You got a fetish for my love

Чимин легко поправляет очки на переносице, когда дорисовывает новую главу. Последняя страница и нужно постараться с покрасом, чтобы она выглядела как плакат, который бы хотелось повесить напротив своей кровати и наслаждаться им каждую ночь (или утро). Тут уж у кого как. На картинке Чарли стоит спиной к читателю. Балкон, на фоне ночное звездное небо и по бокам полупрозрачные занавески. В одних лишь черных стрингах, он смотрит через плечо с привычным ехидством и прищуром, смотрит, как обычно смотрят на любовников, как обычно смотрят любовники и как обычно смотрят соблазнители, затаскивая в свои сети, в свою постель. Чимин прокрашивает его кожу с особым усердием, всеми силами отвлекает себя от мыслей о Чонгуке и по ходу думает чем бы еще себя занять потом. Все же последняя их встреча закончилась не в лучшем ключе и, если быть честным до конца, то ему подобное отношение совсем не понравилось. Он не собирается быть тем, кого используют просто для укрепления своих отношений ревностью. Штука это, конечно, со всех сторон прекрасная, но только для пары, он же, мало того, что останется при своих интересах, так еще и опозорен. Мерзота… Чимин шумно фыркает и наконец-то откладывает планшет в сторону — закончил, осталось только все собрать и выложить, а то он и так уже затянул с новой главой. По причине, конечно, объективной, но все равно не особо приятной. К тому же… малую долю людей действительно интересуют его причины, особенно, когда они говорят о творчестве. Ну серьезно, нужно смотреть правде в глаза и не воображать себе лишнего хоть где-то, чтобы прервать цепочку своих страданий и уныний. Чтобы хоть где-то не выглядеть наивным идиотом… Он поджимает губы и снова тянется к планшету. В конце концов, он в этом виноват сам, и было бы очень глупо перекладывать свою ответственность на кого-то другого. Он сам виноват, что оказался в той ситуации, из которой действительно нет адекватного выхода, когда он ничего не потеряет и продолжит свое унылое существование и не менее унылую мангу. Все же ни от чего из этого отказаться он все равно пока не готов да и вряд ли будет. Вряд ли он сможет разобраться с этим в ближайшее время.

lov/ser: night&moon🌙

Сегодня без краткого описания. Если честно, то настроения вообще нет ни на что. Отвратительное чувство того, что его просто пытались использовать и особенно того, что Чонгук претендует на статус гея, но в то же время и на своего «давнего друга» Тэхена. Наверняка у них глубокая и долгая связь. Чимин фыркает и публикует новую главу, подписывая ее одним лишь многозначительным (и никак к главе не относящимся) «Тоска», откладывая планшет в сторону. Он поднимается с кресла и потягивается, чувствуя как по телу расходится кровь и мягко тянутся мышцы. Быть может, он и больной ублюдок, одержимый своими сексуальными фантазиями, но еще не настолько отчаянный, чтобы каждый Чонгук о него вытирал ноги. В конце концов, можно свалить в Китай. В конце концов от университета по его специальности можно выехать на стажировку в Америку или Германию, а там уже с этим может быть хоть чуть проще. И угораздило же… Чимин хмыкает себе под нос и садится обратно за стол. Нужно набросать план к следующей главе, расписать диалоги, чтобы потом во время рисовки не впадать в ступор и не тратить время на перерисовку или дорисовку. Он достает тетрать из стола и открывает на чистой странице. Название как всегда не идет в голову и Чимин просто оставляет для него место в надежде, что когда-то, возможно, его и озарит чем-то красочным и гениальным (нет). Пак достает из стакана свою любимую погрызенную ручку и тупо смотрит на пустой лист. И о чем ему писать? Это должна быть какая-то глава с его эротическими фантазиями, но в этот раз нужно добавить хоть какого-нибудь сюжета, потому, чтобы хоть как-то объяснять себе, что у него не просто унылая порнуха (хотя это она и есть). Ладно. Ладно. Начать же всегда можно с секса, а дальше будет уже виднее. В принципе и ситуация у него есть уже готовая. Даже жизненная, ага. Чимин шумно выдыхает и, подперев ладонью голову, начинает постепенно все обдумывать и записывать. Начинается все с того, что Чарли приходит к Честеру делать домашнее задание и приносит с собой эклеры, хоть и не испытывает по этому поводу угрызений совести и стыда. Они долго разговаривают в дверях (Честер подозрительно холоден и пытается прогнать Чарли), но все же они перемещаются к дивану и приступают к работе. Чарли явно провоцирует Честера, Чес ведет себя, как настоящий кремень (и мудак), а Чимин только хмурит брови, думая лишь над тем, что его за эти сопли вполне резонно забить палками и обплевать бездыханное тело. В конце концов такого бреда уже давно нигде не было. В конце концов пора признать, что он скатился и не вывозит просто своих сопливо-слюнявых фантазий. " — Чарли, веди себя хорошо. — Не ты ли больше всех любишь, когда я веду себя плохо?» Стрелочка: страстный поцелуй. Не так и тошнотворно должно быть. Чимин грызет кончик ручки и думает только о том, что эту сцену хотелось бы повторить в жизни. Жаль только не с кем… И вроде даже Честер есть совсем рядом, и вроде даже ему хоть на пятьдесят процентов нравятся Чарли, но… Нет, не нравятся. Честеру нравятся эстетичные и тонкие Тэхены с широкой улыбкой и острыми чертами лица, изящные модели с бархатным голосом и подтянутым телом. Что можно говорить о Чарли? Что можно говорить о самом Чимине, который дорисовал себе в своей же манге пару лишних сантиметров в росте, чтобы едко смотреть в глаза Честеру, чтобы его язвительность не выглядела комично, чтобы хоть где-то заглушить свои обиды и комплексы. Еще одна стрелочка — секс. Чимин закусывает нижнюю губу, решая, что позы обязательно придумает потом, быть может, они и вовсе обойдутся расслабляющим минетом, чтобы снизить градус напряжения в одной конкретной комнате. Перед глазами вспыхивает картинка того, как именно он становится на колени перед Чонгуком и трется щекой о его ширинку, сжимает ладонями крепкие бедра, как Чон грубо зарывается пальцами в его волосы и заставляет смотреть строго на себя. Его черный взгляд, строгое лицо и чуть сжатые губы… Чимину хочется что бы они были легко раскрыты от удовольствия, что бы парень его мечты запрокинул голову и глухо стонал от того, как ласкают его член ртом. Чимину хочется и он это представляет. Представляет как он расстегивает чужую ширинку, как стаскивает с чужих бедер брюки с бельем и с каким удовольствием берет в рот головку члена. Просто слюнки текут. Чимин облизывает губы и не без удовольствия просовывает ладонь под резинку шорт, сжимая твердеющий член. В его голове только Чонгук, его голос и тепло его кожи. Сладкое марево, в котором он согласен утонуть добровольно, наркотик, на который он подсадил себя сам. Чимин представляет как он вылизывает твердый член парня, представляет, как хорошо он проскальзывает ему за щеку, как вкусно он скользит меж его губ, пока Чон грубо сжимает его волосы, направляет, как он рычит и стонет, подаваясь ближе. Пак поглаживает свой член и раскрывает губы для судорожного выдоха, чтобы хоть так жар выходил, чтобы хоть на чуточку стало легче… Чимин откидывается на спинку кресла, надрачивая свой член, ласкает себя, когда перед глазами плывет одна лишь картинка, а легкие сковывает дыханием. Хочется эту картинку в жизни, хочется в жизни эту ситуацию и конкретно этого парня, чтобы проводить с ним ночи. Даже если утром нужно будет уходить. Даже если до того, как сам Чонгук проснется. Чимин проводит большим пальцем по головке члена и, зажмурившись, с дрожью кончает. Если честно, без особого удовольствия, с осадком на душе и осевшей на языке горечью. Он смотрит прямо в светлый потолок, в голове пусто и одна лишь тяжесть в висках привязывает его к реальности. Хочется напиться… И сдохнуть. Пак криво усмехается и вытаскивает из рюкзака, который висит под столом, пачку влажных салфеток, чтобы вытереться, выкидывает использованные в мусорное ведро и возвращает все свое внимание новой главе. Нужно отвлечь себя от этого… В конце концов, он просто жалок! Ладно. Дальше Чарли идет в уборную, чтобы освежиться и находит на полке в шкафчике заколку с цветком, его манга официально скатывается, а он лично ревет над этим, потому что жизнь ни его не жалует, ни его героя. Чимин цокает языком и захлопывается блокнот, отодвигая его в сторону. Ну почему так? Ну почему он стыдит и стыдится себя сам в своем же присутствии? Жалкое зрелище с претензией на драматичную историю, которая найдет отклик в сердцах многих. Лучше бы он все же в свое время отговорил себя от этой тупейшей идеей с мангой… Впрочем, он и не планировал, что она настолько затянется, он и не планировал, что остановится на Чонгуке. Он берет телефон с края стола и с тяжелым вздохом снимает блокировку. Нужно хоть как-нибудь провзаимодействовать с подписчиками, поотвечать на отзывы, пообщаться, они же не виноваты, что в жизни Чарли жалок, а Честер — мерзота (с точки зрения Чарли). Чимин жмет на иконку программы и тут же звереет, когда видит оповещение от читателя с фотографией Чонгука.

Hasi: Я могу тебя утешить 17:08

Впрочем, некоторых Чонгуков не удерживают даже модели.