Sweet dreams

Сонхва сидел перед парнем на коленях, впившись пальцами в чужие бедра, пока тот удерживая его голову, вдалбливался в горячий рот. Ёсан иногда отстранял лицо Пака от своего паха, смотрел, как тот тяжело дышит, как из-за нехватки кислорода из глаз текут редкие слёзы, и снова притягивал Сонхва к себе, видя, как он раз за разом жадно тянется к блестящему от слюны члену, он лизал вдоль ствола, посасывал, заглатывал так глубоко, сколько мог, пока ему позволяли самому управлять процессом. Ёсан, почувствовав, что разрядка близка, остановил парня. Он уложил Сонхва прямо на жесткий пол, удерживая одной ладонью обе руки Пака над его головой. Впился в его шею зубами, слегка кусал, посасывал и лизал кожу, постепенно уходя вниз. Лизал один сосок, пока больно сжимал пальцами второй. Парень под ним изгибался, стонал не сдерживая себя, хныкал, тёрся пахом о бедро Ёсана, умоляя поскорее взять его. - Ёсан, пожалуйста... - Хён... – шепчет на ухо, гладя живот. - Ёсан... Ах... – он чувствует, как его плечо сжимают и голос звучит громче, когда его снова зовут. - Хён! Пак вздрагивает, резко открывает глаза и видит перед собой тёмную спинку водительского кресла. - Сонхва-хён, мы почти доехали... – голос Ёсана звучит справа. Он встречается с обеспокоенным взглядом, но Ёсан ни о чём не спрашивает, как обычно, только слегка сжимает его плечо и возвращается к своему телефону, чтобы дальше листать ленту. Хва вздыхает и отворачивается к окну, за которым виднеется яркий летний пейзаж. Впереди сидящие Юнхо и Минги слушают музыку, обсуждают разных артистов, пока машина медленно едет по узкой дороге к дому, который они сняли на выходные, чтобы всем вместе отдохнуть. Сзади едет ещё одна машина, в которой сидят остальные. Они давно не проводили время в восьмером. Все работают, либо заняты личной жизнью, но на эти выходные они договорились освободить пару дней друг для друга. О личной жизни... Пак Сонхва многого добился в маркетинговом бизнесе, открыл свою компанию, которая является одной из самых успешных в Корее. Много работает, мало спит, постоянно думает о Ёсане. Он не знает, как называется сексуальная ориентация, когда у тебя встаёт только на определенного человека. Кан Ёсана. Сонхва не интересуют ни женщины, ни мужчины. Он пытался забыть о своём друге, зная, что тому нравятся только милые девушки. Насколько Паку было известно, за все время, что он знает Ёсана, у того только два раза были отношения, достаточно серьёзные и длительные. И все те девушки, кого можно было увидеть рядом с ним, были хорошими людьми, добрыми, вежливыми, красивыми. И он не помнил, чтобы хоть кто-то из них позже отзывался о Ёсане плохо. Для Сонхва до сих пор остаётся загадкой, почему Ёсан одинок, почему не завел семью. Может, раньше не хотел, но сейчас в последнее время он задумывался об этом и делился своими мыслями с Сонхва. Может... он мог бы дать Ёсану желаемое... Он готов сделать всё, что бы тот ни попросил. Но... Хва не станет рассказывать младшему о своих чувствах. Это испортит их долгую дружбу, возможно, затронет отношения между людьми из их общего круга общения. Неизвестно, что это повлечёт за собой. Зачем тяготить Ёсана ненужными чувствами? Вдруг это скажется на его писательской карьере? Лучшим вариантом будет запереть все чувства в себе.

***

- Так странно снова спать в одной комнате... – Ёсан разложил одежду в шкафу и сидел на большой кровати , наблюдая, как Сонхва аккуратно складывает каждую вещь. Когда они учились в университете, около четырёх лет они жили вместе, так как решили сэкономить на плате за аренду квартиры. Они знали друг друга со школы, всегда ладили друг с другом, им было комфортно рядом, поэтому и разъезжались они с грустью на сердце. Неизвестно, что думает Ёсан, но Сонхва бы очень хотел вернуть те времена, чтобы снова почувствовать, как на него закинет ногу младший. - Да... Ты прав, – Сонхва хмыкнул, – Я не ожидал, что Уён снимет такой маленький дом, что нам придётся по двое располагаться в комнатах. - Обычно такими вопросами занимался Юнхо... Или ты, хён. - В любом случае я рад снова соседствовать с тобой, Ёсан~и, – Хва погладил по волосам парня, проходя мимо со стопкой одежды. Ёсан внимательно следил за ним, словно пытаясь что-то понять или прочитать, как книгу. - Сонхва-хён, давай поговорим вечером перед сном, хорошо? Старший развернулся и встретился с прямым взглядом. Вопрос был задан самым обычным тоном. Обычный Ёсан, обычный вопрос, ничего странного. Но что-то тревожно зазвенело в нём. - Хорошо, я постараюсь сразу не отрубиться, как вернёмся.

***

Время в компании пролетело очень быстро. Они приготовили много еды, играли в игры, как было несколько лет назад, рассказывали обо всём подряд, даже если эти истории происходили с ними вместе, и разошлись лишь ближе к полуночи. Для Сонхва, который ложится спать обычно в три часа ночи, это было ранним временем для отхода ко сну. Ёсан быстро принял душ и в пижаме сидел на кровати, печатая что-то в своём телефоне, но, как только Сонхва вышел из ванной, тут же позвал его, не отрываясь от смартфона: - Хён. - Ёсан~и? - Ложись ко мне, хён, –- и похлопал по своим бёдрам, отложив телефон на тумбочку. Не то что бы он никогда не говорил подобного или Пак не делал этого, но прямо сейчас это для него стало тяжело. Но парень просто прошёл к нему, лёг на кровать, удобно расположив голову на бёдрах младшего. Ёсан сразу потянулся к мягким волосам и начал перебирать их, его привычка всё ещё не исчезла... - Хён, ты стареешь, но твои волосы всё ещё в идеальном состоянии, в чём секрет? – абсолютно серьезным тоном спросил младший. - Йа, Ёсан~а, снова ты... Я не старый! Не обижай меня, я ведь твой хён! – надул губы, делая вид, что обиделся. - Хён... – теперь по-настоящему серьезно начал Ёсан, – тебе снятся кошмары?.. – его рука на секунду остановилась, в ожидании ответа. - Нет... – озадаченно ответил Сонхва, но внутри сжалось сердце, ему снятся точно не кошмары, – почему ты спрашиваешь? У меня мешки под глазами? Я просто не сплю, сколько следует, поэтому... - Хён, ты стонал во сне, – пропустил сквозь пальцы пушистые волосы, словно не заметил, как вздрогнул старший. Сонхва сглотнул, смотря в потолок, надеясь, что не выглядит так, будто его поймали за чем-то незаконным. - Да? Так странно, ты первый, кто говорит мне об этом, – фальшиво посмеялся парень, сложив руки на груди и начав покачивать правой пяткой. Может, не говорили раньше, потому что спящим никто и не видел, но Сонхва предпочёл проигнорировать этот факт. - Хён... – Ёсан наклонился к лицу Пака, закрыв собой потолок, их лица недостаточно близки, чтобы чувствовать чужое дыхание, но достаточно, чтобы у Сонхва всё внутри замерло и по спине пробежались мурашки от шёпота младшего, – Хён, ты выстанывал моё имя. Глаза парня расширились, дыхание пропало. - Если это не кошмары, хён, – продолжал шептать Ёсан, незаметно наклоняясь ещё ближе, – то что это? - Ёсан~и, – произнёс Сонхва ровно, хотя сам дрожал, прямо сейчас в голове не было ни одной мысли, которую можно было выдать за правдивую ложь, – просто... – он остановился, когда почувствовал на своём подбородке вторую руку Кана, которая слегка приподняла его голову. Ёсан накрыл губы Хва своими, неотрывно смотря ему в глаза. Зрачки парня расширились в непонимании. Почему он целует его? Младший отстранился через две секунды и повторил свой вопрос, а Пак, словно в трансе, выдал правду: - Мне снилось, что мы занимаемся сексом... Рука, до сих пор находившаяся в волосах Хва, перешла на плечи, Ёсан приподнял его со своих колен, быстро переложил тело неосознающего происходящее хёна в сторону и оседлал его бедра. - Скажи, ты не против, если я снова поцелую тебя? - Я... – Сонхва продолжал просто смотреть на Ёсана, ничего не понимая, сердце бешено отстукивало, он не мог ухватиться ни за одну мысль, чтобы озвучить её. Старший обнял Кана за плечи и, притянув к себе, впился в горящие губы, столь желанные, не разделяя уже сон и реальность. Ёсан тут же охотно ответил, мягко сминая губы, приоткрыл рот, пуская юркий язык к себе. Они целовались так жадно, словно только этого и ждали всю жизнь, младший слегка кусал чужие губы, потом проходился языком. Рука забралась под футболку Хва и сразу задрала вверх, обнажая торс старшего. - Хён, – оторвавшись от пухлых губ Хва, Ёсан тяжело дыша сказал, –- если мы не остановимся, ты понимаешь, что произойдёт? Ты уверен? Вместо ответа Сонхва просто перевернул их и теперь сам сидел на Ёсане. Двинув бёдрами вперёд, он потерся пахом о возбуждение Кана, слыша тяжёлый выдох сквозь зубы. Старший скинул с себя футболку и, наклонившись к парню, снова завладел сладкими губами. В голове не было вопросов, зачем он это делает, стоило ли оно того, — было только одно имя. Ёсан, Ёсан, Ёсан, Ёсан... Он не хотел упускать шанс даже если это на один раз. Младший сжимал бедра Сонхва, чувствуя, как язык проходится по нёбу, слюна стекала с уголка рта от мокрого поцелуя. - Ёсан~и… – судорожно выдохнул старший, когда чужая рука через ткань шорт сжалась на его эрекции. Яйца в предвкушении поджались, ладонь Кана прошлась по стволу вверх-вниз, пока вторая рука лежала на тонкой талии. Сонхва с чмоком разорвал долгий поцелуй и сполз вниз, посмотрел на Ёсана, приподнявшегося на локтях, и стянул с него штаны вместе с трусами. Эрегированный член, оказавшийся перед лицом Пака, был намного лучше, чем в его снах. Он осторожно взялся за основание и снова посмотрел на младшего, затаившего дыхание. Не разрывая зрительного контакта, Сонхва слизнул смазку с уретры, медленно обвёл языком вокруг головки и обхватил его губами. Ёсан резко вздохнул и запрокинул голову к потолку не в силах наблюдать за этим. Он чувствовал, как его хён сосёт головку, интенсивно водя рукой по стволу вверх и вниз, пока пальцы другой руки играли с мошонкой. Ощущение тёплого рта, этого языка сводило с ума. Когда Сонхва начал брать глубже, Кан слегка оттянул его голову назад и встретился с непонимающим взглядом. - Х-хён, – его голос звучал ниже, чем обычно, – если ты продолжишь, я очень скоро кончу, а мне... - Сделай это, – решительно сказал старший. - Блять, – да, это превращается в пытку для Ёсана, поэтому он просто меняет их положение и нависает над Сонхва, молчаливо намекая, что дальше будет так, как решит Кан. Он сладко улыбнулся и оставил невесомый поцелуй на приоткрытых губах Хва, поцеловал подбородок, опустился к шее и слегка укусил его, чтобы услышать этот судорожный вздох. Губы вели вниз, язык прошёлся вдоль линии ключицы, парень оставил несильный засос и мелкими поцелуями спустился к животу, стянул со старшего шорты, паралельно кусая за тазовую кость, и Сонхва выгнулся навстречу. Он прижимал ладонь ко рту, стараясь глушить свои стоны, но это выходило плохо. Наверняка, остальные их слышат. Когда Ёсан неожиданно вобрал в себя член старшего на всю длину, пока головка не упёрлась в стенку глотки, Сонхва зажмурился так сильно, что в глазах появились слёзы. Он протяжно простонал и зарылся пальцами в короткие волосы Ёсана. Младший выпустил член изо рта и тут же взял его обратно, он сосал с причмокиванием, слыша хныканье Пака, и, держа его за бёдра, когда тот слишком сильно выгибался. Мышцы его живота начали быстро сокращаться и, заметив это, Ёсан остановился и поднялся. - Есть смазка? - Нет, – хрипло ответил парень, тяжело дыша. - Открой ротик, хён, – произнёс шёпотом Ёсан, поднеся два пальца к его рту. Старший послушно обхватил губами пальцы и провел вокруг них языком, обильно смазывая слюной. Пока Сонхва был занят пальцами младшего, Ёсан раздвинул коленом его ноги шире и помассировал его бедра, заметив, как отзывается на такую ласку его хён. - Достаточно, – парень поднёс пальцы к анальному кольцу Пака, провёл по нему круговым движением, смотря как оно сжимается. Он мягко ввёл один палец до конца, следя за реакцией старшего, но заметив на его лице только нетерпение и дикое желание, начал двигать пальцем, иногда нажимая на стенки. Следом ввёл второй палец и услышал, как выругался Сонхва совсем тихо, сжимая в себе два пальца. Ёсан входил неглубоко, работал пальцами на манер ножниц, продолжая следить за Паком, но затем резко ввёл на всю длину, попадая по простате. Сонхва выгнулся в спине и вскрикнул, тут же зажал рот ладонью, у глаз скопились капельки слёз. - Ёсан~и... – захныкал старший, – пожалуйста, ещё, хочу ещё, – молил он, как в бреду, насаживаясь на пальцы. Ёсан закусил губу, сдерживая слова, которые хотел бы сейчас произнести, и добавил ещё один палец, быстро двигая уже тремя и чувствуя, что может кончить от одних только стонов. Яйца ныли и просили дать разрядку, поэтому, когда пальцы уже свободно двигались в старшем, Ёсан подтянулся ближе ко входу Сонхва, приставил член и медленно вошёл в изгибающегося хёна. Тот часто дышал, держась за плечи младшего. - Всё в порядке, хён? – прошептал Ёсан, наклонившись к покрасневшему уху Пака. - Да, да, пожалуйста, сделай что-нибудь, – ответил он, поддаваясь вперёд, желая почувствовать своего донсэна так, как никогда ранее. Кан переплёл их пальцы, поцеловал в скулу и начал неспеша двигаться. Каждый мерный толчок сопровождался сладким стоном Сонхва, хотелось держать такой темп до самого конца и подарить ему самый нежный и неторопливый секс, который когда-либо мог быть, чтобы их первый раз запомнился именно таким. - Ёсан, быстрее, Ёсан~и, – так бы и было, но, когда Сонхва стонал его имя и умолял делать это сильнее и сам поддавался бедрами, чтобы глубже насадиться на член, выдержка младшего дала слабину. Он вышел из него, сказал перевернуться Сонхва на живот, подложил под него подушку и, снова войдя в него, произнёс: - Скажи мне остановиться, если будет больно, – и последовал жёсткий толчок. - Ах! Там... – провёл по позвоночнику парня костяшками вниз до поясницы, крепко ухватился за бёдра Хва и сделал ещё более резкий толчок. Сонхва снова вскрикнул от попадания по простате. Ёсан начал двигаться быстрее и вскоре это напоминало дикую долбёжку, он буквально втрахивал тело старшего в матрас, тоже не сдерживая стоны удовольствия. - Ёсан! Я.. я сейчас, – путанно выговаривал слова парень, сжимая простыни в руках и поджимая пальцы ног. Сонхва с громким стоном кончил, не выдержав такую стимуляцию простаты. Чувствуя сокращения горячих стенок Сонхва, Ёсан тоже кончил, войдя в парня до предела. Они рвано дышали, младший вышел из Пака и упал рядом с ним на кровать. Грудь тяжело вздымалась, взмокшие и счастливые парни встретились взглядами. - Хён, – позвал старшего, хотя тот и так смотрел только на него. - Это было круто, – выдохнул Хва и перевернулся на спину, – у меня всё ноет. - Хён, ты давно... - Давно. Я давно влюблен в тебя, – закрыл глаза, почти восстановив дыхание. - Хён, не бойся, – Ёсан подполз к старшему и обнял его. - Чего не бояться? Сонхва не очень понимал - Это всего лишь кошмар, хён, я здесь, я с тобой, всё хорошо. Сонхва открыл глаза и его ослепил яркий свет в комнате. Он лежал на коленях Ёсана, они были оба одеты, младший смотрел на него с тревогой во взгляде и гладил по голове. - Хён, ты не хочешь обратиться к психотерапевту? – обеспокоенно спросил Кан, – Я не думаю, что твои кошмары хорошо кончатся, ты так стонал во сне... Всё в порядке, хён? Сонхва закрыл лицо руками и встал с кровати. - Чёрт. Снова сон. Просто сон. - Хён? - Я... На воздух, вернусь через пятнадцать минут, – устало ответил он и вышел из комнаты. Ёсан сидел с покрасневшими глазами и смотрел на закрывшуюся дверь. Его сердце сжималось от боли от одной мысли, что его хёну снятся кошмары, а он ничем не может помочь. Он так сильно любит его, но молчит и скрывает свои чувства к старшему, даже просил подруг притворяться его девушками, пока те не находили себе настоящих парней. Ёсан так давно и безнадёжно влюблён в Сонхва, но он точно не может сказать об этом. Его хён серьёзный человек, он занят своей компанией и... Может, его только девушки привлекают. Молчать и остаётся... - Хён, я люблю тебя, – прошептал в пустой комнате Ёсан и устало откинулся на подушки, часто моргая, чтобы сдержать слёзы.