Кусок идиота

Оглушающий выстрел грохнул почти что у самого уха. Брок закрыл глаза, слепо нашарил в кармане ополовиненную пачку сигарет и закурил, все так же не открывая глаз, хоть и обещал сам себе обязательно бросить, завязать с этой раздражающей привычкой. Но сейчас руки сами потянулись к сигаретам, нашарил старенькую зажигалку и… рот опалило горечью. Выстрел, один-единственный, словно перещелкнул что-то в самом Броке, сбил привычную по своему ритму пластинку и разрушил ее, создавая слишком много "зачем" в голове. И от этого сигаретная горечь делалась ещё более желанной, чтобы самому не сорваться и не натворить бед. — Командир, там… — тихо пробормотала Мэй. Брок поднял на нее, неожиданно бледную, непривычную, взгляд и только хмыкнул. — Пиздец, — добавила она и тяжело осела рядом. — Там полный пиздец. — Я догадался, — спокойно ответил Брок, докурил до фильтра и сунул в рот вторую сигарету. — И кто молодец? — Лаки. Чего-то такого Брок и ожидал. Знал он, что этот неугомонный когда-нибудь всех крепко подставит. Не из злого умысла, нет, Лаки был слишком честным для этого и непосредственным, как четырехлетка, а просто потому что шило в жопу вошло слишком глубоко и теперь зудит. Похоже, Лаки-таки доигрался. Окончательно. — А Зимний? — уже даже не переживая о том, что услышит, поинтересовался Брок. — Там же. — Лаки-то жив? — сигарета обожгла пальцы, и Брок, чертыхнувшись, отшвырнул ее. Жалко мальчишку. — Что ему сделается? — Мэй отобрала у Брока пачку, достала оттуда последнюю сигарету. — Разве что синяк больше головы. Ему Зимний звезданул от души, так, что были бы мозги — получил бы сотрясение. — Нечего там сотрясать, — фыркнул Брок и поднялся. Раз уж Зимний не уменьшил их отряд на одного бойца, может, и все не так и плохо. Может, никто не погиб? А всего лишь ранен? Контужен? При смерти? — Э нет, командир, — хохотнула, поднявшаяся следом Мэй, хлопнула по плечу и очень выразительно покачала головой. — Я бы на твоём месте не надеялась, что пронесёт. И да, у тебя взгляд очень уж красноречивый. Таких, как мы, не проносит. С Мэй соглашаться не хотелось. Можно было напомнить про такую штуку как солдатская удача, но в их случае обычно отказывала даже она, оставляя возможность разгребать ворох валящегося на головы дерьма самостоятельно, и притом руками. Всегда только руками. В откровенно испуганные глаза Лаки Брок смотреть не стал. Спрашивать “доколе?” — тем более. Даже немного туповатый Таузиг был здесь и взволнованным бизоном топтался около машины человека, которого они всем отрядом должны были украсть (ладно, крал его один Зимний) и довезти до места живым и невредимым. — Командир, это… — прогудел Джон, чесанул лапищей подбородок, отчего его бородища встопорщилась в разные стороны. — Пиздец, — подсказал ему Брок и заглянул в салон машины. Кровавые потёки с белёсыми крапинками мозгового вещества были повсюду, уделав дешёвый дермантиновый салон так, что машину проще утилизировать и найти новую, чем всё это отмывать. — Полнейший пиздец. Очень важный для Гидры человек лежал на заднем сиденье, нелепо раскинув руки. От его головы мало что осталось, и медицина тут бессильна, любая, даже самая дорогая. — Нам нужен некромант или парочка хороших пластических хирургов, — со вздохом резюмировал Брок. — Командир, хирург разве тут что соберёт? — поинтересовался тут же оказавшийся рядом Лаки, тоже заглянул в салон и зашипел, заработав чувствительный тычок в бок командирским локтем. — Хирурги — это нам, идиота кусок, — пояснил Брок, едва удержавшись, чтобы не двинуть ещё разочек в чисто воспитательных целях, хотя было желание придушить поганца собственными руками и свалить все на него, тем более что он-то и виноват. — А почему кусок? — надулся Лаки. Отвечать ему что-то Брок не стал, как и спрашивать о том, как всё произошло или за что Лаки так этого. Непоправимое уже произошло, и ничто не способно вернуть к жизни этого человека, а значит, нужно искать возможность как-то выкрутиться. Брок нашел взглядом Зимнего и выдохнул, заметив его, восседающего на куче покрышек и с непроницаемым выражением лица перебирающим винтовку. Хоть что-то в этом бедламе было постоянным. — Скройтесь с глаз моих, — не терпящим возражений голосом приказал Брок, даже не оборачиваясь на своих бойцов. Ему нужно было хорошенько подумать, и желательно в тишине, без посторонних любопытных глаз, попробовать решить, как жить дальше, как отмазаться самим и как сделать так, чтобы Лаки отделался хотя бы простым увольнением, без лишних, фатальных дырок в организме. Едва его бойцы рассредоточились по местности, Зимний поднял взгляд на Брока и улыбнулся, как делал только тогда, когда им удавалось остаться действительно наедине, хлопнул по покрышке рядом с собой и даже винтовку в сторону отложил. — Пиздец же, — буркнул Брок, тяжело плюхнулся рядом и охнул, когда тяжёлая голова Зимнего опустилась ему на колени. — Это как посмотреть, — вполне по-кошачьи мурлыкнул тот. — Но рано, соглашусь. — Соглашается он, — фыркнул Брок, тут же зарылся пальцами в шелк волос, почесал за ухом, провёл пальцем по колючему из-за щетины подбородку. — Проебались мы, принцесса, и по полной, а как выгребать, понятия не имею. — Не мы, а Лаки, — напомнил Зимний, хитро сверкнул глазами и снова расплылся в довольной улыбке, когда Брок, не миндальничая, развернул его голову за подбородок. — Ну да, ну да, я помню… команда — часть корабля. Брок вздохнул и покачал головой, пообещав себе тщательнее подходить к отбору фильмов для их совместных вечеров, чтобы потом этот котище не сверкал интеллектом по поводу и без. Хорошо хоть у Зимнего хватало мозгов не выпячивать себя при техниках и любых других посторонних, продолжая очень правдоподобно отыгрывать швейцарские часы, скрещенные каким-то умельцем со снайперской винтовкой. — Довыёбываешься, — для порядка добавил Брок и всё же снова погладил. Молчал Зимний минут двадцать. Брок мог бы поклясться, что слышал, как в его голове что-то очень тихо щёлкало, да и взгляд принцессы был устремлен куда-то очень глубоко в себя. По крайней мере, на посторонние раздражители он не реагировал никак. Брок даже начал задрёмывать, когда услышал тихое: — Нам нужна новая машина. Я знаю, как всё исправить. Что-то пояснять он, как обычно, не посчитал нужным, ну да Брок и не спрашивал. За долгие годы работы бок о бок он привык если не безоглядно доверять Зимнему, то хотя бы не задавать вопросы. Всё станет ясно в своё время. За машиной отправили Глазго. Рванувшийся было вперед него Лаки получил звучную затрещину и остался на месте, виновато опустив голову. Похоже, и до него наконец дошло в какой жопе они оказались. — Командир, — попробовал он подойти к Броку, но тот отмахнулся, не желая ничего слышать. Да и какая разница, из-за чего конкретно их цель пораскинула мозгами, заляпав салон? — Тело вынуть, машину сжечь так, чтобы органики не осталось! — велел Брок. Через четверть часа позади заброшенной бензоколонки бушевало жаркое пламя, жадно слизывая с железного остова всё, что только могло гореть, а в серое, набрякшее дождевыми тучами небо поднимался жирный чёрный столб дыма. Скоро тут будут пожарные и полиция, но ни виновных в поджоге, ни свидетелей отыскать не сумеют. Брок со своим отрядом к тому моменту будет уже в пути. Раз Зимний сказал, что всё устроит, значит, так и будет, и о завёрнутом в брезент и сваленном в багажник теле волноваться не стоит. Дом, в котором стоило оставить цель их задания, очень удачно находился на приличном расстоянии от остальных. Особняк в колониальном стиле с гудящим водопроводом, псевдостаринной мебелью, но зато напичканный всякой техникой, как швейцарский сыр дырами, Броку не понравился. Дом был неудобен, небезопасен, но разве его мнение учитывалось? Нравилось мужику жить на широкую ногу — и ради бога. Тело усадили на диван, Зимний даже сунул ему в руку стакан с виски, а затем, отобрав у Брока коммуникатор для связи с базой, нажал на иконку звонка. Холодный пот пробил Брока. Вдоль позвоночника промаршировали колючие мурашки, но Зимний хитро так усмехнулся, подмигнул и… голосом их цели сообщил кому-то из агентов. — Больше этих уродов мне не присылайте! Не за такое обращение я плачу вам деньги, а отец поддерживает все ваши инициативы! Слушай, как там тебя… Ситвел… мне насрать! Я заслужил уважение! Зимний нажал на отбой и бросил коммуникатор Броку, куда тут же отзвонился Ситуэл и совершенно безразличным голосом, будто бы это не его сейчас тут ни за что распекал какой-то сопливый мальчишка, велел собираться и возвращаться на базу. — Уходим! — велел Брок. И только когда Зимний куда-то пропал, а по дому пополз резкий запах метана, понял — выкрутятся, они точно выкрутятся. Цель отзвонилась на Базу, отряд был отозван, а что потом с этим домишком и человеком в нём произойдёт, не Брока печаль, да и в Гидре никто не расстроится. Разгневанному родителю предоставят запись похищения Зимним его сыночка и его последнего разговора, а значит, не нужно в спешном порядке бежать без оглядки. Можно продолжать подготавливать всё для разрыва отношений с Гидрой. Можно продолжить ждать ночью тихого скрипа половиц у двери в спальню и горячего тела под боком. Можно смотреть дурацкие фильмы и закатывать глаза на комментарии Зимнего, можно… — А неплохой вискарь у этого мажорчика, — вздохнул Лаки и вытащил из-за пазухи бутылку. — Идиота кусок, — только и смог вздохнуть Брок.