Прежде чем звёзды погаснут

JoJo - Save My Soul

Даже демон может стать ангелом, пусть всего на секунду. Нумати Роука

— Ещё раз здравствуйте, дорогие гости! — громко поприветствовал нас Амалиэль. Затем откашлялся и продолжил, — теперь уже ангелы и демоны. Рад видеть вас здесь всех вместе. Мы находимся в обширном светлом помещении, где в центре зала в своем белом одеянии стоит Амалиэль. Здесь собралось достаточно много человек, и все внимательно слушают речь главного ангела. По правую сторону стоят демоны, одетые теперь уже во все чёрное. Костюмы на парнях, к слову, смотрятся достаточно неплохо. По их телу сквозь ткань струится рельефное полотно мускул, которые не ускользают от моего взгляда. Слева же расположились ангелы, которые тоже уже успели переодеться в одежду, отражающую их сущность. Светлые платья разного фасона на девушках. У кого-то чуть подлиннее, у кого-то покороче. У кого-то с рукавами, а кто-то довольствуется открытыми плечами. А также разные оттенки светлого помогают различать друг друга. И белые костюмы на парнях, так же, у всех разные — кто-то в пиджаках, кто-то лишь в рубашках, но неотменно у всех светлые брюки. Я обвожу глазами присутствующих, но взгляд все равно останавливается на демонах, отмечая, что кому-то идут пиджаки, кому-то кожаные куртки, а кому-то темные рубашки. Девушки, в основном, одеты в облегающие короткие платья с достаточно глубоким вырезом. Есть и те, кто надел черные штаны с вызывающим топом. Или те, кто надел юбки (хотя юбками это тяжело назвать, скорее что-то отдаленно напоминающее повязку вокруг бедра, еле прикрывающую задницу). — Ты погляди. Костюмчики-то у них получше наших, — вздыхает Энни, поглядывая в сторону демонов. Я поправляю свое белое платье до колен, обязанное золотым поясом вокруг талии. Золотые манжеты на длинных рукавах, а также подол платья и воротник очень контрастно смотрятся рядом с одеждой демонов. Энни закатывает рукава на своем белоснежном платье в пол, видимо, чтобы хоть как-то оголить какую-нибудь часть тела. — Неужели ты хочешь одеваться так, словно собралась на трассу? Ощущение, будто они платят втридорога за закрытую одежду. — Да они же искусители. Как они по-твоему будут искушать в монашеском наряде? Ради таких юбочек можно и демоном стать, — она многозначительно шевелит бровями. — Искушать можно красивой душой. — Ты слегка устарела, подруга, — Энни, что-то приметив, тянет меня за рукав, — погляди на того парня. Вон, рядом с фарфоровым ангелом. Я сразу же нахожу глазами рыжеволосого парня, который скучающе смотрит на собравшуюся толпу в этом зале. Тот самый, с утренней перебранки. Амалиэль говорит что-то о том, как долго он выбирал нас и объясняет почему именно мы удостоились этого звания. Его слова как-то пролетают мимо моих ушей, потому что я замечаю того парня в белой футболке. Правда сейчас он немного переоделся. Черная рубашка на нём сидит недурно, что тут скажешь. Рукава закатаны до локтей, а сама она наполовину расстегнута, обнажая его гладкий мускулистый торс. Парень стоит рядом с темноволосой девушкой, которая в этот момент что-то бурно ему рассказывает. Не уверена, что он очень заинтересован, так как весь его отстранённый вид говорит о нежелании тут находиться. — А что, если мне в пару дадут того рыженького парня? Я же не устою и влюблюсь в него! — Да все будет в порядке. Они же демоны. Злые, самовлюблённые и… — Обаятельные, — заканчивает за меня Энни, — на кого ты пялишься? Я резко перевожу взгляд на свою новую знакомую, и на щеках появляется румянец. Чувствую себя маленькой девочкой, которую застали за каким-то незаконным делом. Я подметила лишь то, что тому парню идёт черный цвет. Только и всего. — Сейчас свет погаснет, — громче обычного произнес Амалиэль, тем самым давая мне возможность оставить вопрос Энни без ответа, — метки на ваших руках засияют. У каждого разным цветом. Во тьме вы не увидите ничего, кроме горящих в ней знаков. Ваша задача проста — выйти навстречу к тому, чей цвет руны совпадет с вашей, это и будет ваша пара на протяжении всего вашего пути. Не переживайте, в этом зале стоит защита, вы не сможете коснуться друг друга в темноте. Но помните — вам нельзя сближаться! Поговорить вы можете лишь по делу, если без этого никак. Свет резко исчезает, уступая место абсолютному мраку. Мои глаза ещё не успевают привыкнуть к темноте, как вдруг метки постепенно начинают загораться разными цветами. Я не видела народ вокруг, лишь свечение красных, фиолетовых, зелёных, оранжевых цветов. Моя же метка начала приобретать голубой оттенок. Все ярче и ярче. В темноте не видно даже свои руки, однако выделяющее голубое пятно было настолько сильным, что его можно было заметить даже с конца зала. Я начала искать своего напарника с таким же голубым цветом, как у меня, но в глаза бросались совершенно другие. Постепенно рядом с оранжевым шаром стоял оранжевый, рядом с розовым — розовый. А мой голубой цвет все ещё ходил где-то, не видя меня. Голос Амалиэля вежливо попросил поторопиться, поэтому я судорожно начала пробираться сквозь толпу, ища свою пару. И, наконец, увидела его. Голубой огонек. Он был недалеко. Мой партнёр, кажется, тоже заметил меня, так как свечение начало приближаться, пока мы не оказались достаточно близко друг к другу. В голове сразу же начали крутиться разные мысли «Вот бы это был хороший человек! Пожалуйста, пусть мне повезет! Пусть передо мной сейчас окажется какой-нибудь добрый демон. Пусть это будет исключение». Однако, когда свет вновь загорелся, передо мной стоял никто иной, как… — Ты…? — все, что смогла вымолвить я. Парень. В белой. Футболке. А точнее, уже в черной рубашке. Я смотрела на него во все глаза, надеясь, что всё это ошибка. Что «мой» демон стоит позади, или где-то ещё. Но, боюсь, что все пары уже были разобраны, и моя стояла напротив меня, прожигая своими карими глазами. — Да ладно?! Блонди? — парень скрестил руки на груди, слегка наклонив голову, — вот уж повезло, ничего не скажешь. Он был достаточно близко, чтобы разглядеть его слегка вздернутый нос, что так гармонично смотрелся на его самодовольном лице. Его темные взъерошенные волосы, что были в абсолютном беспорядке на его голове, однако именно это дополняло его образ «плохого мальчика». Его выразительные задумчивые глаза, что пробегали по моему телу так, словно я стояла перед ним голая. Мне даже захотелось одернуть своё платье, но я сдержалась. Я искренне пожалела, что мне не досталось платья в пол. — И тебе привет, — сказала, наконец, я, когда мой взгляд перестал блуждать по его лицу. Когда наши взгляды встретились, в глазах парня заплясали озорные чертики. — Теперь, смотрю, ты позаботилась о достаточной длине платья. Молодец! —он злорадно ухмыльнулся, намекая на сегодняшний инцидент, — но немного покороче все-таки пошло бы тебе больше. Хотя, это тоже ничего. Я закрыла глаза, сосчитав мысленно до пяти. Какой же он заносчивый! Затем нацепила на себя добродушную улыбку, чтобы хоть как-то разрядить атмосферу и поспешила сменить тему: — Ладно, раз уж мы теперь напарники, я должна хотя бы знать твоё имя. — Джейсон. Для друзей просто Джей. Запомни это имя, принцесса. Ты не один раз будешь его повторять, — парень многозначительно подмигнул. — Джей, я… — Я сказал для друзей, — Джейсон мгновенно стал серьезным, глядя на меня теперь уже без тени улыбки, — не зазнавайся. Друзьями мы не будем, не нужно путать свои наивные розовые мечты и реальный мир. Меня зовут Джейсон! Больше тебе обо мне ничего не нужно знать, — он сжал губы, направляя на меня свой ледяной взгляд, — твоё имя мне не интересно. Он последний раз оглядел меня с ног до головы, развернулся и затерялся в толпе. Я закрыла глаза и громко выдохнула. Боюсь, что это будет тяжелее, чем я думала. — Я так боялась, что влюблюсь в своего напарника, но мне досталась девушка, представляешь? — Энни радостно жестикулировала, сидя на своей кровати. Моя новая знакомая только что пришла и буквально с порога начала рассказывать о том, как всё прошло. Я же пришла в комнату гораздо раньше, убитая горем, и просто валялась на своей кровати, представляя, что бы было, если бы мне попался кто-то другой, — можно выдохнуть. Мы даже немного поболтали, она вроде неплохая. Думаю, мы сработаемся. Я мягко улыбалась и просто слушала. Говорить мне не хотелось. Да и что сказать? Вот ирония судьбы-то, мне достался самый злой из всевозможных напарников. И как мне интересно с ним сотрудничать, если даже одно моё присутствие его бесит?! — А у тебя что? Ты какая-то подозрительно молчаливая, — подруга выжидательно смотрела на меня и под напором её взгляда я все-таки сдалась. — Мне достался… не самый лучший напарник, — только и смогла выдавить из себя я, — помнишь того, что утром меня задирал? — Да ла-а-адно, тот самый парень? Чёрт возьми, только не влюбись в него. Смех вырвался из моего горла сам по себе, больше похожий на истерический. — Влюбиться? За это можно не переживать. — Ну и всё тогда. Если не боишься влюбиться, значит это то, что нужно. Лучший напарник! Я постаралась выдавить из себя улыбку, но получилась она вымученной и неискренней, однако Энни ничего не заметила. — Завтра! Уже завтра первый день! Мы будем работать со своими подопечными. Это так интересно! Уже не терпится поскорее рассказать тебе, как пройдет мой день. Главное — не проспать. Будильников-то тут нет. —Да-а-а, — отвечаю без большого энтузиазма, — вы завтра где встречаетесь со своей напарницей? — интересуюсь я, но в мыслях всё еще насыщенные впечатления от сегодняшнего дня. И чем я так разгневала бога, что он решил поставить меня в пару с Джейсоном? Остается только предполагать. — Мы — недалеко от здешнего сада. Сказали идти прямо и уткнешься в него, — Энни так вдохновлена предстоящими событиями, я даже немного ей завидую, — а вы? Я вспоминаю, что Амалиэль говорил что-то про гору, которая, если посмотреть с правильного ракурса — в пяти минутах ходьбы, а если идти наобум, то можно и не дойти до неё вовсе. — А нам назначили встречу на какой-то чудо горе. — Ну что ж, жду не дождусь твоих завтрашних впечатлений! — А я-то как! *** Я сижу за странным письменным столом в комнате с бледно-зелёными стенами. В руках держу неестественно тяжелую ручку и что-то пишу на листке белой бумаги. Неудобный стул врезается мне в спину, светлые волосы спадают на стол, что сильно мешает. Шея уже затекла, словно я сидела в этом положении уже долгое время. Гляжу на настенные часы — 17:03. Шторы задернуты, свет еле-еле сочится сквозь щели в занавесках. Вижу размыто, словно через толщу воды, но стараюсь сфокусировать зрение на надписях в тетради. Сначала буквы пляшут у меня перед глазами, пока не выстраиваются в привычный для понимая ряд. «Не верь ей. Не верь никому! Все они твои враги. У меня мало времени, Элис. Никому не доверяй своих секретов, иначе тебя предадут. Поступай по совести. И знай, всё будет хорошо! Что бы не случ…» Я провожу пальцами по бумаге. Надпись ещё совсем свежая, что даже чернила немного смазываются. Предложение оборвалось на полуслове. Кто это писал? Сердце начинает биться в бешеном ритме, я ощущаю странную печаль, словно я дотронулась не до обычной бумаги, а до чьих-то воспоминаний. Чувствую, как по щеках текут горячие слёзы. Резко открываю глаза, всё еще тяжело дыша. Сердце сильно бьется, не давая даже небольшой передышки, щеки мокрые от слёз, а в груди разрастается щемящее чувство. Ловлю воздух губами так часто, что начинаю кашлять. Постепенно восстанавливаю дыхание, вытираю слёзы и долго смотрю в потолок, приходя в себя. Затем сажусь на край кровати, глядя в пустоту. И лишь тогда до меня доходит, что в комнате я совсем одна. События вчерашнего дня возвращают меня с небес на землю. К сожалению, лишь в переносном смысле. Ангелы. Демоны. Рай. Метки. Джейсон. Сотрудничество. О нет! Судорожно хватаю платье, одеваясь на ходу. Кажется, я опаздываю! Быстренько, вытягиваю руку, ожидая, когда появится проходит. Другой рукой закручиваю себе небрежную шишку на голове. Почему Энни не разбудила меня? Почему в первый свой ответственный день я умудряюсь проспать? Выбегаю на улицу и начинаю искать правильный ракурс, но как назло ни под каким углом я не вижу горы. Даже холмика! В итоге бросаю эту идею и просто бегу прямо, в надежде встретить хоть кого-то, кто сможет помочь мне сориентироваться. Пока бегу начинаю думать о сегодняшнем странном сне. Стоит ли воспринимать его всерьез или это лишь моё больное воображение? Если нет, то кто может меня тут предать? Мы же в раю. Разве не об этом месте постоянно говорят что-то хорошее? И по закону подлости, вокруг ни души, у кого я могла бы спросить про гору. Спустя какое-то время мне все-таки удается найти нужный ракурс и, действительно, гора оказалась близко. Но сколько я до этого бежала, не бегают, наверное, даже чемпионы на соревнованиях по бегу. — Ты опоздала, черт возьми, — грубо заявляет Джейсон, закатывая глаза. Я только-только поднялась на гору. Всё ещё не отдышавшись, поправляю свою прическу — вернее то, что от нее осталось. Ноги еле двигаются, мышцы сводит. Держусь на ногах из последних сил. Я оглядываюсь назад и сразу замечаю обрыв. Если с одной стороны спуск достаточно гладкий, и поднялась я без особых затруднений, то с другой высота невероятных размеров. Я невольно содрогаюсь, представляя, как несколько шагов отделяют меня от смерти. — Да, прости, я проспала, — закрываю лицо руками в надежде немного охладить щеки, — а потом искала эту гору очень долго. Джейсон громко выдыхает, внимательно глядя на меня. — Я ненавижу, когда люди опаздывают. Запиши это себе на лбу, — он опускает свой взгляд ниже, — а еще запиши, что необязательно ходить в одном и том же платье, если я его похвалил. Теперь мой черед закатывать глаза. Дыхание восстановилось почти полностью, но ноги все ещё ватные. Оглядываюсь в поисках женщины которая, как нам объяснили вчера, отправит нас на землю. — А где… Оливия? — Не поверишь, опаздывает. Может, блин, сегодня день непунктуальных людей, а я не в курсе? Там, откуда ты выползла, никаких праздников не намечалось? — Слушай, Джейсон. Я же с тобой по-хорошему, чего ты так ведешь себя? — Потому что меня бесят люди, которые претворяются добрыми пушистыми овечками, входят в доверие, а потом, хоба, и тебя предали, — на каждое слово он делал шаг вперед, все ближе подходя ко мне. — Не все люди такие, — говорю я, сглатывая образовавшийся ком в горле от того, что он подошел на опасное расстояние. — Не все? Да что ты? И кто ты хочешь сказать не такой? Ты? Да не смеши меня, — он демонстративно закатывает глаза, — знаешь почему мне нравятся демоны? Потому что это их истинная сущность. Ты знаешь чего от них ожидать. Они показывают себя в полной красе: злые, жестокие, зато настоящие. А не вы, с красивой обложкой, мол всегда поможете, а на деле нож в спину. — Ты не прав, на самом деле… Я делаю шаг назад. Решающий шаг. К сожалению, такой глупый, учитывая огромное расстояние отсюда до земли. Все происходит в замедленной съемке. Я теряю равновесие, соскользнув с горы и тяжелым камнем лечу вниз. Мыслей в голове совершенно нет, лишь одна посещает меня в этот момент: «как же глупо я умру». Хочется закричать от бушующего адреналина в крови, но звук не идёт. Я просто закрываю глаза, не желая видеть встречу своего тела с землей. В этот момент чувствую обжигающе горячую ладонь, что мёртвой хваткой схватилась за мою руку. Я перестаю лететь вниз и от осознания этого резко открываю глаза. Чувствую в ладошке лёгкое покалывание, словно несколько иголок входят в мою кожу на пару миллиметров. Джейсон, крепко схватив за руку, держит меня на краю горы. Моя жизнь в этот момент всецело зависит от человека, который меня ненавидит. Прекрасно! Резкий рывок вверх, и я уже лежу на поверхности горы. Он не скинул меня, не повторил тот самый момент из «короля льва». Я хватаю воздух губами и ошарашенно смотрю на Джейсона, который, напротив, смотрит куда угодно, но только не на меня. Тело бьет мелкая дрожь. Я только что была на волосок от смерти! Не сдержав вовремя эмоции, я поддаюсь порыву и моментально накидываясь на парня с объятиями. — Спасибо огромное, — воплю я, понимая, что могла сейчас быть расплющенной по земле, но все же стою тут. Джейсон, опешив от моих внезапных порывов, непонимающе смотрит на меня, я немного отстраняюсь. — Нам нельзя касаться друг друга, — бормочет он, глядя на меня уже без той ледяной брони. — Да, знаю, извини, — я отхожу на достаточное расстояние, — но ты ведь сам только что… — Никому об этом не говори! — резко перебивает меня он, — это была ошибка. Я виновато опускаю голову. Ошибка. То есть, лучше было бы все-таки оставить меня лететь вниз? И на какую человечность я надеюсь? Наверняка, он вытащил меня, чтобы я осталась перед ним в необъятном долгу. Ведь, что может быть ценнее человеческой жизни? Он же демон и везде ищет выгоду! Мои мысли прерывает резкая жгучая боль, исходящая от того места, которого коснулся Джейсон. Руку сводит судорогой, голова начинает кружиться. Я закусываю губу, чтобы не запищать от боли. Зажимаю ладошку второй рукой, однако боль с каждой секундой все сильнее. Поднимаю взгляд и вижу, что Джейсон тоже это чувствует. На его скулах ходят желваки. Он сжимает и разжимает ладошку, глядя на меня непонимающим взглядом. Кажется, мы влипли по полной. Жжение не прекращается. Чувство, словно мою руку варят в кипятке, а затем вынимают и поджигают. — Доброго времени суток! — громко произносит женский голос. Я, пугаясь, непроизвольно прячу руку за спину, и поворачиваюсь к ней. Джейсон ведет себя более непосредственно. Он скрещивает руки на груди как обычно, однако я знаю, как же больно ему сейчас. Как, собственно и мне. Рука судорожно трясется, сдерживаться становится все тяжелее, — что у вас тут произошло? Ка-та-стро-фа!