touchable 2

— Он просто... — Да, — буркнул я. — В этом весь Тэхен. Он спас тебя... Теперь ты поможешь мне спасти его. — Я... конечно. — Кира поглядела на дверь. — Но зачем? — Зачем? — Зачем он это сделал? Вы могли меня просто сдать им и отправиться домой. — Тэ бы никогда так не поступил... Как и я! Я же сказал, в этом... — Весь он, — закончила мою фразу Кира, побледнев. — Ладно. Итак, что нам делать? — Мы перехватим их у выхода. — Я начал идти к двери, по ходу выискивая что-то, что можно использовать в качестве оружия. — Но откуда ты знаешь, куда они направились? Они могли пойти назад и выйти отсюда тем же путем, которым мы все сюда вошли. — Потому что Самсен знает, что я отправлюсь за Тэ. Он еще не закончил. Он обязательно пойдет туда, где я смогу его найти. Ему нравится играть со мной. — Так, выход для служащих в последней комнате. В главном зале. Мы недалеко, но они увидят наше приближение. Там всего одна дверь для входа и выхода. Это не сработает. Нам нужен элемент неожиданности — то малое, что у нас есть. Я задрал голову вверх. — О! У меня идея! — сказала Кира. — Как насчет воздуховодов? — Чего-чего? Она прошла через комнату и распахнула дверь рядом с той, в которую удалились Самсен с Тэ. — Над двумя комнатами. Мы можем залезть под потолок и добраться таким образом до главного зала. Хватит с меня этого места. Мы вошли в другое помещение. Другая комната, еще одна сценка. Здесь возле больничной койки стоял мужчина в длинном белом халате. Все это напомнило мне особенно ужасные сцены, свидетелем которых я стал, будучи еще ребенком. Шестерка со способностью превращать внутренние органы в жидкость. Ким протестировал ее на агенте. Я никогда не забуду те душераздирающие крики умирающего. Как и у доктора из моих воспоминаний, халат статуи был весь в крови. Он нависал над беспомощным пациентом, расставив ноги, уперев руки в бока, безумно улыбаясь. Зачем кому-то создавать подобные штуки? Тэ сказал, что люди посещают эти заведения ради развлечения. Я же не мог себе представить, как такие натуральные сцены насилия могут доставлять кому-то удовольствие. Дайте им провести всего день в ВИ, и тогда поглядим, понравится ли им посещать подобные места. Остальная часть комнаты была аналогичной. Красные пятна, выделяющиеся на фоне совершенно белых стен и пола, а в углу разрезанный пополам мужчина, внутренности которого вываливались, а сам он будто застыл в немом крике. Табличка на двери с другого конца комнаты гласила: «Госпиталь ужасов». — Думаю, в соседней комнате мы сможем подняться наверх, — сказала Кира и распахнула, как я надеялся, последнюю дверь. — В яблочко! — воскликнула она, бросаясь вперед и указывая на стену. В дальнем углу комнаты обнаружилась хлипкая на вид лестница, которая стояла под большой серебряной панелью с прорезями. Нижней половины не хватало, и верх оторвался от стены, несколько болтов болтались, готовые вот-вот упасть. Я подпрыгнул, оттолкнулся и ухватился за третью перекладину сверху. Если бы у меня получилось добраться до решетки, то, уверен, что смог бы выбраться наружу. Нескольких болтов не было, а те, что остались, на вид были ржавыми и старыми. Я стал подтягиваться, чтобы добраться до верхней перекладины, но та сломалась под моим весом. Древесина царапала пальцы, но мне удалось ухватиться за нижнюю часть, уперевшись подошвами ботинок в стену, чтобы удержаться. Как же мне нравятся эти ботинки. Как только я оказался в достаточно устойчивом положении, то осторожно снова потянулся к верхней перекладине. Мои пальцы слишком большие, чтобы пролезть через решетку, так что я не мог ее снять. Вторая попытка тоже не удалась. Я попытался подцепить решетку ногтями, чтобы снять её, но у меня была привычка грызть ногти. Если бы Тэ был здесь, то он бы сказал: «Ну вот, я же тебе говорил». — Найди что-нибудь, что можно спрятать в ботинок. Кусок деревяшки или трубы, — крикнул я Кире. Она вернулась через несколько секунд. — Лови. Что-то пролетело наверху, и я ухватил его, когда оно стало опускаться к земле. — Молоток? — У техников есть каморка в углу. Там полно всяких полезностей. Идеально. Я ударил по первому болту, и тот треснул, рассыпавшись на ржавые кусочки и труху. Я проделал то же самое со вторым (и последним) болтом, и тот вместе с решеткой с грохотом упал на пол. Потребовалось совершить несколько маневров, но мне удалось втиснуться в небольшое пространство. — Постой! — крикнула Кира снизу. — А как же я? — Ты можешь идти туда, используя свои способности, став невидимой. Когда покажется, что все чисто, входи. — И все? Когда покажется, что все чисто, входить? — Да, — сказал я, делая глубокий вдох. Тэ Тэ . Я должен сосредоточиться только на нем. Он был единственным, что удерживало меня от того, чтобы не сорваться с катушек из-за ограниченного пространства в воздуховоде. Мне не нравится ощущение ограниченности пространства. С этим связано слишком много дурных воспоминаний. После нескольких секунд в темноте я увидел впереди свет. Когда добрался до решетки, то смог разглядеть внизу Тэ, Самсена и агентов. Всего три агента плюс Самсен. Двое, одетых в обыкновенные костюмы, и один — в защитном. Тэ был прав. Я справлюсь. Он ждал, что я приду за ним, и я не собирался его подводить. Тот, что в защитном костюме взглянул на Тэ. — Предлагаю забрать сопляка и двигать. Девяносто восьмой наверняка будет где-то поблизости. У меня в груди полыхал гнев, а пальцы зудели. Руки Тэ за спиной (не сомневаюсь, что в наручниках), а ладонь агента сжимала его плечо. Он пнул стену, разочарованно встряхнув Тэ. К нему повернулся третий. Он был старше остальных агентов, и ему явно было неуютно. Руки так и ходили ходуном. Он непрерывно постукивал носком правого ботинка и постоянно поглядывал в сторону двери. Уверен, при первых же признаках опасности он даст деру и оставит остальных. По крайней мере, я на это надеялся. Тэ был тих, прежде чем на его губах заиграла озорная улыбка. — Вы, мальчики ВИ , не просто придурки, но еще и тупые, как пробки. Вы, что, всерьез думаете, что мы все вместе отсюда выйдем? Да ну нафиг?! Да скорее здесь единороги нарисуются собственной персоной... — Он вздернул с вызовом подбородок. — Ненавижу быть одним из таких , но мой парень всем вам задницы надерет. Тот, что постарше, стоял потрясенный, но его более молодой товарищ не был так сдержан. Он подался вперед, толкая Тэ. Он, пошатнувшись и пытаясь сохранить равновесие, удивленно вскрикнул. Но тщетно. Завалившись назад, он очень сильно ударился об пол, а агент в мгновение ока навис над ним. — Слушай сюда, сученыш... Я уже было приготовился выбить решетку и спрыгнуть вниз, но бывалый агент занес ногу и отпихнул другого в сторону. — Полегче, Роб. Ким будет долго и нудно иметь тебя, если мы доставим ему товар с повреждениями. Агент постарше наклонился и помог Тэ подняться на ноги. — Парень, ты в порядке? Он кивнул и выдержал его взгляд. Никакого страха. Вот он, мой мальчик . Я знал, что ему страшно (да кому бы ни было), но он не показывал этого. Он никогда не показывал свой страх. Даже во время драки в Самране, где агенты с резидентами окружили нас, он держался бесстрашно. Как-то ночью я спросил его об этом, когда мы сидели на улице и любовались звездами. Он назвал это своим Каменным лицом. Годы практики, благодаря которым он прячет себя настоящего от целого мира. Однако я смог разглядеть истинного его сквозь эту непроницаемую маску. Он сказал, что был очень этому рад. Когда я оглядывал обстановку из своего темного укрытия, то заметил небольшое подергивание пальцем. Он постукивал по запястью в такт песне в своей голове. Самсен вздохнул. — Ну, и где Девяносто восьмой? Он уже должен быть здесь, вам так не кажется? Агент помоложе, Роб, фыркнул: — Без понятия. Сам виноват. Он схватил Тэ за плечо и потащил её к Самсену. Самсен протянул руку и провел пальцем по его щеке, а мне пришлось прикусить язык, чтобы не закричать. Хотелось вырвать ему руку за то, что он его коснулся. — Разве Девяносто восьмой оставит тебя здесь гнить, а, красавец? Тэ не дергался и не пытался хоть как-то отодвинуться. Он держался прямо, не отводя взгляда от его груди. Если бы он мог, то смотрел бы ему в глаза. В другой ситуации я бы им гордился. Тэ был одним из самых сильных известных мне людей, но на этот раз это было скверно. Самсен воспринимает его как нечто, что можно сломать. Как вызов. А он жил ради таких вызовов. — Полагаю, ты ждешь от меня, что я попытаюсь контролировать тебя, — сказал он, обходя его. — Без сомнения, Девяносто восьмой рассказал тебе обо мне. Его голос был пропитан ехидством: — Что ты псих, который любит изображать из себя кукловода? Ага, кажется, я слышал такое. Он наклонил голову и хрустнул шейными позвонками. Этот звук отозвался болезненным спазмом моего желудка. Он постоянно это делал. Я ненавидел этот звук. — То, что ты любой ценой удерживаешь свои карие глазки от меня, не принесло бы тебе никакой пользы, если бы я действительно хотел бы поиграть с тобой в кукловода. — Он остановился и развел руками. — И я всегда получаю то, чего хочу. Поверь мне... А я хочу маленькой расплаты.