Эльфёнок

Яркое летнее солнце проникало в грандиозную спальню принца через большое окно. Стены отвечали солнцу переливом золота в узорах мозаики, а в конце комнаты тихо шуршал фонтан. Около него, слушая пение ручных птиц, сидел ОН. Высший эльф с длинными белоснежными волосами. Младший принц эльфийского королевства Неслинг. Его пустые, ничего не видящие глаза смотрели туда, где сквозь тьму слепоты лился свет солнца, пусть и слабый отголосок, но свет. Эта комната была его золотой клеткой, он не знал мира за её пределами, как и не знал силы своей красоты. Внезапно птицы смолкли, а пташка, что грела ладонь, с жалобным писком упорхнула. Двери спальни отворились. Принц только и успел обернуться, в его горло уткнулся клинок. -Кто вы? — кротко спросил эльф, от ощущения холодного металла, по его коже пробежалась дрожь. -Твоё королевство пало, юный принц, — с насмешкой ответил низкий голос, почти рыча. -Вы оборотень? — голос дрогнул, этому существу меч был не нужен, чтобы разорвать эльфа-омегу на части. -А по мне не видно? — высокий мужчина оскалился, по щеке прошёлся длинный острый коготь. -Я слеп, — ответил принц и поднял свои голубые, почти прозрачные глаза, в направлении голоса. -Какая потеря для такой мордашки. Пошли, может, вожак придумает, что с тобой делать. Оборотень крепко обхватил тонкое запястье и потянул принца за собой. Эльф послушно плёлся за альфой, но душа трепетала от страха. Вдруг его окутал шум множества голосов, все они принадлежали альфам, оборотням. Слышался восторженный свист и оханья, кто-то тронул его за плечо, кто-то потянул на себя подол его туники, принц в ужасе отскакивал в сторону, куда позволяла рука конвоира. -Какая прелесть. И где же они прятали такое сокровище? — раздался новый голос, от которого все остальные мгновенно замолкли. Он был несколько моложе других, но именно от него бросало в дрожь, эльф понял, это вожак. -Не обольщайся, Дрейк. Хоть и симпатичный, этот омега слеп, — предупредил конвоир и отпустил его руку. -Бедняжка, — вожак потянулся и тронул белый локон, спускавшийся к талии омеги. -Оставьте Элейн в покое! — раздался родной эльфийский говор. Старший брат, единственный, кто всегда приходил просто так и водил его на прогулки в сад, Сильф. -Брат?! Где ты? — теперь, когда руку не сжимали тиски чужой, эльф остался один в темноте, полной моря голосов. -Элейн! Я здесь! Пустите же! Элейн! — омега искал к брату путь, но лишь натыкался на всё новые руки, пытавшиеся его схватить. Голоса сводили с ума, не давая точно определить, откуда доносится крик Сильфа. Элейн в отчаянии закрыл уши руками, осел на пол и заплакал, не в силах больше терпеть эти муки. -Пожалуйста, молю вас, прекратите это… — взмолился он. -Нет! Отойди от него! Элейн, забудь обо мне и беги! - голос брата вмещал отчаяние и ярость, но всё ещё оставался далёк. -Ты хочешь, чтобы всё это закончилось? — голос вожака раздался совсем близко, щёку обожгло чужим дыханием. -Я сделаю всё, что угодно для этого, — зажмурившись ответил эльф, понимая, что собственными словами обрекает себя на рабство. -Тогда, я приду в твою спальню, - с придыханием произнёс оборотень. - Те, кого мы взяли в плен останутся живы и не тронуты, но ты будешь всецело принадлежать мне. Согласен? — от мягкого шёпота по телу пробегали мурашки. -Да, — всхлипнув, тихо ответил омега. -Вот и славненько, — оборотень довольно хлопнул в ладоши. — Ребят, всех пленников в темницу, а его в спальню. И пришлите ему слуг, пусть приоденут и заплетут, я хочу взять эту крепость при параде, — стая отозвалась громким смехом. -Нет, Элейн! Убегай! Не делай этого! — снова отдалённо раздался голос брата. -Можно мне подойти к брату? — Элейн ухватился за полы накидки вожака. -Подведите его к этому горлопану, пускай попрощаются, - кажется, сейчас, вожак согласится на что угодно, ведь в победе над эльфами только что он поставил точку. -Сильф, это ты? — омега неуверенно тронул черты лица. -Элейн, глупый, что же ты делаешь? — брат обнял его, под насмешливыми взглядами оборотней. -Я бесполезен, — печальная улыбка тронула уста. -Нет, - пред внутренним взором Сильфа стоял маленький беловолосый эльфёнок усердно изучающий мир. -Всю жизнь был для семьи обузой, — слёзы спускались по щекам. -Ни в коей мере, - каждый день они приходили к порогу его спальни и любовались им, он просто не замечал, насколько помогает семье сохранить силу духа, одним лишь своим присутствием. -Теперь у меня есть шанс пригодиться, чтобы спасти семью. Моя жизнь не имеет значения, - отчаявшийся и дрожащий в руках брата, он не поверит ни одному его слову. -Элейн, твоя жизнь всегда была и будет значима, ты мой братишка, как я могу согласиться отдать тебя за свою жизнь. Не делай этого, тебе нужно просто убежать. - Сильф усердно думает, как заставить его послушаться и сбежать из плена. -Я не могу, ты же понимаешь. Скажи, кто погиб? - Элейн и впрямь не слушает, мягко отстраняется и опускает глаза. -Наши родители и брат Иллар, Рон в плену, как и мы, - кажется и альфе не удержать слёз. -Сильф, придумай, как вам сбежать из темницы и забудь обо мне, - дрожь проходит, омега вытирает слёзы. -Нет, Элейн, это неправильно. - Сильф растерян, он ещё ничего не придумал, а брат, кажется, уже всё решил. -Прощай, братик. Я люблю тебя, — Элейн отошёл, дав понять, что они закончили. Сильфа снова скрутили, а омегу повели в спальню. По звуку фонтана Элейн понял, что находится в своей комнате. Он рухнул на кровать и заплакал в голос. Ему было страшно, безумно страшно. Он никогда не думал, что оборотни могут напасть и полностью разгромить их королевство. Если погиб брат Иллар, значит пала вся королевская армия, которая была под его началом. Родителей больше не было на этом свете, теперь дворец всё больше и больше пугал его. Из родных, кто мог спасти его от плена стен, остались только два брата, и он рад, что ни один из них, не является омегой. Если бы не уговор с Дрейком, Элейн непременно бы убил себя. -Ваше высочество, — раздался кроткий голос слуги, вошедшего в спальню. — Вы в порядке? -Да. Пока мне не сделали ничего, но… — язык не смел продолжить. -О, Ваше высочество, мы этого не допустим, мы проведём Вас по коридорам для слуг, они даже не успеют нас заметить, — возразил слуга. -Да, мы обязательно Вас спасём, — воодушевились остальные. -Нет, тогда они убьют моих братьев, я не могу этого допустить, — всхлипнув, возразил Элейн. -Но, Ваше высочество… -Я сказал, нет, — теперь твёрдо повторил он и вытер слёзы. — А теперь, оденьте меня, и заплетите косу, прикрепите ножны моих клинков под одежду. -Ваше высочество, это слишком рискованно, — не унимался слуга. -Выполняйте приказ, — отрезал принц. Как раз, когда слуга закончил заплетать серебряные волосы в косу, дверь спальни открылась. Вожак замер на пороге, разглядывая существо перед собой. Золотой венец дополнял серебро волос. Открытая шея так и манила прильнуть к ней губами и расцветить белую кожу алым. Воздушная белая рубашка, с голубыми нитями узора на ключицах и рукавами, оканчивающимися воланами, придавала детской игривости, а продольный тонкий вырез на спине эротичности. Белые брюки струились по ногам, открывая лодыжки в боковых разрезах до колен. Завершал образ золотой браслет над аккуратными светлыми ступнями. Слуги знали, во что его стоит одеть, подумалось оборотню. -Нравится? — спросил Элейн. -Безумно, — с придыханием ответил Дрейк и указал слугам на дверь. Те замялись, но после взгляда полного ярости, поспешили удалиться и закрыть дверь. -Почему вы один, а как же охрана? — эльф слышал, как оборотень медленно продвигается к нему. -Они за дверью, или ты хочешь, чтобы они наблюдали? Я могу устроить, — усмехнулся Дрейк. -Не правда. Поблизости абсолютно никого нет. Вы так уверенны в своих силах? - Элейн чувствовал присутствие и точно знал, что вожак врёт. -Нарываешься, эльфёныш. Я не просто так стал вожаком, — ответил альфа надменно. -Ясно. - Элейн незаметно наколдовал магический замок, с ним оборотню не удастся выбить дверь, по крайней мере, с одного раза. -Хватит болтать. Сделай два шага вперёд. -А сами не можете? — страх в любой момент был готов сорваться с языка, но нужно было держаться. -Не зли меня, — в голос вкралось рычание. Омега вздрогнул и подчинился, оказался почти вплотную к оборотню. Горячее дыхание обожгло лоб и макушку, он был довольно высок. — Ты невероятно красивый, — грубые пальцы коснулись шеи, прошлись по ключице и вниз, сминая ткань рубашки, оголяя плечо. Губы невесомо коснулись лба в поцелуе. -Красота не имеет значения, если ты слеп, — заключил Элейн и, до того, как альфа успел ему ответить, выхватил из ножен клинки и полоснул ими перед собой. -Да ты с сюрпризом. — Дрейк зашипел, серебро клинка слегка задело его грудь. -Я был заключён в этой комнате всю жизнь, у меня было достаточно времени, чтобы обучиться всему на свете, — пояснил эльф и совершил выпад, в надежде, что сумеет углубить порез, но альфа увернулся. -Вижу, отсутствие зрения тебе не мешает, придётся урезонить тебя силой. - Элейн ощутил как в оборотне закипают эмоции, но это был вовсе не гнев, но что тогда? -Попробуйте, - времени размышлять не было, когти проскальзывали совсем рядом. Ещё приходилось следить, чтобы в заклинание на двери постоянно поступала мана. -А не боишься, что я прикажу убить заложников или прямо сейчас позову сюда остальных оборотней? — комната заполнялась тревогой и напряжением. -Чтобы сделать это, вам сначала придётся выйти из этой комнаты, а я этого не позволю, - шум фонтана стал глушить остальные звуки, поэтому пока говорил, эльф постарался отойти подальше. То что альфа больше болтает, чем нападает, шло ему на пользу. - Я читал, что у оборотней отличный слух, поэтому, скорее всего, вы отослали своих подчинённых, потому что ненавидите, когда слышно личную жизнь. -Ты попал в точку. Но тебе не удастся убить меня, смирись, - уворачиваясь от клинков, оборотень, насмехаясь, наносил короткие удары ладонью по незащищённым местам омеги. -Я не могу! — Элейн ловко управлялся с клинками и словно в танце совершал бесконечные выпады, ориентируясь на биение сердца альфы. Он старался держать эмоции в узде, но с каждым хлопком альфы, становилось труднее, даже дыхание стало сбиваться. -Ты забавный, пахнешь неописуемо! — омегу обдало запахом желания, проснувшегося в оборотне. — Силён для омеги, но слаб для альфы! — когти в мгновение оставили три зияющих полосы на боку, чтобы показать разницу в силе. Элейн закричал от боли, но со слезами на глазах тут же полоснул по приблизившемуся противнику клинком. Теперь от боли зарычал Дрейк. Рана рассекла его бровь и щёку, скользнув по веку. -Я не… — омега согнулся, прижимая одну руку к сочащейся кровью ране, а другой пытаясь вонзить клинок в грудь альфы, сжимающего теперь левую сторону своего лица. Но ноги его подогнулись, и он рухнул на пол, ощущая, как горячая кровь обдаёт бёдра и растекается вокруг. -Эй, гадёныш, не смей умирать после того, что вытворил! — в плечо вцепилась сильная рука. Альфа не думал, что эльфёныш окажется таким слабым, и пустяковая, на взгляд волка, рана для него окажется смертельной. -Я не смог… — простонал омега, его глаза были полны слёз. — Я бесполезен… только в шлюхи и гожусь… - раздался щелчок, это магический замок потерял силу. Теперь эльф впал в ещё большее отчаяние. -Эй, эльфёныш, кто тебе сказал, что ты будешь шлюхой, а? — волчий баритон отдался в ухе. -Я ужасен… -Ты ужасных не видел. Поднимайся, ты теряешь много крови, — альфа помог ему встать и тут же опрокинул в кровать, срывая порванную рубашку. — Запомни, ты только мой! — Дрейк с силой надавил на край раны, пальцы тут же утонули в крови, а Элейн взвизгнул. — Ни одна твоя попытка меня убить не увенчается успехом, — горячий язык скользнул по боку, тёплая слюна смешалась с кровью. Омега хотел оттолкнуть его, но, наткнувшись на пушистую волчью морду с изувеченной левой стороной, в страхе отдёрнул руки и зажмурился, хотя и без того не мог видеть. Альфа довольно заурчал и завилял хвостом, когда последние рубцы закрылись, оставляя три длинных шрама. Эльф, наплакавшись, теперь беспокойно спал. Дрейк перекинулся, вернув человеческий облик, и навис над омегой лицом к лицу. Он был зачарован прекрасным существом и вовсе не хотел причинять ему боль. Но признайся он в этом своей стае, засмеют сразу. Вожак по их разумению должен быть чёрствым одиночкой, хотя сами сюсюкают со своими мужьями. Стая не признаёт слабых, поэтому слепой Элейн для них смешон. Они не видят мозолей на его пальцах и шрамов на ногах, свидетельствующих о борьбе со слабостью, о долгих тренировках и силе, пусть не физической, но духовной. Дрейк лёг рядом на бок и огладил нежную щёку в дорожках от слёз, на что омега прильнул к нему, пахнущему лесом и свободой, тем, о чём Элейн всегда мечтал.