Януш и его борьба

«Януш, сын мой, когда-нибудь ты поймешь, что беспомощность – это та цена, которую мы платим за наш прекрасный чистый разум.» - эта фраза была последними словами матери Януша Гелиантуса Второго, последнего из рода разумных муравьев. Вся его семья, родители, двенадцать братьев и сестер, все погибли, утонув в луже бензина. Януш отчетливо слышал их отчаянные крики о помощи, пока они сгорали и задыхались в злосчастной маслянистой жидкости. Эту боль он пронес через года и сохранил в памяти фразу, сказанную его любимой матушкой, когда та была в предсмертной агонии. Януш чувствовал, как расходятся по его нервным узлам мрачные мысли и сам был не в силах их остановить. Он остался один на один с безумным жестоким миром, в котором правят люди, невежественные существа, убивающие все живое на своем пути. Как-то раз летом Януш увидел, как человеческий ребенок раздавил муравейник, одним движением убив миллионы муравьев. Хотя Януш Гелиантус Второй и не соотносил себя с этими бездумными коллективными труженниками и никогда не идентифицировал себя как муравья, ему это показалось диким и отвратительным. Люди лишены эмпатии к кому-то, помимо своего биологического вида и смеют мнить себя царями природы. Солнце, как всегда восходило на востоке утром жаркого июльского дня, когда Януш набрел на конюшню у замка печально известного графа Веносиуса. В то время, Януш все еще не оправился от психологической травмы и пребывал в глубокой депрессии, поэтому то, что в конюшне живет всего один конь и нет конюхов, не показалось ему странным и он спокойно вошел и телпатически поздоровался с конем. Каково было удивление Януша, когда конь ответил ему тем же. Надежда на то, что кроме разумных муравьев, бывают и другие разумные виды, загорелась в душе Януша ярким лучиком и согрела его тело приятной теплотой. А может быть это просто солнечный ультрафиолет сжигал его заживо, а Януш был и не против в силу своего упаднического настроя. Оказалось, что коня зовут Карлос и он живет здесь уже многие годы. Он рассказал Гелиантусу Второму, что граф Веносиус на самом деле не совсем человек, а совершенно иной вид разумной формы жизни, которую люди с опаской и презрением называют вампирами. Вампиры убивают людей с целью выпить их кровь, а сами живут вечно и не стареют. Днем граф не выходил из замка, а ночью шел в деревню, надевая поношенный спортивный костюм, чтобы сойти за алкоголика Афанасия, который по ночам пугал деревенских жителей, заглядывая в окна и иногда читая стихи голосом Сергея Есенина. Никто никогда не мог различить, кто же идет по темной улице, граф или Афанасий, но все боялись и ничего не делали. Так, на всякий случай. - Януш, знаешь ли ты в какой стране мы живем? Какой сейчас год на дворе? – спросил конь Карлос у своего нового друга-муравья. - Не знаю, Карлос. – задумчиво протянул Януш и посмотрел в небо, будто вспоминая далекое прошлое. – Когда-то я с семьей жил в доме человека, называвшего себя фараоном, богом на земле. Тогда я был слишком юн, чтобы понять зачем, но боги приходили к моим родителям и спрашивали, какой сейчас год по человеческой мерке и как люди называют свой мир. Сейчас я думаю, что почему-то мы должны были наблюдать за этими необразованными существами и докладывать богам положение дел. - Какая интересная история, Януш. Я никогда не встречался с богами, думал, что их выдумали, как и единорогов. - Я и единорогов встречал, очень милую супружескую пару. Они сказали мне, что мир слишком грязен для их вида и поэтому они решили не размножаться и покончить с жизнью самоубийством, напившись отравы на следующий високосный год. - Так ты понял, что же такое год, Януш? - Это промежуток времени. Считать их я не вижу смысла. Все равно этот отсчет только приближает нас к неминуемой смерти. Карлос мысленно согласился с точкой зрения Януша. И есть ли смысл искать смысл в этой череде бессмыслицы? Листья на деревьях начали желтеть, краснеть и вянуть. Холодная зябкая осень подобралась слишком близко и окутала серым туманом все окрестности замка. Пора смерти, когда вся нечисть вылезет наружу ничуть не радовала Януша. Из могил начинали подниматься мертвые души, а русалки принимались петь песни, завлекающие деревенских мужиков в водоемы. Афанасий все также ходил по деревне, но уже днем. Под плотной завесой тумана, тихо нашептывая стихи, он вошел в конюшню и дрожащей рукой протянул Карлосу горсть сушеных грибов. - Поешь, любимая моя лошадка, тебе станет легче. – монотонно бубнил Афанасий, гладя Карлоса по гриве. Афанасию было всего сорок лет, а выглядел он на все шестьдесят и обладал характерной сединой и глубокими морщинами на лице, поэтому старый дряхлый конь Карлос был для него своеобразным воплощением собственной души в живой природе. Афанасий любил Карлоса всем сердцем и всегда ставил на его победу на скачках до тех пор, пока Карлос не повредил ногу и не осел на долгое время в пустой сырой конюшне, покрытой вековым слоем пыли и паутины. Из-за привязанности к коню, Афанасий сильно загрустил и пребывал в состоянии полнейшей апатии. Тогда в деревню приехала индийская делегация на слонах, один из которых своей многотонной нижней конечностью передавил все ребра Афанасию, мирно лежащему на бренной земле. Он размышлял о смысле бытия и вкушал аромат привезенных издалека индийских пряностей, а в итоге был не только духовно, но и физически раздавлен огромным слоном. После этого случая Афанасий спился и снискал в деревне и среди индийцев дурную славу. - Жизнь несправедлива. – с тоской в голосе произнес Афанасий, смотря на то, как Карлос жует галюценогенные грибы из проклятого леса. – И нет в ней никакого смысла. Януш проснулся от того, что почуял как начинают гнить осенние листья в навозе Карлоса, а затем обратил внимание на спину Афанасия, медленно выходящего из конюшни. Он оставил после себя только грибы в желудке Карлоса и запах этилового спирта. Истинно великий человек, который хоть и не создает ничего нового, настолько аморфен и беспомощен, что не может разрушить ничего старого. - Януш, меня кажется сейчас унесет, я вижу ангелов. – телепатически передал Карлос послание своему другу-муравью. – Они танцуют макарену и зовут меня лепить пельмени из лемуров на выживание. - Ты же никогда в жизни не видел лемуров, Карлос, это все грибы. – мысленно пробормотал еще сонный Януш. - Януш, почему ты превратился в подсолнух? Ты древнее зло. – подумал Карлос и тут же начал петь в своей голове на чистом испанском. - Aquí se queda la clara, la entrañable transparencia, de tu querida presencia, comandante Che Guevara. Януш понял, что с этим конем бесполезно разговаривать, ведь грибы разрушили его лошадиный мозг. Делать на конюшне было нечего, а пауки, надышавшись спиртом, начали бросать недобрые взоры на муравьиную тушку Януша, поэтому он по-тихому смылся из этого злачного места на улицу. От нечего делать, Януш начал бесцельно ползать по окрестностям замка. И взбираясь по стене конюшни на крышу, он услышал сдавленный человеческий крик о помощи, как будто там наверху плакал ребенок. Это напомнило Янушу о том моменте, когда он потерял семью. Они также кричали и звали на помощь, но ни одна живая душа, кроме самого Гелиантуса Второго, их не услышала. Беспомощность, разывающая изнутри девочку, что пищала во весь голос «помогите» была очень знакома Янушу. Он решил во чтобы то ни стало выяснить кому принадлежит эта отчаянная просьба о помощи и с удвоенной силой пополз по стене. Сидя на крыше конюшни, он увидел окно с решетками в одной из каменных башен, из которого на него смотрела прекрасная белокурая принцесса с голубыми глазами, по ее милому лицу ручьем лились слезы, а ее тонкие пальцы плотно обвивали оконную решетку. Принцессе быле на вид всего лет двенадцать по человеческим меркам и она явно страдала от того, что томилась в заперти в этом ужасном замке. Януш не простил бы себя, если бы позволил кому-то еще погибнуть прямо у него на глазах, и поклялся спасти принцессу любой ценой. В этот раз Януш Гелиантус Второй был настроен очень серьезно и решительно и был готов к любой борьбе во имя справедливости.