Личный бог Итадори Юджи

      Как давно это началось? Юджи и сам не знает ответа на этот вопрос. Осознание приходило постепенно. Когда для него все стало ясно, мальчику пришлось пройти все стадии принятия. Сукуна, конечно же, был недоволен выбором своего сосуда, но Итадори это мало волновало. Его любовь к Годжо Сатору была необъятной. Он любил искренне, так сильно, как только мог. При виде учителя у Юджи сковывало дыхание, а когда тот в очередной раз нарушал личное пространство, то сердце и вовсе останавливалось. Годжо Сатору был особенным. «Сильнейший» - это заставляло всех восхищаться и бояться одновременно. Его походка, манера говорить, высокий рост - все это просто завораживало. А когда Юджи увидел глаза Сатору, то забыл, как дышать. «Океан ни в какое сравнение не идёт с цветом этих глаз» - так он подумал. Инфантильный, сильный, беззаботный Годжо-сенсей делил внутри Юджи место рядом с Сукуной. Сердце мальчика полностью было отдано в руки мужчины.       С каждым днём все труднее было сдерживать свои чувства. Спустя долгое время сомнений, не без грозных криков Сукуны, что его тупой сосуд уже заебал, аж мозги кипят, Юджи решил признаться. Но на трезвую сделать этого не решился, так что каким-то непонятным никому образом, купил виски. Зайдя в свою комнату, он начал пить. Когда половина бутылки была уже позади, Юджи отправил сообщение объекту своего воздыхания: «Годжо-сенсей, могу я к вам зайти через 30 минут?» Годжо-сенсей ❤️: «Конечно, заходи»       Мальчик сильно волновался. Оставив на утро пару глотков оставшегося виски, он встал с кровати. Ну, как встал, почти что упал. В голове раздался злобный смех Сукуны - представление, что его ждёт, доставит королю проклятий долгожданное веселье. Кое-как доковыляв до верхнего этажа, Юджи постучал в дверь и, не дожидаясь ответа, зашёл внутрь. Он сел на диван и начал махать рукой, как бы говоря «иди сюда». Годжо со своей фирменной улыбкой сел напротив своего ученика и спросил: - Что привело тебя ко мне, Юджи-кун? - Эээ... Сенсей, я... Ик, — язык Итадори заплетался. - О мой бог, ты что, пьян? Ахаха, — Сатору был очень удивлён, — что же заставило тебя так наклюкаться, мой дорогой ученик? - Годжо-сенссс... Яяя, эмм... Давно хотел сказать, что... Эм... Ик. - Дрочит он на тебя, короче, — рот Сукуны появился на лбу. Шаман со всей силы стукнул себя по лбу, заливаясь краской. - Что? — Годжо от удивления не знал, что ответить. Он решил послушать ответ самого мальчика, — что ты хотел сказать, Итадори-кун? - Я... Я люблю вас, Годжо-сенсей! — собрав остатки своего разума, выпалил Юджи. Годжо охуел. Это же то «люблю», про которое он подумал? Да, скорее всего, иначе не стал бы его ученик напиваться в стельку, чтобы просто выразить уважение и любовь к своему прекрасному учителю. - Нуу, Юджи-кун, неожиданно, неожиданно. Что ж, я думаю... Сатору не успел договорить. Его губы накрыли чужие. Мальчик целовал нежно, с любовью. Во рту стал ощутим горький вкус виски, но это был такой детский поцелуй, что Годжо хотелось улыбнуться. Однако ситуация перестала быть шуточной. - Итадори, послушай меня. Ну, насколько ты вообще сейчас можешь нормально соображать, — начал Сатору. У шамана замерло сердце. Никогда он ещё не слышал настолько серьезный тон учителя. - Ты же прекрасно понимаешь, что я старше тебя, я твой учитель, в конце концов. Так что извини, но обдумай все и пойми, что ты просто запутался. На глазах Итадори выступили слёзы. Он думал, что был готов к отказу. Но реальность оказалась больнее. Юджи выбежал из комнаты, ничего не ответив Годжо. «Мдаа, ну дела...» - подумал беловолосый. Он никогда не порицал отношения между людьми своего пола, но тот факт, что Итадори - его ученик, стал решающим. Да и Сатору никогда не думал в таком плане про него. «Ну, пострадает недельку и придёт в норму». Но шаман ошибся.       Прошёл месяц. Фальшивая улыбка Юджи поселилась на его лице. Опухшие глаза были вишенкой на торте. Внимательный Фушигуро в первые же дни заметил состояние друга, но получил в ответ лишь сухое «все хорошо». Кугисаки тоже волновалась за Юджи, но он молчал. Сатору не винил себя, ведь чувства Итадори — лишь его проблема, но смотря на глаза, в которых больше не пылал огонь, понимал, что сказанная им фраза «ты просто запутался» - была ошибкой. Он понял, что мальчик любит его, и любит сильно. Юджи избегал его, когда они оставались наедине, прекратил индивидуальные тренировки со своим учителем, разговаривал только по делу и никогда не поднимал взгляд.       После очередной миссии Юджи, не поужинав, ушёл в свою комнату. Нобара и Мегуми проводили его сочувственным взглядом, ведь это все, что они могли сделать. Итадори лёг на кровать. Он снова смотрел в потолок, ни о чем не думая - это стало его традицией. - Ты, тупой пацан, сколько ещё собираешься страдать по этому уебану? — рот Сукуны появился на щеке. - Не знаю, — сухо ответил Юджи, — пока не перестанет быть плохо. - Ну давай поменяемся, пойду надеру зад твоему ненаглядному Сатору. Складывалось впечатление, что король проклятий настолько заебался, что начал уже поддерживать свой сосуд. - Делай, что хочешь, Сукуна, — также сухо ответил Юджи. Ну, ответ получен, хотя Рёмен и так бы сделал это, кто он такой, в конце концов, чтобы ему давали разрешение? Появились чёрные узоры, и от шамана в комнате не осталось и следа. Зато кто-то резко появился за спиной у Годжо. Тот, в свою очередь, быстро среагировал и отошёл на расстояние. - О, Сукуна, а ты что тут делаешь? Убить меня решил, воспользовавшись слабым состоянием Юджи-куна? — с ухмылкой на лице сказал Сатору. - Да если бы, блять. Это я оставлю на потом, — он сел на диван и вальяжно развалился на нем, — этот пацан у меня уже в горле сидит, заебал со своими страданиями по тебе, уебану. Сделай что-нибудь, — он закатил глаза. «О, настолько все плохо, что аж Сукуна пришёл поговорить?» - промелькнуло у Годжо. - Ну, что я могу сделать? — шаман развёл руками, — пострадает и забудет. Мне, конечно, грустно на это смотреть, но... - Не шути со мной, щенок, — рука Сукуны уже держала горло шамана, — я сказал, чтобы ты сделал с этим что-то, я же вижу, что ты пиздишь, — губы изогнулись в страшной улыбке. Годжо охуел снова. В смысле пиздит? Что он имеет ввиду? - Ладно-ладно, разберусь я с этим, — закатив глаза, ответил Сатору. - Так-то лучше, — Сукуна убрал руку. Он исчез из комнаты также быстро, как и появился. А Годжо так и остался стоять и думать о словах, сказанных Двуликим.       Прошло ещё время. После инцидента, произошедшего на обмене школ, все были вымотаны. Ученики сидели в гостиной и о чём-то разговаривали. Тут резко открылась дверь и послышался так ненавистный голос для многих, и такой любимый для Юджи: - Хей-хей-хей, чего скучаем? — Годжо улыбался во все 32, — у меня тут для вас сюрприз! Годжо осмотрел комнату, все были определенно ему не рады, только пара человек выглядели заинтересованными. - Лучший учитель во всем мире устраивает вам вечеринку! Похлопаем великому мне! — Сатору радостно начал себе аплодировать. Его поддержала только Мива. После небольших приготовлений, все было готово. К вечеру в гостиной собрались все ученики и учителя, которых Годжо уломал прийти. Многие уже повеселели, но вот Юджи так и остался равнодушным. Тем более, на сегодняшний вечер у него уже были планы.       Итадори мыл руки в туалете. Наверное, минут 5 точно. Как всегда залип. Дверь открылась, и зашёл Камо. Камо Норитоши, сильный шаман крови, который что-то увлечённо говорил Юджи во время бейсбольного матча. - Итадори-кун, почему ты такой грустный? — почти равнодушно спросил шаман. - Не твоё дело, — также равнодушно ответил Юджи. - О, как грубо, — Камо начал медленно приближаться, — знаешь, я начал уважать тебя после инцидента. Но вот незадача - отмена твоей казни не нравится никому из верхушки. - И что с того? — Юджи все также оставался равнодушен, смотря в глаза шаману. На лице Камо появилась недобрая улыбка. - Поскольку я наследник своего клана, то мое слово будет иметь вес. Как насчёт такого - сегодняшнюю ночь мы проводим вдвоём, а после я замолвлю за тебя словечко перед старейшинами? - А ты оказывается не такой весь праведный, каким пытаешься казаться. И ты ошибся. Как будто меня волнует моя см... — начал Итадори, но голос в голове его перебил. - Послушай, пацан, — серьезным тоном начал Сукуна, — у тебя есть отличный шанс убить двух зайцев разом. Поебешься и поймёшь, что чувства меркнут на фоне того удовольствия, которое ты получаешь от ебли. Хватит уже страдать. А действительно, почему нет? Может, Сукуна прав, и вся боль начнёт потихоньку уходить, если начать забываться и получать удовольствие? - А знаешь, что, Камо? Я согласен, — уверенно начал Юджи, — вечеринка начинается в 8, так что в это же время жду тебя в своей комнате. - Отлично, — на ухо сказал Камо и сжал рукой ягодицу Итадори, — тогда до встречи. И вот, Юджи слышит стук в дверь. Кто будет снизу - долго думать не пришлось, поэтому он, как смог, подготовил себя. Камо зашел в комнату и закрыл дверь, приблизился к Итадори, положил его на кровать и поцеловал. Настойчиво, грубо, проникая языком внутрь. На лице розоволосого появился небольшой румянец. Камо начал расстегивать пуговицы на одежде Юджи, а другой рукой - стягивать штаны. Шаман действовал одновременно и грубо, и нежно - это начинало сводить парня под ним с ума. Норитоши начал целовать тело Итадори, обсасывал соски, а рукой стянул оставшиеся боксеры и начал водить рукой по его стволу. Послышался возбужденный стон. Камо отдалился, чтобы получше насладиться этой картиной, но ему не дали этого сделать - Юджи втянул его в грубый поцелуй. Шаман крови положил свои пальцы в рот мальчика под ним, но тот сразу же их вытащил. - Я уже подготовился, так что давай. Возбужденный голос Итадори и те слова, что он сказал, заставили Камо немедленно поставить к узкому отверстию головку члена. Он вошёл и готов был уже кончить. Было так узко и до одури хорошо. Юджи было больно, но он знал, что это чувство скоро заменится другим. - Так я у тебя первый? — на лице шамана появилась хищная ухмылка. - Юджииии-куууун, тебя все ждут... — радостно начал человек, резко открывший дверь. Но улыбка моментально исчезла с его лица. Годжо оцепенел.       Сатору ненавидел всего три вещи: консервативных стариков, сидящих у власти, несладкий кофе и когда кто-то посягал на то, что принадлежит ему. В первом случае он испытывал сильную злость, во втором - разочарование. Чувство, испытываемое в третьем случае, было им давно позабыто. Но сейчас, кажется, Сатору начал вспоминать. Ярость, страх, непонимание, обида - все эмоции смешались и били в голову беловолосому. Повязка слетела с его глаз. - Эй, ты. Встал и вышел. Быстро, — взгляд, который был направлен на Камо, мог убить. В прямом смысле этого слова. - Ой-ой, какая неловкая ситуация получилась, — Норитоши вышел из тела Юджи, — Годжо-сенсей, вы как-то не вовремя, самое интересное должно было быть дальше. - Закрой рот, пока я тебя не убил, — тон, с которым это было сказано, говорил о том, что беловолосый не шутит. - Ухожу, ухожу, — якобы испуганно проговорил Камо, — как-нибудь продолжим, Итадори-кун. - Ага, увидимся. Как у Сатору хватило выдержки не убить на месте ученика из Киото, никто не знает. Он подошёл к лежащему на кровати Юджи, который безэмоционально смотрел ему прямо в глаза. - Может, ты объяснишься? — злость внутри Годжо не утихала. Итадори начал одеваться. При взгляде на его стояк, Годжо сглотнул. - Зачем мне объясняться перед вами? — без заинтересованности в голосе спросил Итадори. - В смысле зачем? Любишь меня, а спишь с другим? — казалось, что Сатору просто подменили. - А вам-то какая разница? О, терпению Годжо пришёл конец. Он схватил рукой лицо Юджи и заставил посмотреть ему прямо в глаза. - Я сейчас прямо здесь отымею тебя так, что ходить несколько дней не сможешь. Отвечай - ты меня все ещё любишь? Итадори за все это время принял боль как данное, поэтому вопросы сенсея только слегка заставили его сердце дрогнуть. Он лишь монотонно продолжал: - Мне нет смысла отвечать вам на эти вопросы, Годжо-сенсей. Зачем вы выставляете это сейчас так, будто ревнуете? Вам весело играться со мной? - Да кто ревнует? Я!.. Я?.. Он не смог продолжить. А Юджи и не стал ждать - просто взял и ушёл, оставив Сатору одного.       Дежавю. Он снова стоит один в комнате и думает о том, что наговорил. Сукуна его убьёт, правда, не сможет, но попытается точно. Когда Годжо так злился последний раз? Ревнует? Юджи? Своего ученика, которому сам же отказал? В голове все перемешалось. Ему определенно придётся все хорошенько обдумать, прежде чем серьезно поговорить с учеником, ведь от глаз Сатору ничего не скроется - Итадори все ещё любит его. Но то, что он увидел, то, что первым был не он, надолго засядет в памяти и будет иметь серьёзные последствия. Дурная привычка Годжо - его эгоистичные желания и действия, поэтому он не стал учитывать тот факт, что Юджи уже мог не хотеть этой любви.       Прошла неделя. Сатору разобрался в себе и сделал вывод: ему определенно нравится Итадори, он стал ебаным педофилом, но поскольку следует только своим правилам и принципам, и ничьим другим, то почти сразу же забил на это, также он безумно хочет трахнуть своего ученика и сделать его только своим. Может быть, нашлась одна единственная слабость сильнейшего шамана - он плох в любви. Его отношения заканчивались перепихоном на одну ночь, так что опыта для построения нормальных отношений у него не хватало. Импровизация — главный друг Сатору, на неё он рассчитывал и в этот раз.       Юджи лежал в своей комнате, пропуская тренировку, под предлогом плохого самочувствия третий день подряд, и думал о том, что случилось недавно. Злой Годжо-сенсей - это что-то новенькое. Да и прелюдия с Камо были ничего так. Только вот растерянный вид учителя после вопроса про ревность засел в памяти мальчика. Неужели он и правда ревновал? Но почему? А если это всё-таки была его игра? Тогда она уж слишком жестокая. Вопросы мучали розоволосого, и он продолжил бы мучать себя ими и заодно Сукуну, но ему помешало сообщение: Годжо-сенсей 💔: «Юджи-кун, зайдёшь сегодня ко мне вечером?» Сердце пропустило удар. «Нет, плохо себя чувствую» Больше сообщений не поступало. Юджи даже думать не хотел, что от него понадобилось учителю, а вот Сукуна как раз-таки всё понял. Ближе к ночи, когда его сосуд начал засыпать, он поменялся с ним местами и пошёл к Сатору. - Эй, уебок, — снова вальяжно рассевшись на диване, он продолжил, — если ты сейчас что-то испортишь, я выебу вас обоих. Я уже так заебался, ещё и прогнулся под его нытьё. - Боюсь-боюсь, — с привычной улыбкой ответил Годжо, — но спасибо. Итадори открыл глаза и удивился. Перед ним на корточках сидел Годжо-сенсей, его выжидающий взгляд чувствовался даже через повязку. - Доброе утро, Юджи-кун, — беззаботно поздоровался Сатору, — мне тут Сукуна тебя принёс, не против? - Против, я ухожу. Но не успел шаман сделать и пару шагов, как его руку поймали и притянули в объятия. - Итадори, послушай меня. Я многое обдумал и понял, что ты мне нравишься. Юджи не хотел ничего слышать, пытался выбраться из объятий, но кольцо рук сжалось только сильнее, а затем он почувствовал на своей макушке голову учителя. Было приятно и тепло, но он старался об этом не думать. - Я не верю вам, Годжо-сенсей. Вы заставили меня страдать, но я понимаю, что это только моя проблема, поэтому и не беспокоил вас. Вы сами мне отказали, а сейчас говорите такое? - Ну я же говорю, многое изменилось, Юджи-куууун. - Изменилось что-то у вас, а не у меня, — мальчик всё-таки расцепил руки, обнимающие его, поднял голову и посмотрел прямо в глаза, скрытые под повязкой, — вы не подумали о том, хочу ли я всего этого теперь. - Юджи, ты готов дать мне шанс? — Сатору снял свою повязку и посмотрел мальчику прямо в глаза. Итадори стоял и пытался понять реально ли то, что сейчас происходит. - Я... Я не знаю, что вам ответить. Делайте, что хотите. Подросток начал уходить и, когда он открыл дверь, перед ним появился Сатору. Он смотрел на него сверху вниз, как смотрит всегда, но сейчас что-то было по-другому, Юджи точно это знал. Мужчина нагнулся и поцеловал ученика. Он медленно приоткрыл его рот, и их языки сплелись. Это было настолько чувственно, что Итадори хотел остаться в этом моменте навсегда, согласиться на все, отдаться любимому, но нельзя.       Среди, казалось бы, наполненного только болью и тьмой сердца, появился давно забытый лучик надежды и света. На следующий день, зайдя впервые за долгое время на кухню, Итадори увидел ребят и Годжо-сенсея, сидящих за одним столом. Он так скучал по этому. Улыбка невольно появилась на его лице. - Доброе утро. - Ооо, посмотрите-ка, и года не прошло, как ты пришёл с нами позавтракать, — обиженно заявила Кугисаки. - Садись давай, — Мегуми показал на стул рядом с собой. Шаман подошёл к столу и уже хотел сесть рядом с Фушигуро, как его резко отдёрнули и посадили на другой стул. Юджи, опомнившись, поднял голову и охуел - Годжо-сенсей сжирал его глазами, которые были видны из-под очков, безмолвно говоря одним взглядом «только попробуй сесть с ним», мило улыбаясь. Мегуми и Нобара охуели не меньше, но не придали этому особое значение.       С этого дня начались странности. То Сатору как-то прикоснется к Юджи не так, как раньше, то поделится сладостями и кофе, то назовёт как-то мило, то сверлит взглядом, в общем, после долгих попыток понять поведение учителя, шаман решил спросить ответ у Сукуны. - Ты, что, совсем тупой? Он же пытается яйца свои к тебе подкатить, как за невинной, блять, девицей бегает, аж блевать тянет, что я в таком дерьме участвую. И тут до Юджи дошло. Сердце забилось быстрее, а в глазах, спустя долгое время, появился слабенький огонёк. С каждым днём он все больше разгорался. Мегуми с Нобарой наконец-то выдохнули спокойно, а Годжо, по-новому взглянув на ученика, чувствовал трепет в груди. Пришло время действовать. Годжо-сенсей ❤️: «Юджи-кун, как тебе идея посидеть завтра вечером в кафе? Можешь считать это свиданием с самым лучшим мужчиной на планете 😉» Сердце Юджи привычно пропустило удар. Он стоял минут 5, прижимая телефон к себе и улыбаясь, как дурак. Сукуна в голове орал, как мог. Ну, его тоже можно понять.       На следующий день, ближе к вечеру, Итадори начал собираться. Минут 30 он выбирал, что надеть, и в итоге остановился на розовом худи с джинсами. Облился он парфюмом будь здоров, аж Двуликий начал кашлять. Подходя к любимому кафе Годжо, где и была назначена встреча, шаман сильно волновался. Сделав глубокий вдох, он вошёл внутрь. Найти Сатору не было проблемой, проблемой были девушки, окружающие его с двух сторон. Юджи замер, в голове закопошились тараканы, но из депрессивных мыслей его выдернул такой родной голос: - Хей, Итадори-кун, я здесь! — сенсей радостно махал руками, подзывая парня к себе. Мальчик немного помялся и подошёл к столику. - Девушки, рад был с вами пообщаться, но сейчас я занят, так что приятно провести вам вечер, — голос Сатору был приторным. - Может, вы дадите нам свой номер? — кокетливо спросила одна из девушек, высокая и пышногрудая. - Извините, дамы, но мое сердце уже занято. После этой фразы взгляд мужчины переместился на Итадори. Мальчик покраснел, аки мак. Девушки извинились и быстро ушли, а Юджи в это время рассматривал, нет, в открытую пялился на своего учителя. Чёрная кофта оверсайз, открывающая ключицы, брюки, не прикрывающие худые щиколотки, туфли, чёрные очки, опущенные на нос, которые открывали взору бездонно голубые глаза. В общем, выглядел Сатору как бог, коим и являлся для Юджи. - Что, Юджи-кун, не можешь налюбоваться своим прекрасным учителем? — хитро сощурившись, спросил Сатору. - Д-да... — только и смог выдавить из себя Итадори. Они посидели в кафе пару часов, разговаривая о молодости Годжо, детстве Юджи, пообсуждали ненавистных стариков с верхушки, Сукуну, который, услышав, что его обсуждают, вылез и спросил не охуели ли они, и многое другое.       Выйдя из кафе, Годжо взял Итадори за руку и повёл в темный переулок. Он прижал его к стенке, потираясь своим пахом о пах мальчика, и поцеловал его. Целовал жадно, со страстью, покусывая губы. - Г-годжо-с-сенсей, — отдышавшись, проговорил Юджи, — нас может кто-нибудь увидеть... - Без проблем, — легко ответил учитель. Через пару секунд они уже были в комнате Сатору. Мужчина посадил Юджи на кровать, а сам расставил руки по обе стороны от него и, наклоняясь к уху, сказал: - Юджи, не хочешь отсосать мне? Бархатный и охрипший от наступающего возбуждения голос, дыхание, опаляющее ухо, сводили Итадори с ума. Он залез под кофту к Годжо, едва касаясь, провёл пальцами по прессу, невесомо поцеловал и, расстегнув ширинку, спустил штаны. Казалось, в комнате поднялась температура до 30 градусов точно. Юджи провёл рукой по выпирающему члену и услышал тихий стон. После этого крыша юного шамана улетела нахуй. Он быстро стащил боксеры, поцеловал головку и заглотил ствол наполовину. Годжо распахнул глаза, наружу вырвался ещё один стон. Горячие губы и дыхание заставили тело плавиться от ощущений. Пытаясь привыкнуть дышать через нос, Итадори начал плавно двигаться, постепенно заглатывая все глубже. Потом подключил ещё и руку, которая подстроилась под ритм, ускорявшийся с каждым толчком. Он услышал рык. Видимо, терпение Годжо потихоньку подходило к концу. И вот, член несколько раз коснулся глотки, на глазах Юджи выступили слезы, и он почувствовал, как тёплое семя заполняет его. Какого было удивление Сатору, когда Итадори все проглотил. Мужчина давно не испытывал такого наслаждения. Только вот сразу после этого в голове всплыла картина, как он застал трахающихся Юджи и, теперь уже четвёртую вещь, которую он ненавидит, а точнее человека, Камо. Ревность затуманила глаза. Сатору повалил мальчика на кровать, нависая над ним. - Юджи, скажи на милость, где это ты научился так отменно отсасывать? — в голосе слышались нотки гнева, а на губах была кривая улыбка. - Эмм... Ну... Я... — Юджи не мог так просто раскрыть этого, слишком уж стыдно ему было. Не успел Итадори опомниться, как с него быстрым движением сняли худи, затем джинсы, а потом и вообще руки оказались прижаты над головой грубо надавливающей рукой Годжо. - Отвечай на вопрос, Юджи, — терпение мужчины улетучивалось с огромной скоростью. - Я... Я не могу это сказать... — Итадори залился краской. - Не отводи взгляд, — от такого приказного тона по телу мальчика пробежалась приятная волна мурашек, — не тогда ли, когда я застукал тебя за сексом с этим Камо? М? - Что? Нет! Я не... Юджи запнулся. Он и так был в ахуе оттого, что сенсей сейчас прибывает в ярости, так еще и к нему в голову закралась потрясающе ужасная идея - поиграть с Годжо. - Ну, а что если и тогда? — с ухмылкой спросил Итадори. Глаза напротив опасно блеснули. Сатору приблизился к Юджи, смотря ему прямо в глаза, и сказал в губы: - Не играй со мной сейчас, Юджи. Это может обернуться тебе боком. Не успев проанализировать сказанное Годжо, Итадори резко распахнул глаза, потому что почувствовал, как рука мужчины легла на его член, нежно поглаживая. Сатору медленно снял боксеры и продолжил начатое. Но в тот же момент скорость повысилась, из Юджи вырвался стон, а потом рука снова замедлила движение. - Юджи, отвечай, я жду, — настойчивый и такой ревнивый голос заставил мальчика не поддаться стимуляции и продолжить игру. - Ну ладно, может не с Камо, а с другим... Но Итадори сразу же пожалел о своих словах - пытка началась вновь. Годжо водил по члену то быстро, то медленно, чередуя скорость, иногда зажимал ствол у основания, а иногда нежно проводил подушечкой большого пальца по уретре. - Г-Годжо-сенсей… Пожалуйста, дайте мне конч... Ах, мм, — это настолько приятно, что Итадори готов был расплакаться. Но движения резко остановились, потому что руку убрали. Теперь он был готов расплакаться от обиды. - Ответишь на вопрос, и я сделаю тебе намного приятнее. - Ладно, ладно! На Сукуне я тренировался, на Сукуне! Годжо охуел вновь. На ком, простите? - Я не ослышался, Юджи? Ты отсасывал королю проклятий снова и снова, пока не научился делать это так хорошо? - Д-да... — Итадори зажмурился, ему было невероятно стыдно. - О боже, — Годжо не знал, плакать ему или смеяться, восхищаться или злиться, — ты не перестаёшь меня удивлять. - Годжо-сенсей, мне, конечно, приятно, что вы так ревнуете, но могли бы вы не вспоминать об этом в такой момент? - Ты издеваешься, мой дорогой? Как я могу не думать об этом! Этот кусок дерьма, который Камо, забрал твою анальную девственность! — Годжо был серьезно возмущён и обижен. - Ну, теоретически, секс так и не состоялся из-за вас, так что это можно не считать лишением девственности, но фактически... Итадори не дали договорить. Его рот теперь был занят языком Сатору, который хозяйничал внутри. Поцелуй был нежным, но напористым, эмоциональным. - Ты прав, Юджи, — мило улыбнулся Годжо, — сейчас ты улетишь на 7 небо от ощущений, ведь как минимум, рядом с тобой нахожусь я! — радостно заявил он. - А вы все такой же... Ах! Губы Сатору поцеловали головку Юджи. Честно говоря, парень уже готов был кончить от этого, если бы не тренировки с Сукуной. Но об этой практике знать Годжо-сенсею не обязательно... Сатору спускался все ниже, целуя внутреннюю сторону бёдер, мошонку, периодически покусывая, пока не добрался до заветной дырочки. Он раздвинул шире ноги Юджи и положил их себе на плечи, пододвигая того ближе. Итадори задержал дыхание. Из его рта вырвался стон - горячий язык обвёл колечко мышц. - Юджи, ты знаешь, насколько сексуально стонешь? Годжо не врал - от таких звуков у него стал только тверже. А ещё он поклялся, что не допустит никогда в жизни, чтобы ещё хоть кто-нибудь услышал стоны его Юджи, будь то человек, или проклятье. Ну, Сукуна не в счёт из-за обстоятельств, однако насчёт их тренировок он потом обязательно поговорит со своим учеником.       Сатору был на грани, поэтому резко толкнулся внутрь Итадори языком, отчего тот снова протяжно застонал. «Ох, блять» - пронеслось в голове беловолосого. Он немного поднялся и поднёс пальцы ко рту Юджи, тот сразу же начал их облизывать и посасывать. Этот момент навсегда останется в памяти Годжо, только на это можно надрачивать целыми днями. Мужчина начал играться с сосками мальчика, трогать его везде, пока аккуратно вводил один палец. Юджи пробила дрожь, он начал ёрзать и насаживаться на палец. Тогда Сатору ввёл второй, ища нужную точку. - Аах, Годжо... Ах! — Юджи прогнулся в спине и кончил, изливаясь себе на живот. Все, теперь терпение Годжо как ветром сдуло. Он резко поднялся, снял с себя кофту, горячо поцеловал Итадори, приставил головку к узкому входу и, держась из последних сил, провёл ею по колечку мышц. - С-сатору... Пожалуйста, войди в меня, — Юджи задыхался от удовольствия, на его глазах уже были видны слёзы. Блять. Долго упрашивать мужчину не пришлось - он сразу же вогнал до конца член и остановился посмотреть на эту картину: Юджи, извивающийся под ним и весь дрожащий в предвкушении, тоненькая слюнка, стекающая из его рта, глаза, наполненные похотью. А потом Годжо посмотрел вниз. Теперь крыша уехала и у него.       Сатору начал двигаться медленно, постепенно набирая обороты. Затем он ускорился, переместив ноги Юджи себе на талию. Тот обвил его руками за шею и выкрикивал имя любимого, периодически кусая и оставляя засосы. А потом Итадори забыл, как дышать, - член коснулся комочка нервов, и мальчик кончил, пока Сатору продолжал долбиться в его тело. Громкие стоны обоих, хлюпанье и шлепки заполнили всю комнату. Глаза мальчика расширились ещё больше, хотя казалось, что больше уже некуда. Годжо поменял позу - теперь он лежал, а Юджи сидел сверху, насадившись на ствол до самого конца. Было настолько глубоко и хорошо, что розоволосый кончил ещё раз. - Юджи, сколько раз ты уже кончил? — игриво говорил сенсей, — три или четыре раза? А я вот ещё ни одного, — теперь его голос был огорченным, — сделай приятно своему учителю, подвигайся сам. Поскольку Итадори всегда был хорошим мальчиком, то он послушно исполнил желание Годжо. Он привстал так, что в нём осталась только головка, а затем медленно насадился на член целиком. Это была пытка для Сатору, определённо, самая настоящая пытка. Поэтому он переместил руки с талии Юджи на его задницу, сжал сильнее и быстро опустил Итадори, когда тот снова поднялся. Из глаз мальчика посыпались искры. Затем одна рука Годжо надавила ему на спину, и тот наклонился прямо к лицу мужчины. Они слились в поцелуе, заглушающим стоны обоих, пока Сатору продолжал яростно насаживать Юджи на член, входя и выходя полностью. Спустя какое-то время, они оба почувствовали, как скручивается узел внутри живота, и кончили одновременно, громко простонав.       Сил не было ни у кого, но Годжо всё-таки, собрав оставшуюся волю в кулак, протер их тела и улёгся обратно в кровать, прижимая к себе Юджи, сверху накрывая одеялом. - Юджи, ты же знаешь, что теперь будет? — с толикой таинственности спросил Сатору. - Что, Годжо-сенсей? — заинтересованно ждал продолжения мальчик. - Хей-хей, так не пойдёт, — Сатору приподнялся на локте, смотря Юджи в глаза, — только что ты так сладко называл меня по имени, а теперь снова «сенсей»? Никаких больше формальностей. Ах, да, самое главное, — он придвинулся ближе к мальчику, — теперь ты мой, — сказал он и мило улыбнулся. - То есть, теперь мы встречаемся? А ребятам будем рассказывать? Хотя, думаю, они и сами догадаются... - Я люблю тебя, Юджи. От такого резкого признания мальчик покраснел, как вареный рак, и уткнулся носом в грудь мужчины. - И я тебя... — только и смог выдавить шаман. Сукуна простонал в голове Юджи от осознания того, какие розовые сопли и какой скучный секс его ждёт в будущем.