гарри определенно слышал тихий шорох, словно перелистывание книги. Дёрнул шторку рядом с койкой Драко. — Малфой?! Ты очнулся?! — все нежные чувства, которые являлись когда слизеринец был без сознания исчезли. — Поттер?! Что ты здесь делаешь? — Драко подыграл Гарри, будто не знал об этих нежных чувствах. — Меня не было пару-тройку дней и ты очнулся именно в это время, ты издеваешься? Ненавижу тебя, хорёк! — Зачем же ты постоянно спасаешь меня, раз так ненавидишь? — Драко усмехнулся. Как же приятно видеть его с открытыми глазами и проявляющего хоть какие-то эмоции! — Я всё знаю. Знаю, что ты был рядом эти два месяца. Спасибо, Гарри. На лице Гарри застыло недоумение. Неужели Драко знает всё? — Спасая тебя, я спасаю себя. Без тебя нет меня. Не знаю как ещё объяснить, Драко… — этим Гарри ответил на все вопросы, что задал Малфой. Гриффиндорец сел совсем близко к слизеринцу, как до войны. Драко накрыл его руку своей. Гарри сделал также. Оба подались вперёд. Герой замер. Драко двинулся вперёд, лица парней соприкоснулись. Перестало существовать абсолютно всё. Больничные стены и койки, минуты и секунды. — Я принёс тебе домашние задания! — раскрасневшийся Поттер отвёл взгляд и потянулся за конспектами, которые он тщательно готовил для хорька. — Серьезно, Гарри? Сейчас? — Драко рассмеялся. Он вырвал пергамент из рук Гарри и вновь подался вперёд. Заглянул в прекрасные зелёные глаза. Момент любви. Прикрытые глаза. Горящие щёки. Выдох в губы друг друга. — Тебе нужен отдых. — едва прошептал Гарри и покинул лечебное крыло.

***

Шрамы на запястьях не давали спокойно думать об учёбе. Все мысли переходили на них. И вновь появляется герой Гарри Поттер и спасает от этих мыслей своей улыбкой и заботой. Гриффиндорец не имел смелости спросить у Драко об этих шрамах. Они итак доставили слишком много боли. Легче просто забыть. Они пытались. Они забывали всеми способами. Учебой, друзьями, алкоголем, друг другом. И у них получилось. Они вытеснили все ужасающие мысли из голов друг друга и заполнили их любовью.