Игры Богов

Намджун был из тех, кто больше слушает людей. Люди в запале рассказывают невероятные вещи. И одной из таких вещей, которую довелось услышать нашему герою, были сказания о подземном царстве, куда спускались души умерших. Попав внутрь, они уже не могли выйти вновь. Но Намджуну было все равно. Он обещал себе вернуть любимую, чья жизнь прервалась так внезапно укусом речной змеи. Он слушал людей. Скитался по рынкам и храмам, пока не услышал легенду о получеловеке-полубоге, что нашел вход и выход из царства мертвых, обратившись за помощью к богам Дионису и Аполлону. Те, вдобавок к бедам Намджуна, не ладили между собой, и получить помощь от них было настоящей удачей. Значит, это было возможно. Удача должна ему улыбнуться. Легенда гласила, что боги расположились на священной земле, путь до которой нужно было пройти босиком, без еды, воды и сна. 3 дня и 3 ночи должен идти тот, кто хочет найти богов, и если он обернется лишь раз, то все начнется сначала. Намджун шёл, не ведая страха, голода и устали. К концу третьей ночи, когда он из человека превратился в серую тень с окровавленными ступнями, на небосводе загорелась яркая звезда. Намджун понял, что нужно идти за ней. Она вела его через лес, где острые сучья раздирали ему кожу, но он продолжал идти, пока не оказался на поляне. Поляну с по-детски мягкой травой освещала луна. Два бога о чем-то спорили посередине. Обессилевший и обезумевший Намджун шел к ним на негнущихся ногах. Один из богов восседал за огромным столом, полным яств и кувшинов с вином. Приведя какой-то аргумент, он с громким смехом осушил кубок и с силой поставил его на стол. Второй – невероятной красоты, с прямой спиной расхаживал вдоль стола и что-то говорил со спокойствием в голосе, иногда махая рукой в сторону. Дионис и Аполлон. Сомнений не было. - Отпусти себя. Ты выглядишь жалко. - Я? Взгляни на себя. Истекающий слюнями и амброзией. - Ты не знаешь истинного себя, Юнги. Очнись, дорогой. Ты не такой, - ткнул пальцем бог. – Это все не на самом деле. Истинный ты скрыт в твоей бессознательной оболочке. Попробуй выпустить его. О, ты увидишь, на что он способен. Какие глубинные, стихийные и переворотные стороны в тебе сокрыты. - Потеряй контроль над собой и потеряй самого себя, – отрезал Аполлон. – Ты бежишь от настоящего себя за этим отупленным вином подобием. Давишь единственный свой инструмент – голову. Ты не сможешь так вечно, Хосок. Ты сожрешь себя. - Это что, забота? Вот, - встал из-за стола Дионис и протянул кубок с вином Аполлону. – Знаешь, что такое вино? А утехи? Вечный пир? Это избавляет от страха смерти. Забвение в опьянении, Юнги! Освободи стихию внутри себя. Животное. Слейся с природой. Оставь эти речи. Высвободи все чувственное, что есть в тебе, бессознательное и неподконтрольное разуму. Возьми. Аполлон проигнорировал протянутый кубок и обошел Диониса. Он подошёл к столу, поднял с золотого подноса виноградную лозу и внезапно бросил ею в стоящего в оцепенении Намджуна. - Порядок. Ясность. Свет и гармония, - начал Аполлон, следя за тем, как Намджун поедает виноград. – Думаешь, не будь в человеке этого, он дошел бы до богов? Забвение, о котором ты твердишь, Хосок, ничто большее, чем иллюзия. Разум спасают игры, стройные теории, образы. Настоящий ты свободен от страха смерти, когда твой разум способен сам избавить тебя от трагедии жизни. - Мы не придем к единому мнению, а? – хохотнул Дионис. - Не в этой вечности. Намджун доел божественный виноград, сидя на коленях на траве. Его раны затянулись, а тело будто и не испытывало мук жажды и голода. Он встал на ноги и подошёл к богам. - Я здесь, чтобы… - Что ты умеешь? – обратился к нему Дионис. – Чем будешь платить за помощь? - Я… У меня ничего нет. - Я знаю. Но что-то же ты умеешь? Дионис склонил голову набок, и внезапно в руках Намджуна появилась лира. - Ведь ты играешь, смертный. Спой для нас, - Юнги проследовал за Хосоком и занял место за столом. - Здесь за все нужно платить. За вопрос. За совет. За услугу. Заслужи наш ответ. И Намджун начал играть. Он был невероятно талантлив, и прекрасно пел. Да так, что даже боги, что никогда не ладили между собой, слушали его балладу в полной тишине. Намджун завершил игру и обратился к ним: - Мне нужно попасть в подземное царство. Моя жена оказалась там по ошибке, не ее должна была ранить змея. Помогите мне найти вход. Я должен спасти ее. - Настоящее безумие, - проговорил Хосок с восхищением. – Всё ради любви. Я помогу тебе, но ответь на вопрос. Твое искусство. Что помогает тебе играть? Не лги мне, ты выпиваешь, чтобы направить свои страхи и боль в искусство? - Обучение любому искусству требует дисциплины, - вмешался Юнги, - отсутствия жалости к себе и упорного труда. Это чистый разум. Так что помогает тебе играть? - И то, и другое, честно говоря. Мать обучала меня игре и пению. Жена и дети обожают, когда я играю для них. А в моменты, когда вино развязывает мне язык, я пою с другим, новым вкусом. Я сочиняю новые баллады. Люди говорят, это дар, талант. Я не знаю, что это, но мое искусство приносит радость мне и семье. Боги молчали. Смертный не выбрал сторону. - Отправляйся к Персифону на ту сторону острова. Скажи, что от Юнги. - Черта с два, он ему поможет, - усмехнулся Хосок. - Мне он не откажет, - ответил ему Юнги и обратился к Намджуну. – Говори так, как я сказал. Тебе нужна золотая ветвь. Сделай все, чтобы получить ее, иначе в загробный мир тебе не войти. - А как выйти? - Твоя игра не стоила так дорого, - протянул Хосок и добавил. – Не забудь лиру, смертный. Намджун склонил голову и сложил лиру в мешок за спиной. Он продолжил путь.