Страстные танцы

      Ланга как будто скользит по воздуху. Его тело ощущается как пушинка, а чувства при этом невероятные. Радость и возбуждение разливаются теплом где-то внизу живота и области сердца. Ранее холодные равнодушные глаза сейчас удивлённо смотрят на мир, а рот немного приоткрыт в немом восхищении. Он мчится по трассе «S», не замечая ничего вокруг себя. Только ветер, гуляющий в его волосах, дарил чувство полёта, что окрыляло юного скейтера ещё сильнее. Казалось, ничего не могло его отвлечь, но тут… сзади раздался страстный и знакомый голос:       — Снежок, не ожидал тебя тут встретить, — Адам подъехал совершенно незаметно. Он сплёл свой скейт и скейт Сноу в танце, приобнимая малыша за талию.       — Я так соскучился по тебе с нашей последней встречи, хотел почувствовать твоё юное тело в своих руках, а ты тут как тут, — Айноске положил одну руку на шею Ланги, а другой сжал его талию ещё сильнее, впиваясь длинными пальцами в белую кожу парня. Матадор провёл языком по покрасневшему ушку мальчика и томно прошептал:       — Я бы хотел тебя почувствовать не только здесь, на трассе, но и под собой, — Адам повернул голову своей Евы к себе и впился в его губы. А Ланга и не сопротивлялся. Парень проснулся весь в поту и сладкой истоме, разливающейся по всему телу. Такие сны, с участием его противника, преследовали его последние две недели. Сноу каждую встречу скейтеров ходил на трассу, но Адам так и не появлялся. Все мысли Ланги были заняты только его Матадором любви.       Даже это утро не было исключением. Парень как в прострации встал, умылся, позавтракал, привёл себя в порядок и отправился в школу, на своём полюбившимся скейте. Реки умудрился заболеть на одной из гонок, из-за чего сейчас лежал дома. Снежок конечно же иногда навещал друга, спрашивал как он себя чувствует, но большая его часть мыслей была связана с Айноске. Ему хотелось снова почувствовать, снова ощутить тот азарт и ту неповторимую страсть, почувствовать сбившееся биение сердца, как в его снах.       Этот день так же как и утро прошёл в прострации. Учителей он совсем не слушал, только сморел в окно и думал о нём. Казалось, он просто помешался на Адаме, даже стал называть себя Евой. «Прямо как называл Матадор…» — восхищённо думал Ланга. После школы парень сразу же отправился на площадку. Сегодня он просто решил покататься в своё удовольствие. Обычно на том месте никого не было, что давало больше места для свободы.       Катаясь, Снежок тоже думал о нём. Прямо как маленькая влюблённая девочка, которая думала о старшекласснике, который ей приглянулся. Но это чувство было более глубокое. Оно было похоже на любовь, но не на обычную… Малыш как будто помешался на Адаме, был готов на всё, чтобы встретить его ещё хоть один разочек, прокатиться вместе, почувствовать только их страсть.       За своими мыслями парень и не заметил, как к нему подошёл мужчина. Ланга сейчас просто стоял на скейте, витал в прострации, не замечая ничего вокруг себя. Мужчина только беззвучно усмехнулся. Волосы его малыша развивались под лёгким ветерком и немного блестели от лунного света. Мужчина ещё пару секунд полюбовался на возлюблённого и резко вколол ему снотворное в шею. Мальчик не сразу понял, что произошло, а когда начал, его расслабленное и легое тело уже упало в объятия синеволосого мужчны.       Адам усмехнулся и тихо произнёс:       --Спи, моя Ева, сегодня ночью тебе понадобиться много сил, — Матадор подхватил юношу на руки и занёс в машину. Это последнее, что помнил Ланга в тот вечер. ***       Просыпаться было очень трудно и болезненно. Голова мальчика была тяжёлая, из-за чего её просто невозможно было поднять. Ватные конечности не хотели поддаваться воле их хозяина, поэтому парню оставалось только лежать на огромной кровати, пытаясь вспомнить, что произошло. Но события сегодняшнего (или уже вчерашнего) дня никак не хотели проясняться. Только в конце Ланга снова ощутил что-то приятное, такое тёплое, родное и страстное.       От умственной деятельности его прервал тихий скрип двери и свет, тоненькой полосочкой проникающий в комнату.       — Снежок, вижу ты уже проснулся, — Айноске зашёл в комнату с подносом в руках. На подносе стояла миска с чем-то вкусно пахнущем, стакан воды и что-то ещё. Ланга не мог сейчас различить. Адам был одет точно не по домашнему. На нём был строгий костюм состоящий из чёрных брюк со стрелками, белой рубашки и чёрной желетки. На шее был повязан красивый красный галстук, что придавало офисному образу лёгкую изюминку. Мужчина поставил поднос на прикроватную тумбочку и сел рядом с Лангой. Он мягко улыбнулся и дотронулся до щеки Евы своей большой тёплой ладонью, поглаживая большим пальцем мягкую кожу, а потом перешёл им же на нижнюю губу парня, мягко погляживая её, чуть-чуть надавливая.       — Видел бы ты себя сейчас, малыш, понял бы, что я чувствую, — Адам сказал это томным голосом на ушко Снежку. А Ланга совершенно не понимал что проиходит. Объект его обожания буквально похитил его, а сейчас ласкал его губы, томно шепча о каких-то чувствах? На самом деле парень даже был немного рад такому исходу событий. Он совершенно не знал, как завлечь к себе взрослого мужчину, как привлечь его внимание. Но всё оказалось куда проще, Адам сам проявил инициативу. Теперь только осталось довериться и отдать всего себя мужчине.       — Ланга-Ланга, знал бы ты, как мне без тебя было трудно, мой сладкий. Каждый день без тебя проходил как в аду, а мысли о тебе были навязчивее моих тётушек. Но ничего, теперь мы будем вместе всегда, и нам не придётся мучаться, моя Ева, — Адам прильнул губами к губам мальчика и, не чувствуя сопротивления, принялся сминать нежную чувствительную кожу. Мужчина углубил поцелуй только спустя пару секунд, когда понял, что мальчик сам начал отвечать ему, а отстранился спустя минуту, немного насытившись вкусом его Евы.       Посмотрев на Лангу, Айноске так и застыл. Румянец на щёчках и ушках выглядел неестественно, губы мальчика распухли ещё больше, а ротик был немного приоткрыт.       — Ты выглядишь так соблазнительно, Снежок. А на вкус ты слаще любого десерта… не искушай меня, малыш, или мы перейдём к самому сладкому раньше времени. — Адам в последний раз чмокнул возлюбленного в губы и помог ему принять полусидячее положение.       Ланга тут же увидел, что было в тарелках. В небольшой миске было немного куриного бульона, в миске поменьше нарезанная клубника, а в стакане находилась вода. Адам тут же принялся ухаживать за своей Евой: мужчина мягко приоткрывал его ротик и заставлял пить воду, потом пить бульон, а потом есть фрукты. Хоть Айноске был строгим, но терпеливо высидел с возлюбленным те полчаса, пока мальчик ел. Напоследок, прежде чем выйти из комнаты, Адам сказал:       — Выспись, малыш, завтра тебе понадобиться много сил, — Айноске вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. А Ланга, только оставшийся на едине с собой, провалился в царство Морфея.