Дом с заколоченными окнами.

      Лионель готовился весьма тщательно – как, впрочем, и ко всему. Изучал информацию в интернете, что-то выписывал, и среди тонн словесного шлака находил крупицы истины. Он понял, что «темные»,как называл их Милле, не отстанут от Арно. Знаит, опасность ему угрожает даже в другом доме. А еще… Сложно было найти жилье. Снимать квартиру? И болтаться всю жизнь по съемным углам? Или прийти в жилищный департамент и заявить – мол, дайте нам квартиру, а то у нас в доме нечисть завелась. Они и поселят… в комнату с мягкими стенами и со святым Аланом или Ринальди по соседству. Так что Лионель решил извести этих… сущностей. Иногда скептицизм брал вверх, и Ли мысленно называл все свои изыскания бредом сумасшедшего. Но сразу перед глазами вставало заплаканное лицо Эмиля. Нет, так нельзя. Надо быть уверенным в том, что поступаешь правильно и не давать сомнениям брать вверх. «На свете есть много того, что кажется абсурдом, в то время, как сама жизнь в той или иной мере абсурд». Откуда цитата? Кажется, Вененн, или Дидерих. Эмиль каждый день звонил, рассказывал, как дела у малыша Арно. Иногда просил купить и привезти смесь и памперсы. Грустил, что их не выпускают из отделения на прогулки, и гулять можно лишь на балконе. И то недолго. - Арно так привык спать в парке в коляске… - Не грусти. Мы с тобой обязательно погуляем все втроем. Ты слышишь, Милле?

***

      Лионель решил провести обряд сам. Нашел в старой книге в библиотеке. Вот куда занесла судьба. И был несказанно доволен тем, что сумеет-таки избавить дом от «непрошенных жильцов». Может когда-то они и жили в нем, но сейчас им следует быть в Закате… или где-то там еще, и не тревожить покой живых. Главное в ритуале было то, что он не должен прерываться. «Вы можете слышать посторонние звуки, чей-то плач, мяуканье кошки, вой, даже царапанье в двери и окна, при том, что живете не на первом этаже. Не обращайте внимание и делайте то, что надо. Будет сложно – но «сущности» не сдадутся без боя. И лишь от Вас зависит выиграете Вы его или нет». Сердце билось тревожно, когда, приготовив все необходимое – а именно, веточки и ягоды рябины, сухую еловую хвою, свечи из церкви и тесты молитв, изгоняющих духов, Лионель вошел в комнату. На кровати все еще лежал крохотный чепчик Арно. И это отчего-то придало уверенности. «Вам, твари, не добраться до моего сына. Ни я, ни Эмиль не отдадим его вам. Горите в пламени Заката». Зажег четыре свечи, пристроил их на углах стола. Одновременно с этим поджег на тарелке хвою. И сел к столу. Он читал уже минут пятнадцать, как вдруг что-то позади него щелкнуло, раздался короткий треск… Усилием воли он заставил себя не обращать на это внимание. И продолжал читать вслух. Запахло паленым, дым стал заполнять квартиру. «Не дождетесь, гады…» Что могло загореться при всех выключенных приборах? Лионель и сам не знал. И не узнал. Едва закончив ритуал, он, задыхаясь и кашляя, стал пробираться к выходу. Пылала уже прихожая. Накинув куртку, он спустился вниз и позвонил в квартиру Луизы. - Пожар. Наш дом горит. Позвольте, я помогу вам вынести вашу дочь. Он вынес девочку и коляску. Цилла дрожала – не то от холода, не то от страха и поскуливала тоненько, как бездомный щенок. Луиза прижимала к себе сумочку с документами. Вдали послышался вой сирен. Ли взглянул вверх, там, где пламя вырывалось из окон его квартиры. Возвращаться в неё уже ни имело смысла.

***

- Граф Савиньяк, - кардинал Дорак был настроен весьма серьезно, - вы даже не представляете, до чего могла довести вас ваша самоуверенность и неумение обращаться за помощью. Ли пожал плечами. - Знаете, мне не в чем раскаиваться. Хорошо, что дали жилье семье Арамона. И оказали помощь в лечении девочки. - Ах да, конечно, - Квентин слегка смягчился, - полагаю, малышка поправит свое здоровье в санатории и забудет весь этот ужас. Но как себя чувствует ваш сын? - Пока они живут в семье Вейзелей. Юлианна и ее супруг души не чают в Арно, он заменил им внука. Ему уже почти четыре месяца. Лечение дало свои результаты, сердечко в порядке, и при регулярных обследованиях есть шанс, что к школьному возрасту все наладится и не потребуется оперативное вмешательство. - Дай-то Создатель. А что с вашей квартирой? - Заканчивается ремонт. Останется купить мебель, и можно будет забирать семью в свой дом. - Я рад за вас. И пожалуйста, старайтесь не рисковать собой без нужды. Вы нужны Талигу, мне… и вашим родным и близким. - Им я нужен больше, чем кому бы то ни было. Лионель вернулся к Вейзелям. Теперь он старался как можно больше времени проводить с Эмилем и Арно. Милле встретил его в прихожей, они только что вернулись с прогулки. - Наконец-то мы гуляем в свое удовольствие. И скоро весна… Ты только подумай, Ли! Пока еще везде лежит снег, но он растает, запоют птицы, и расцветут деревья. - И мы будем гулять в парке… Там, возле нашего дома есть прекрасный парк. - Молодые люди, - в прихожую вышла Юлианна, - дайте-ка мне ребенка, я раздену его. А еще хочу сказать, что через два дня у меня полноправный выходной. Можете съездить за всем необходимым, я посижу с Олененком. Арно охотно пошел к ней. У него уже резались зубки, и он грыз свои кулачки и все, что подвернется под руку. И радостным агуканьем встречал тех, кого очень любит.       На этом можно было бы закончить историю. Но вдруг позвонил Бертрам и потребовал у Лионеля денег… за ту, «подаренную» квартиру. Мол, Марселю грозит лишение свободы за какие-то махинации. И очень возмутился, когда Лионель четко послал его и Марселя к раттонам.