Глава 9
7 мая 2021 г., 19:51
Тусклый ночник — единственный источник света в комнате. Ты лежишь на боку, свернувшись калачиком, как кошка.
Одной рукой обнимая Леви за талию, а другую подложив под себя, ты крепко спишь.
Однако мужчина рядом с тобой — нет. Он в который раз просматривает материалы, которые ты принесла домой на днях. Последние несколько дней он только то и делал, что пытался осмыслить концепцию путешествий во времени и прыжков в различные измерения. Неважно, сколько раз он приходит к выводу, что это должно быть вообще невозможным и что он, вероятно, никогда не узнает, как оказался здесь.
Леви отрывает взгляд от скучного академического текста перед ним, когда ты слегка хмыкаешь во сне и прижимаешься ближе к нему.
Он смотрит на тебя непроницаемыми глазами и удивляется происходящему. Интересно, как он вообще оказался в такой ситуации. Речь не только о прыжках из одного измерения в другое, но и о том, как он оказался в одной постели с тобой.
Леви вспоминает то время, когда впервые начал испытывать к тебе какое-то подобие привязанности. Это не было любовью с первого взгляда.
Поначалу он считал тебя дурочкой. Наивный и беспечной, но тем не менее дурочкой. Принимать совершенно незнакомого человека в свой дом и помогать, когда он явно лжет тебе прямо в лицо…
Леви хмурится. Когда же они успели измениться? Его чувства к тебе.
Это было тогда, когда ты сказала ему о своей решимости верить в человечество? Когда твой противный бывший попытался схватить тебя, пробудив в Леви защитный инстинкт, который даже его застал врасплох? Когда ты кричала, спасая свою собственную жизнь, перепуганная до чёртиков среди ночного кошмара? Но первое, что ты сказала Леви после пробуждения, было то, как ты была рада, что он оказался цел и невредим. Тогда? Или когда он думал, что ты собираешься утопиться, потому что он отверг тебя, и этого зрелища для него было достаточно, чтобы оказаться парализованным страхом, учитывая, что он может встретиться лицом к лицу с титаном и даже не вздрогнуть при этом?
Леви не знает, когда это началось и почему. Всё, что он знает, это то, что ему потребовалось всего несколько дней, чтобы полюбить эту надоедливую девчонку, которая упорно суёт свой нос в его дела.
Леви кладёт руку тебе на голову и нежно гладит по волосам. Он не гордится собой за то, что ты привязалась к непонятно кому. Ему придётся оставить тебя, когда появится такая возможность.
Как же так вышло, что он оказался по уши влюблённым… Даже если он и пытается скрыть это как можно лучше, даже если одна мысль об этом заставляет его чувствовать себя неловко и неудобно, даже если он никогда не скажет этого вслух… После того неловкого признания перед вашим первым сексом, он всё ещё съёживается, когда думает об этом. Что-то в тебе заставляет его терять хладнокровие.
Но Леви не может больше отрицать правду перед самим собой. Он Леви, путешествующий во времени военный капитан, и в настоящее время он влюблён в женщину, лежащую рядом с ним на этой кровати.
Он как раз собирается положить книгу, которую читает, на прикроватный столик и протянуть руку, чтобы выключить свет, когда ты вдруг всхлипываешь во сне.
Леви хмурится и поворачивается, чтобы посмотреть на тебя получше. Ты ёрзаешь и издаешь ещё один звук с нотами огорчения, и Леви начинает буквально спорить сам с собой о том, стоит ли ему тебя будить.
Он хватает тебя за плечо с явным намерением встряхнуть, чтобы разбудить, но прежде чем он успевает что-то сделать, твои глаза распахиваются, рот открывается в демоническом крике, и быстрый, яркий свет начинает мигать под веками Леви.
Слепящая боль сжимает его голову, как раскалённое железо, и он чувствует, что падает на что-то твёрдое.
Твоё сознание возвращается фрагментами, и к тому времени, как всё становится на круги своя, ты понимаешь, где вы находитесь. Смотришь вокруг широко распахнутыми глазами. Ты была здесь достаточное количество раз, чтобы понять, что же будет дальше.
Твоё тело, словно в трансе, начинает двигаться само по себе. Ты начинаешь идти по маршруту, который знаешь уже наизусть, как и всегда. Только на этот раз ты не одна. Твои глаза останавливаются на Леви, который быстро встаёт на ноги.
— Леви, что?..
— Молчи, — обрывает тебя Леви настойчивым, властным голосом. Он осматривает окрестности, а затем идёт за тобой.
— Куда это ты собралась? — резко спрашивает он, пока твоё тело целеустремлённо шагает вперёд.
— Это происходит всякий раз, когда я оказываюсь здесь. Я подхожу к стене, а потом просыпаюсь, — признаёшься ты, произнося это слишком беспокойным голосом.
— Ты никогда не упоминала об этом, — замечает Леви. Он идёт рядом с тобой, явно в состоянии повышенной готовностью ко всему, что может произойти в любой момент.
— После этого ты не сможешь вспомнить, что происходило, — напоминаешь ты ему. Абсурдность ситуации уже совсем тебя не поражает. Это твой ночной кошмар, в котором ты бывала бесчисленное количество раз, и поэтому знаешь наперёд, что произойдёт. И только присутствие Леви удерживает тебя от очередной истерики.
Он напряженно думает. Его глаза продолжают метаться по сторонам, пытаясь точно определить, где вы находитесь, и он, кажется, понимает, что ты, с которой он сейчас разговаривает, сильно отличается от той, какая ты в своём мире. Нынешняя ты помнишь это место.
— Итак, что ты можешь рассказать мне об этом месте? — спрашивает Леви. Ты напряженно пожимаешь плечами. Ты совсем не рада, что вернулась сюда.
— Только то, что время от времени я оказываюсь здесь, и когда это случается, всё всегда происходит по одному и тому же сценарию.
— Ты помнишь что-нибудь о нормальной себе? О твоей жизни, когда ты бодрствуешь, а не спишь? — спрашивает Леви, когда вы идёте по разрушенным, пустынным улицам. Здания в основном разрушены, и вокруг вас нет ни единого человека или животного.
Ты хмуришься, думая об этом. Ты же знаешь, что это не обычное положение вещей. Ты знаешь, что у тебя есть другая, нормальная жизнь. И по какой-то причине у тебя нет проблем с воспоминаниями по поводу того, кто же такой Леви. Но всё остальное довольно размыто.
— Частично.
— Ты не можешь остановиться?
Леви всё ещё осматривает местность, и у него на лице написано, что он хочет пойти на разведку, но не может оставить тебя здесь одну.
— Ты можешь попытаться остановить меня, — говоришь ты ему. — Но я не могу остановиться сама. За многие годы я перепробовала всё, что могла, но мои ноги, кажется, не слушаются меня, когда я здесь.
Леви хватает тебя за руку, но твои ноги упрямо продолжают идти. Твоё тело пытается вырваться из его хватки, но он сильнее тебя и в конечном счёте у него получается заставить тебя оставаться неподвижной. Не то чтобы твои ноги были согласны с этим… Ты немного морщишься, ощущая, как твоё тело одновременно тянется в двух разных направлениях.
Леви отпускает тебя в ту же секунду, как видит, что тебе больно, и продолжает терпеливо следовать за тобой, смирившись с тем, что не сможет остановить тебя, не причинив при этом боли.
— Когда я подхожу к стене, то останавливаюсь и не могу больше пошевелиться, — объясняешь ты. — Так что, может быть, тогда ты попытаешься забрать меня как-то и отправиться на разведку.
Леви кивает.
— Или ты можешь просто оставить меня там, — невинно предлагаешь ты.
— Нет.
Ответ, данный в ту же секунду, без раздумий, оставляет приятный след на душе.
— Я так понимаю, это место, откуда ты родом? — с любопытством спрашиваешь ты. Возможно, ты не так уж много помнишь о своём настоящем «я», но ты отчётливо помнишь Леви. Может быть, это потому, что он родом отсюда. Или, может быть, это потому, что ты его любишь.
— Выглядит достаточно знакомо. Я не могу точно определить, где мы, но предполагаю, что это где-то за стеной Марии, — объясняет Леви. Ты киваешь.
До стены ты доберёшься довольно быстро. Титан будет таким же высоким и страшным, как и раньше. Дыра такой же огромной и зияющей, как раньше. Твои ноги останавливаются, и ты глубоко вздыхаешь.
— После этого я обычно просто стою здесь, пока не появится один из этих людоедов и не съест меня, — объясняешь ты, но Леви слушает вполуха. Его глаза прикованы к чему-то у его ног, и выражение лица нервное и напряженной. Ты хмуришься. Таким ты его ещё не видела.
— Леви?
Он поднимает маленький флаг. На нём нарисована женщина в профиль, хоть у тебя недостаточно времени, чтобы разглядеть его как следует. Грохот шагов титана выдёргивает вас обоих из раздумий.
— Это один из них, — понимает Леви и быстро идёт к тебе, спокойно, но настойчиво. — Нам нужно забраться куда-нибудь повыше.
Леви хватает тебя с намерением перекинуть через спину и взобраться на крышу одного из зданий вокруг. Однако он не успевает добраться туда, потому что ты чувствуешь слишком знакомое чувство погружения… Зажмуриваешься, а когда снова открываешь глаза, то оказываешься в своей кровати, и всё, что только что произошло, исчезает из твоей памяти.
Ты растерянно моргаешь и оглядываешься. Часы на прикроватном столике показывают три часа ночи.
Списав всё на странный сон, разбудивший тебя, ты откидываешься на кровать и сворачиваешься калачиком. Снова засыпаешь, прежде чем успеваешь заметить, что Леви проснулся тоже и оглядывается вокруг в замешательстве и разочаровании.
***
Ты все еще не помнишь, что произошло прошлой ночью, когда утром встаёшь и принимаешь душ. Помнишь, как ненадолго просыпались посреди ночи, но, насколько тебе известно, в этом нет ничего странного. Может быть, тебе приснился странный сон. Возможно, Леви храпел слишком громко. Кто знает… Только когда ты выходишь из душа, одетая только в трусики и небрежно наброшенное на плечи полотенце, и видишь Леви, сидящего за столом с сосредоточенным и нахмуренным лицом, тебе приходит в голову, что что-то может быть не так. — В чём дело? — спрашиваешь ты, подходя к кухонной стойке, чтобы сварить кофе. Леви пока не отвечает, позволяя тебе спокойно приготовить завтрак. Ты ставишь тарелку с тостами перед ним и садишься на стул напротив с дымящейся кружкой кофе с молоком. Леви откидывается на спинку стула и поворачивается, чтобы посмотреть в окно. Ты терпеливо ждёшь, пока он соберётся с мыслями. — У тебя был один из этих приступов прошлой ночью, — начинает объяснять он. Ты медленно киваешь. — Прости. Я, наверное, громко кричала, — он быстро качает головой, отрицая. — Я говорила что-то странное? — Я был с тобой. Ты удивлённо моргаешь. — Ты имеешь в виду в том месте, где я нахожусь во время своих ночных кошмаров? — спрашиваешь ты, застигнутая врасплох. Он кивает. — Я не знаю, как, но думаю, что это может быть как-то связано с тем, что я прикасался к тебе в момент, когда это случилось. — Но ты вернулся, — ты хмуришься. Ты уже смирилась с тем, что Леви — путешественник во времени из другого измерения и что ваши ночные кошмары каким-то образом связаны с его миром. И это его заявление ты с лёгкостью принимаешь эту информацию. — Я случайно прикоснулся к тебе, когда ты возвращалась, — объясняет Леви. Ты обдумываешь сказанное, а потом твои глаза расширяются в удивлении от осознания. — Так ты хочешь сказать… — Если ты вернёшься обратно сама, а я не буду касаться тебя, то, возможно, смогу остаться. Твоё сердце замирает. Ты застываешь с кружкой кофе на полпути к губам. Судорожно сглатываешь. Ты чувствуешь, как Леви смотрит на тебя, оценивая твою реакцию. Ты вынуждена столкнуться с уродливым фактом того, что, по крайней мере хотя бы на подсознательном уровне, ты не думала, что Леви действительно когда-нибудь найдёт способ вернуться обратно. Ты была полна решимости помогать ему, пока тот не сдастся. Не говоря уже о том, чтобы использовать саму себя для этого. Ты с трудом подносишь кружку с кофе к губам, изо всех сил стараясь скрыть от Леви своё внезапное чувство парализующей тревоги. — Ох! Разве это не хорошо! — выдавливаешь ты из себя, хотя твой голос напряжен, а горло внезапно начинает болезненно сжиматься. Ты делаешь глоток кофе. Чувствуешь на себе взгляд Леви, и тобой овладевает неприятный липкий страх. Леви согласился на эти отношения с тобой, потому что думал, что ты достаточно уравновешенная и взрослая, чтобы принять тот факт, что ему в итоге придётся вернуться, если такая возможность появится. А если ты сейчас начнёшь нервничать и ныть из-за этого, может быть, то Леви разочаруется в тебе… Ты чувствуешь себя так глупо и по-детски, смущаясь из-за своей неуверенности, но пытаешься держать лицо. Опускаешь глаза, допивая кофе большими глотками и встаёшь, чтобы одеться. — Эй, мелкая… — Я в порядке, Леви, — перебиваешь ты его, хотя в твоих глазах появляется некоторое разочарование когда ты поворачиваешься, чтобы посмотреть на него. Он тоже встал и смотрит на тебя настороженно и обеспокоенно, как на бомбу с часовым механизмом. — Что? — пытаешься улыбнуться ты. — Я же говорила тебе, что с самого начала знала, что ты вернёшься в свой мир, если представится такая возможность. Я приняла этот факт с самого начала. Ты такая лгунья. — Эй, — окликает тебя Леви и нежно кладёт руку тебе на плечо. — Прекрати это. — Что прекратить? — смело говоришь ты, будто бросая вызов. Леви смотрит на тебя равнодушным взглядом. — Эту вопиющую херню. Если ты собираешься притворяться, что всё в порядке, то сделай это хотя бы убедительно, чтобы мне не пришлось вести себя, как гребаный идиот и слепой в придачу, пока я буду притворяться, что нихера не понимаю. Ты бросаешь на него злобный взгляд, но чувствуешь, как стена между вами рушится так же быстро, как и появилась до этого. Ты обхватываешь Леви обеими руками за талию, прижимаешься лбом к его плечу и вздыхаешь, смирившись с поражением. — Прости, — бормочешь ты. — Я помню, ты говорил мне, что я должна быть готова к этому. — Я знаю, что ты примешь это, но я никогда не говорил, что тебе нельзя чувствовать себя обиженной и расстроенной из-за этого, — объясняет Леви, а его голос, спокойный и успокаивающий, мягко обволакивал твоё тело. Ты прижимаешься к нему лицом и закрываешь глаза, крепко обнимая. — Я люблю тебя, Леви, — шепчешь ты. — Я знаю, что ты хочешь вернуться, и я бы никогда не попыталась заставить тебя остаться здесь, когда твоя главная цель находится в другом месте. Ты целуешь его в изгиб шеи и чувствуешь, как его рука поднимается, чтобы погладить твои волосы. — Но это не значит, что мне не будет грустно или что я не буду скучать по тебе, — признаёшься ты. — Я знаю, — уверенно отвечает Леви. Голос звучит мягко, но немного обречённо. Он солдат, у которого есть определённая миссия. Многие люди, возможно, были бы оскорблены отсутствием у него внешних проявлений каких-либо своих эмоций, но ты помнишь, что он привык прощаться с людьми. К сожалению… Во всяком случае, он, вероятно, просто рад, что сможет уйти, зная, что ты будешь в целости и сохранности. И его способность отбросить свои чувства в сторону и делать то, что нужно, всегда была одной из причин, по которой ты его любишь. Ты обнимаешь его ещё мгновение, а затем отстраняешься. Твои глаза теперь сияют решимостью. — Тогда давай просто воспользуемся тем временем, что у нас осталось, — серьёзно говоришь ты ему. Леви издаёт звук согласия. Когда вы смело встречаетесь с ним взглядами, ты можешь видеть, что его глаза сияют от любви к тебе. Когда ты наклоняешься, он подаётся тебе навстречу. Ваши губы прижимаются друг к другу, такие шелковистые, мягкие и нежные. Когда ты отстраняешься, на твоём лице появляется мечтательная улыбка. — Мне кажется, у меня внезапно ослабли колени, и я не могу ходить, — игриво жалуешься ты и хватаешь его за плечи, чтобы вскочить вверх. Леви ловит тебя без каких-либо трудностей. Его руки подхватывают тебя под колени и спину, и он несёт тебя в спальню, как невесту. — Ладно, малыш. Хватит драматизировать. Ты опаздываешь, так что одевайся и убирайся отсюда к чертям, — говорит тебе Леви, бесцеремонно бросая тебя на кровать. Ты улыбаешься, чувствуя себя уже намного лучше. — Да, папочка, — говоришь ты ему и смеёшься в ответ на полный отвращения взгляд. — Я же просил тебя не называть меня так, — говорит он тебе, откровенно недовольный этим. — Я делаю это только потому, что ты так остро на это реагируешь, — со смешком замечаешь ты, направляясь к своему гардеробу и начиная натягивать одежду. — Я нахожу это отвратительным, — говорит Леви, и тебе не нужно даже поворачиваться, чтобы понять, что он морщит нос. Ты нежно улыбаешься про себя и заканчиваешь натягивать джинсы. — Тогда ладно, дедуля. Я сейчас ухожу. — Когда вернёшься домой, я думаю, нам нужно будет поговорить о плане. Обсудить всё, — говорит тебе Леви. Ты киваешь. Когда выходишь из своей квартиры, чувствуешь себя вполне хорошо. Ты знаешь, что будет больно прощаться с Леви, но ты также знаешь, что это неизбежно. Это цена, которую ты платишь за любовь к нему, поэтому ты собираешься принять эту боль и жить с ней дальше.***
До этого вечера тебе даже не приходило в голову то, что, поскольку ты не можешь предсказать свои ночные кошмары и никогда не помнишь их после пробуждения, тебе в буквальном смысле придётся однажды проснуться только для лишь того, чтобы обнаружить, что Леви ушел. Такие новости не радуют тебя, и твоё лицо выглядит слишком кисло, когда ты садишься на диван рядом с Леви, чтобы обсудить ваш план. — Окей, мы будем исходить из предположения, что если я случайно прикоснусь к тебе, когда у тебя будет один из твоих приступов, меня засосёт вместе с тобой, — начинает Леви. Его глаза сосредоточены и остры, как лезвия. Происходящее явно стоит его внимания. — Интересно, тебя засасывает физически или ты такой же, как я, и только твоё сознание покидает тебя в этот момент… — размышляешь ты вслух. — Учитывая, что у меня был полный контроль над моим телом, в то время как у тебя его не было, я склонен верить в то, что моё тело тоже перемещается, но нет никакого способа узнать это заранее. Остаётся только попробовать. Ты задаёшься вопросом, что же ты будешь делать, если он физически не может перемещаться, и ты застрянешь с коматозным Леви на всю оставшуюся жизнь. Одной этой мысли достаточно, чтобы у тебя разболелась голова. — Откуда эта связь со мной вообще взялась… — устало вздыхаешь ты, после чего прислоняешься к подлокотнику дивана, а ноги кладёшь на колени Леви. — Ты знаешь какой-нибудь способ увеличить вероятность возникновения этих снов? — спрашивает он. Ты качаешь головой. — Я не могу их контролировать, и до сих пор я не заметила в них никакой закономерности. — Не могла бы ты попытаться найти какую-нибудь информацию об этом? — спрашивает Леви. Ты киваешь и достаешь телефон, чтобы погуглить об этом. — Итак, ты говоришь, что ночные кошмары были похожи между собой с самого начала. В них ничего не изменилось? — спрашивает он. Ты приподнимаешь бровь. — Ну, я их не запоминаю. Но из того, что я слышала от своих родителей, бывших парней и тебя, то, вроде бы, нет. Кажется, я каждый раз кричу одно и то же. Ты смотришь на него и замечаешь его задумчивое выражение лица. — Что? — Ну, мне было интересно, всегда ли ты оказывалась в одном и том же месте. Потому что, если это так, мне, возможно, придётся немного скорректировать свои представления по поводу происходящего. — Что ты имеешь в виду? — спрашиваешь ты, озадаченно хмурясь. Он вздыхает и засовывает руку в карман, чтобы вытащить какой-то кусок ткани. Ты берёшь его и просматриваете. Зелёного цвета, с напечатанным сбоку профилем женщины. Её волосы собраны в узел на макушке, на голове диадема. Ткань грубая и запачканная грязью. — Я подхватил это, когда был там. Ты несколько удивлена тем, что Леви удалось вернуть объект из места, которое ты в конечном счёте воспринимаешь, как своё подсознание. Тем не менее, ты киваешь. — Помнишь, как я на днях рассказал тебе о главном в своём мире? О трёх стенах? — Да. Стена Мария та, что внешняя, которая была пробита, затем есть Стена Роза и Стена Сина, которые всё ещё стоят, — ты перечисляешь то, что помнишь. — Оказывается, измерение, в котором происходят твои ночные кошмары, тоже может быть не тем, из которого я. Или, по крайней мере, не из того года, из которого явился я, — говорит тебе Леви. Он криво смотрит на флаг в твоей руке. — Это не флаг Стены Марии. Это флаг Стены Сина. Ты думаешь. Стена Сина находится внутри. Твои глаза расширяются, когда ты понимаешь, на что пытается намекнуть Леви. — Ты хочешь сказать… ты хочешь сказать, что дыра в стене, которую я вижу во время своих кошмаров, — это не Стена Мария, а Стена Сина? — спрашиваешь ты, теперь совершенно сбитая с толку. Он кивает. — Но это самая внутренняя стена. Это означало бы… — Что мы проиграли битву, и титаны захватили все наши территории, — заканчивает за тебя Леви. — Возможно, я действительно вернусь только лишь для того, чтобы обнаружить, что всё человечество уничтожено. Ты на секунду открываешь и закрываешь рот, как рыба, выброшенная на сушу, прежде чем опомниться и поспешить сесть, как следует, придвигаясь ближе к Леви. — Что, если это так? — осторожно спрашиваешь ты. — Тогда с этим ничего не поделаешь, — напряженно пожимает плечами Леви. — Но ты всё ещё хочешь вернуться, даже несмотря на это? — Я должен. Если есть хоть какой-то шанс, что мы не проиграли, а просто сбились с пути… — Леви, — мягко начинаешь ты и кладёшь руку ему на подбородок. Ты поворачиваешь его голову так, чтобы он встретился с тобой взглядом. — Я говорю это не в надежде заставить тебя остаться здесь лишь ради моей личной выгоды, но… У нас нет возможности узнать, какой это год. Всё может происходить там целые столетия спустя. И, может быть, в твоём мире не осталось ничего, кроме трупов и титанов… — Я знаю. — Но… — Слушай, мелкая, — вздыхает Леви. — Я давным-давно поклялся своей гнилой жизнью этой войне. Я доведу всё до горького конца, даже если это будет означать, что я вернусь обратно только для того, чтобы ничего не найти и использовать всю свою оставшуюся жизнь для того, чтобы сражаться с титанами в мире, где человечества больше не существует. Его глаза не отрываются от тебя, и ты мгновенно понимаешь, что ничего не можешь сказать в противовес, чтобы заставить его передумать. — Если ты собираешься оставаться таким упрямым, то всё, что я могу сделать, это помочь тебе, — ты как-то совсем не весело смеёшься и качаешь головой. Тебе, конечно, это всё не нравится, но ты уважаешь его выбор. Ты не будешь скулить, как собачонка, и цепляться за него, чтобы удержать рядом. Леви гладит тебя по голове. — Женщина, которую я выбрал. Ты чувствуешь исходящее тепло от его слов и прислоняешься своей головой к его. Леви рукой обвивает твои плечи. Между вами наступает спокойная, хотя и немного мрачная тишина, и долгое время ни один из вас не произносит ни слова. Ты чувствовала бы себя намного лучше, если бы знала, что Леви вернётся к своим товарищам, в мир, где была хоть какая-то надежда. Зная, что он столкнётся с трудностями, которые бесконечно хуже, ты просто не можешь не беспокоиться. Но ты влюбилась в мужчину с другой целью. Целью, отличающейся от твоей. Ты ведь знаешь, что Леви не смог бы жить нормально, если бы остался здесь, всё время терзая себя вопросом, мог ли он хоть что-то сделать. Все, что ты можешь сделать — по максимуму использовать то, что есть у вас прямо сейчас. — Леви? — Что? — У тебя было много отношений до того, как ты встретил меня? — Что это такое? Ты зря тратишь время, ревнуя из-за вещей, которые больше не имеют ни малейшего значения, — Леви звучит немного раздраженно. — Я не ревную. Просто хочу узнать о тебе как можно больше, прежде чем ты уйдёшь. Так что, если мне что-то станет любопытно, я просто спрошу об этом. Он молчит, явно чувствуя себя немного неловко. — Не так уж много, — наконец хмыкает он. — Всего пара, и ни одни из них не продержались достаточно долго. — Я так понимаю, что в твоём мире, учитывая происходящее, было не время для подобных вещей… — Если ты это понимаешь, то перестань задавать мне бесполезные вопросы, — Леви прищёлкивает языком. Ты ухмыляешься и погружаешь пальцы в его волосы, чтобы крепче прижать ваши головы друг к другу. — Я люблю тебя. Ты не знаешь, сколько времени у тебя осталось, чтобы сказать ему это. Леви хмыкает в знак признательности, и то, как его рука сжимается вокруг тебя, является для тебя достаточным ответом. Ты поднимаешь голову и забираешься к нему на колени. Его руки обвиваются вокруг твоей талии, а глаза пристально смотрят в твои. Ты сидишь на нём, обеими руками зарывшись в его волосы и глядя на его спокойное, но несомненно выражающее нежность лицо. Ты наклоняешься, и ваши губы встречаются в поцелуе. В течение следующего промежутка времени всё вокруг не имеет значения.
