***
— Господин Кан, мне всё равно, как Вы это сделаете.
— Но….
— Даже не хочу ничего слышать, — злился Чонгук.
— Просто если он не дает согласие, то это усложняет процесс, — адвокат не понимал, почему директор так срочно желал оформить развод. Еще две недели назад, когда обсуждали этот вопрос, указания были четкие — максимально оттянуть дату суда.
— Подключайте свои связи, делайте что хотите…
— Может, Вы просто поговорите с ним?
— Я разговаривал, он отказался, а я хочу закрыть уже этот вопрос.
— Хорошо, я Вас понял. Сделаю всё что в моих силах.
***
Чонгук сидел в лобби-баре и ожидал, когда спустится Пак. После долгих споров на тему
проституции в Никарагуа того, как они проведут сегодняшний день, было решено поехать в развлекательный центр, где есть всё и только
#хуйзнаетчеготамнет.
— Здравствуйте, Чонгук, — окликнул знакомый хрипловатый голос.
— Добрый день, господин Пак. Как Вы? — сейчас больше всего хотелось, чтобы этот мужчина как можно быстрее задал свои
#заёбистыевопросы и
упиздовал свалил, пока не пришел Чимин. Чтобы не огорчал мальчонку своим присутствием. Еще не хватало испорченного настроения пацана, при таких-то грандиозных планах.
На день.
И на вечер.
Ну и хотелось бы — на ночь!
— В моем возрасте, Чон, радость жизни заключается совсем в других вещах нежели в Вашем, — Джихён присел рядом, не поворачиваясь к Чонгуку и даже не глядя на него.
— Возможно, — без энтузиазма ответил брюнет.
— Я вот мечтаю о внуках, но, видимо, не дождусь. Чимин меня постоянно огорчает и разочаровывает.
— Я думаю, Вы слишком требовательны к нему, — не смог сдержаться Гук, нервно постукивая пальцами по подлокотнику дивана.
— Чонгук, я планирую забрать его обратно в Пусан. Думаю, ему не место в Сеуле, да и в Вашем банке тоже.
— Что? Почему Вы опять вмешиваетесь в его жизнь? — повысил голос брюнет.
— До чего же дошли ваши отношения, раз Вы настолько осведомлены, когда и в чём я принимаю участие? — равнодушным голосом произнес старший Пак.
Чон понял, что
пизданул сболтнул лишнего, давая очередной повод отцу Чимина подергать за болезненные нити. Меньше всего хотелось навредить мальчишке, особенно после услышанного сегодняшним утром.
— О чём Вы?
— Чонгук, я, конечно, стар, но не глуп. Давайте не будем играть в игры, а поговорим как два бизнесмена.
— Мы вроде бы говорили о Чимине, а не о бизнесе, — недоумевал Гук.
— Именно. Мне очень нужен кредит, а Вам, насколько я понял, — мой непутевый сын. Улавливаете связь?
— Вы сейчас серьезно? — Чон повернулся к мужчине, пытаясь прочесть на его лице хоть какую-то эмоцию, что могла бы отобразить внутреннее состояние, но к сожалению, не увидел ни одной. Ничего. Хладнокровная равнодушная маска.
— Ты всё правильно понял, Чонгук, — переходя на неофициал, невозмутимо сказал Пак.
— Не могу поверить! На что еще Вы способны ради денег? Сейчас я всё больше понимаю Чимина и его стремление порвать с Вами любые связи.
— Аха-ха… Я так и думал. Ты влюблен в него. Это даже к лучшему, — Джихён засмеялся, а затем наконец-то повернулся к Чону лицом, добавляя: — Я получаю кредит и пока не трогаю вас с Чимином. Готов прямо сегодня уехать в Пусан и не мешать вашей романтической поездке.
Чонгук был в
ахуе шоке. В таком
#сукапиздецахуе, что замер как статуя Ленина с поднятой рукой, не в силах что-то сказать. Да, он был наслышан о беспринципности Пака-старшего, но то, что он способен продать собственного сына, было за гранью. Через пару долгих минут (
ему они показались вечностью) он взял себя в руки. Понимая, что сейчас решается судьба мальчишки, Чон принял роковое решение, о котором пожалеет еще не раз. Сейчас же оно казалось ему самым правильным в этой ситуации.
— Я согласен. Но у меня есть несколько условий.
— Я не ошибся в тебе. Ты действительно бизнесмен. Слушаю.
— Во-первых, Вы уедете прямо сейчас и больше не появитесь в жизни Чимина. И я переоформлю его кредит на Вашу компанию, он войдет в общий долг. Думаю, пятнадцать тысяч долларов для Вас небольшие деньги, а от меня он их всё равно не примет.
— Он взял кредит в твоем банке? Вижу, у вас высокие отношения. И на что же ему понадобились деньги? Я же оплачиваю его обучение и проживание?
— Это Вас не касается, его установки и мотивы поступков слишком разнятся с Вашими…
— Да, мне очень жаль, что мой единственный сын страдает ерундой… как всегда, впрочем. Наверное, очередная помощь какому-нибудь дружку.
— Так что, по рукам? — Чон больше не желал слышать ни слова от этого эгоистичного и черствого человека. Он всё больше задавался вопросом — как рядом с ним мог вырасти такой нежный и ранимый парень, как Чим.
— Хорошо, договорились, — Джихён поднялся с дивана и протянул Чонгуку руку. — Жду подписанные документы, ну и деньги, естественно.
Гук одарил его презрительным взглядом, обмениваться рукопожатием с этим
уёбком мудаком он не имел ни малейшего желания.
— Прощайте, господин Пак, — бросил Чон и также поднявшись, направился в сторону ресепшена, даже не взглянув на мужчину.
— До свидания, Чонгук… до свидания… — негромко произнес Джихён в спину удаляющемуся Чону, когда тот отошел на несколько метров.
***
Чимин был счастлив, впервые за долгое время. Сложно себе признаться, но таких чувств он, пожалуй, не испытывал никогда. Влюбленность в своего преподавателя была пресной по сравнению с чувствами к Чону.
#совсемнетопальто
Гук был абсолютной противоположностью Ги Чана. Рядом с ним Чим утопал в заботе и ласке, был
в безопасности.
Приведя себя в
божеский вид порядок, блондин спустился вниз, где возле ресепшена его ожидал Гук. Он говорил по телефону, раздраженно размахивая рукой. Завидев парня, Чон резко прервался и скинул звонок.
— Что-то случилось? — обеспокоился Чимин.
— Нет-нет. Просто рабочие вопросы. К сожалению, не всегда приятные, но решать приходится, — Чонгук попытался натянуть
жизнерадостную мину улыбку при виде мальчишки, но выходило не очень. — Ты прекрасно выглядишь, — а вот это было сказано искренне.
Чон обхватил парня за талию и притянул к себе, вдыхая приятный цветочный запах шампуня и нежно целуя в висок. Его переполняли не самые радужные чувства, которые горечью осели во рту после разговора с Пак Джихёном. Грудную клетку распирало от боли за этого славного мальчишку.
«
Я огражу тебя от всего этого дерьма. Любой ценой!» — в мыслях.
— Пойдем? Нас ждет машина, — вслух.
— Пошли… — ответил парень, с восхищением глядя на (
своего?) мужчину. Этот вопрос и еще
хуева чертова куча других мучали парня уже второй день: «
В каком статусе их отношения? Что между ними? Насколько все серьезно? И что будет дальше? И будет ли оно — это дальше?».
Из серии:
#выебатьсебемозг
#вынестичерепуху
#заебатьсвоюпсихику
К удивлению Чимина, снаружи их ожидал личный автомобиль Чона и все тот же водитель (валитель*😉), который вез его в аэропорт в Сеуле.
— Когда успел? — парень вопросительно посмотрел на Гука.
— Еще вчера, как приземлились. Домой всё равно придется ехать, а не лететь. — Чонгук открыл заднюю дверцу машины, делая приглашающий жест.
— Готов тебе добавить плюсик к карме, — улыбаясь, блондин проскользнул на заднее сиденье и посмотрел на Гука.
— Хочешь, чтобы я сел возле тебя?
— Нет, блять, мечтаю!
— Аха-ха… Тогда я не вправе разрушить мечты такой милашки как ты! Буду твоим Санта-Клаусом.
— Придурок! — огрызнулся парень, на что был резко притянут к груди и заключен в крепкие объятия.
Водитель-валитель с невероятным именем Хо, лишь приподнял бровь. Еще никогда он не видел своего шефа таким веселым и открытым рядом с другим человеком. Поэтому, не желая нарушать
гейские обнимашки семейную идиллию, никак не выразил своего отношения к происходящему, нажал на газ и машина сорвалась с места.
