Черно-белая жизнь.

— Т/и..? — Девушка медленно открывает глаза, видя перед собой бледное лицо Пятого, который не спал уже как минимум пару дней. — Доброе утро, тыковка. — Мхм. — Ворчит она, потирая глаза. — Я приготовил тебе завтрак, покушаешь? — Я не голодна, Пять, но спасибо. Пятый еле скрывает своё разочарование, но тут же улыбается. — Погода сегодня прекрасная, прогуляемся? Т/и вздыхает. Сил не было чтобы даже в душ сходить, о прогулке даже речи не может идти. — Давай в следующий раз? — Она укутывается в одеяло, отворачиваясь к стене. — Прости... — Не извиняйся, тыковка. Я люблю тебя. Если что-то нужно будет, я буду внизу. — Угу. Пятый поджимает губы, уже собираясь выйти, но в последнюю секунду разворачивается и мягко целует девушку в щечку. У Т/и сердце прыгает вниз. Но не от приятных чувств, а от осознания своей никчёмности. Пятый прыгает перед ней, показывает свою любовь, а Т/и... а Т/и не может ответить ничего на это. Нет, она конечно безумно любит Пятого, но не может показать это из-за гребанных веществ в ее мозгу. Парень выходит из комнаты, по пути встречая Диего, который тут же останавливает брата. — Надо поговорить. — Говорит он, а Пятый уже готов послать его на три веселых буквы, ведь он заранее знает о чем будет разговор. — Мне некогда. — Пятый! — Почти рычит Второй, хватая его за плечо. — Так больше не может продолжаться! — Закрой свой чертов рот, Диего! — Шепчет Пятый, толкая его от себя. — Не заводи эту гребанную шарманку снова! Пятый стремительно идёт на первый этаж в поисках кофе, который так сильно необходим ему организму. На кухне он видит Клауса, который за обе щеки уплетал завтрак, который Пятый готовил для особенного человека. — Ты—, — Пятый краснеет от злости. — Это был завтрак для Т/и! — Ой...— Клаус неловко убирает ложку, отодвигая тарелку. — Извини! Она все равно никогда не завтракает, я думал это мама.. — Ты долбанос тупорылый, Клаус, я даже не удивлён! — Ворчит Пятый, хватаясь за кофейник. — Пятый, мне это надоело уже! — На кухню заходит злой Диего, которому Пятый готов пробить дыру в голове чтобы он наконец-то заткнулся. — Ты жалок! Руки Пятого сжимаются в кулаки, но он терпит. — Т/И уже четвёртый месяц лежит в комнате, игнорирует всех, не ходит на миссии! — Она болеет, Диего, пораскинь своей крупицей мозга и почитай в интернете, если знаешь что это такое, про депрессию! — Сквозь зубы говорит Пятый. — Она мешает вам?! — Мне нет. — Тихо говорит Клаус, поднимая руку. Бен хлопает себя по лицу. — Что? — Ты бегаешь за ней как собака, тебе самому не надоело это?! Она точно твоя девушка? Насколько я знаю отношения это когда двое людей любят друг друга, а не один рвёт задницу, а вторая пользуется этим! Пятый резко оказывается перед Диего, прижимая того к стене. — Я повторюсь в третий раз, я люблю ее и я готов сделать все, чтобы она вышла из этого дерьмового состояния, если понадобится, я буду ждать сколько угодно, бегать за ней, как ты выразился, как чертова собака! — Ты сам не устал от неё? Пятый замялся. Устал ли он от Т/и? Ни в коем случае. Устал ли он от ее болезни? Да. Он скучает по старой Восьмой, которая разбавляла абсолютно любой разговор шутками и смехом. Она для всех была лучиком света и если бы не один несчастный случай на одной из миссии, она бы продолжала быть самым счастливым человеком на планете. — Я..нет! — А чего замялся? — Усмехнулся Диего, скидывая его руки с себя. — Просто признайся, что с ней сложно. Все мы скучаем по Т/и, но так уже не может продолжаться. Пятый сделал глубокий вздох, делая глоток кофе. — Ладно. Иногда с тыковкой бывают проблемы, но это не значит, что я не люблю ее. Я хочу помочь ей, но не знаю как. Я киллер, а не психолог, ясно?! — Клаус, Т/и здесь. — Говорит Бен, который смотрел на девушку, которая притаилась в проходе. — Так, хватит! — Резко говорит Клаус. — Диего, перебор. Т/и не виновата в том, что случилось с ней. Мы любим ее в любом случае. — Ну конечно. — Закатывает глаза Второй, выходя из кухни, а после из дома, громко хлопая дверью. — Идиот. — Шепчет Пятый, отворачиваясь к окну. — Пять? — Тихий голос девушки словно гром среди ясного неба. — Хей, тыковка. — Пятый был безумно рад видеть, что Т/и спустилась, ведь уже четвёртый день она совершенно не выходила из комнаты. Он тут же подходит к ней, заключая ее в объятия. Девушка неловко улыбается, обнимая парня в ответ. — Т/Ишка! Извини, я съел твой завтрак, но Пятый может приготовить ещё! — Улыбается Клаус, неловко складывая руки в замок. И с каких пор находиться с Т/и в одной комнате стало так неловко? Бен прищуривается, чувствуя странный холодок, исходящий от сестры. — Ничего страшного, я не была голодна. — Т/и убирается прядку волос с лица Пятого, а тот, словно мартовский кот, ластится под ее ласками. — Ты такой милый. У девушки ком в горле. — Я рад, что ты здесь. — Пятый чмокает ее в шею, прижимая ее ближе к себе. — Я люблю тебя, Т/и, очень сильно. — Я тоже люблю тебя. Всех вас. — Восьмая улыбается и только мертвый Бен понимает сколько боли в этой улыбке. — Как самочувствие? — Спрашивает Клаус, смотря на двух Голубков. — Я в порядке, спасибо. А у нас есть шоколадное молоко? — Бен выпил. — Говорит Клаус, прикрывая глаза. — Клаус, ты дебил. — Ворчит Шестой, закатывая глаза. — Он закончился, тыковка. Я могу сходить купить, хочешь? — Говорит Пятый, не выпуская девушку из объятий. — Давай попозже? Полежим вместе? Пятый был на седьмом небе от счастья. — Конечно, пойдём. А потом я схожу за молоком для тебя. Они ложатся на диван в зале, параллельно включая какой-то фильм на телевизоре. Девушка витала в облаках в своих мыслях, а Пятый просто радовался этому моменту. — Всем доброе утро! — Говорит Ваня, тут замирая на месте, видя сестру и брата в объятиях. — Ох, Т/и, рада видеть тебя! «Так странно видеть ее тут..» — Слышит мысли Вани Т/и, тут же отворачиваясь от неё. Ваня, видимо, поняла, тут же пытаясь оправдаться. — Я.. я имею в виду, непривычно видеть тебя здесь, с нами, просто... — Все в порядке, Вань. — Девушка посылает ей слабую улыбку, а вот Пятый готов расплавить мозг сестре. — Пять, все хорошо, лежи. — Они такие придурки. — Ворчит Пятый, прижимаясь к груди своей девушки, что так приятно перебирала мягкие волосы на его голове. Она была единственной, кому Пятый позволял прикасаться к себе везде и в любой момент. Она была особенной для него. Во всех смыслах. После часа фильма, Пятый почти засыпал. Он так давно не спал, находясь все это время со своей депрессивной девушкой. — П-пять..? — М? — Я люблю тебя. До бесконечности и обратно. — Я люблю тебя от луны и обратно миллиард миллиардов раз. — Т/и слабо хихикает, чувствуя вину. Дверь хлопает и в зал входит Диего, который на мгновенье теряется, видя Т/и. «С ней слишком сложно.» — слышит она голос Диего в своей голове, но не придаёт этому значение. — Ну привет, Восьмая. — Диего. — предупреждающе говорит Пятый, на что Т/и аккуратно проводит пальчиками по его скулам. — Надеюсь у тебя хватит мозгов не поддаться этой депрессии и не наложить на себя руки. Мы не переживём потерю второго члена семьи. — Ворчит Диего, уходя на второй этаж. — Чертов ублюдок! — Кричит Пятый, подрываясь уже побежать за ним, но Т/и хватает его за руку. — Просто игнорируй его, Пять. — Серьезно говорит девушка, поднимаясь следом. — Ничего страшного. — Я не позволю этим придуркам испортить твоё настроение! — Никто его и не испортил. — Улыбается она, чмокая его в губы. — Очень молока хочется. Сходишь? — Конечно, тыковка. Я быстро. — Подожди, Пять... Ты не мог бы зайти в книжный по пути? Я слышала вышла новая книга моего любимого автора, помнишь я говорила? — Припоминаю. «Обрывки весны» кажется? — Да-да. — Т/и ещё раз проводит руками по лицу Пятого, зная какую боль она принесёт ему. — Шоколадное молоко и «Обрывки весны». — Понял, миледи! Одна нога здесь, другая там! — Люблю тебя, Пятый. Спасибо что делаешь все это для меня. И за то, что всегда был рядом. Она крепко-крепко обнимает Пятого, пытаясь сдержать слезы. Это их последняя встреча и как бы сильно ей не хотелось остаться, она не может. Ей невыносимо просыпаться каждый день и проходить через это снова. Депрессия — слишком серьёзная болезнь, вылечиться от которой невероятно сложно. Она не виновата в этом, ни один человек не виноват в том, что болеет этим. Она не контролирует это, депрессия контролирует Восьмой. — Я рад помогать тебе, тыковка. Я быстро. — Пятый целует Т/и в губы, телепортируясь из комнаты. Улыбка пропадает с лица девушки так же быстро. У неё есть не больше получаса перед тем как Пятый поймёт что никакой книги под названием «Обрывки весны» не существует. У неё есть около получаса чтобы воплотить задумку в реальность. Быстрым шагом она заходит в комнату под внимательный взгляд Бена, который будто понимает что происходит. Она запирает дверь на замок на всякий случай и быстро достаёт конверт из тумбочки. Письмо, которое написано уже очень давно оказывается на столе на самом видном месте. Сглотнув, Т/и идёт в ванную и снова запирается. — Нет.. — Шепчет Бен, понимая что именно сейчас произойдёт. Тем временем Т/и берет припрятанное лезвие и не жалея свою нежную кожу, делает одну глубокую рану, совершенно ни о чем не жалея. — Ч-черт..— Это оказалось намного больнее чем она себе представляла. Но выбора уже нет. — Я не смогу... Ещё один глубокий порез, который заставляет ее почувствовать легкое головокружение. Руки уже немею, почти не слушаются. Девушка пытается игнорировать потоки крови, которые падают на пол большими каплями. Она оседает на пол из-за слабости. — Мне жаль... Третий порез и перед глазами уже обеспокоенное лицо Бена, от вида которого Т/и пугается так сильно, что думает что уже мертва. — Зачем, Т/и?! Зачем?! — Не могу...— Все, что говорит девушка, прежде чем ватными руками сделать последний, решающий порез. Все происходит слишком быстро и непонятно. Боль от ран тут же прекращается, словно ее и не было. Какая-то легкость в теле, почти невесомость. Она осматривается, видя заплаканные глаза Бена, а после и своё окровавленное тело на полу в ванной. — Зачем...Они не смогут принять твою смерть, Т/и... Девушка не слушает его, лишь крепко обнимая. Он рад наконец обнять ее, но не таким образом, когда она вскрыла себе вены.. — Прости, Бенни. Ты сам видел как мне было плохо. — Пытается оправдать свою глупую ошибку. — Ты эгоистка! — Кричит парень. — Ты не подумала о Пятом?! О Клаусе?! Да вообще обо всей семье! Как они без тебя?! Словно лавина на неё обрушивается понимание. Это конец. Это действительно конец. Она мертва, ее тело мертво. Она даже не представляет что будет с Пятым, когда она увидит ее холодное тело на таком же холодном полу, покрытым кровью. — Я...я не... боже...— Шепчет Т/и, падая на колени. Ее настигает сильная истерика. — Я не могу! — Ты можешь! Борись с этим, давай! — Бен толкает испуганное девушку обратно к телу, сам находясь на грани истерики. — Не бросай их, Т/и! — Мне страшно, Бен! Пожалуйста, нет, не хочу! — Прошу, Т/и, не делай это. У тебя ещё есть шанс. — Бен бросает быстрый взгляд на истекающее кровью тело девушки, видя сомнения в ее глазах. — Послушай, жить- страшно, но умирать ещё страшнее. Просто представь какого будет им всем. Как будет страдать Пятый, он же любит тебя больше жизни! — Я устала от себя! Я жалкая, ничтожная, я приношу всем только страдания! — Кричит девушка, не отрываясь от взгляда Бена, который скользил то к ее полу-живому телу, то к ней самой. — Пятый заслуживает лучшего! Я сама все испортила на той миссии. — Пятый хочет сделать тебе предложение. — Шепчет Шестой, надеясь что эти слова помогут ей. — Ч-что..? — Ее истерика тут же прекращается, она начинает сильно дрожать от холода. Не знала, что призраки чувствуют что-то. — Я видел кольцо. Он любит тебя такой, какая ты есть. Ты не виновата, на той миссии у тебя не было выбора, слышишь? А сейчас он есть! Поэтому пожалуйста, борись! — Мне страшно, Бенни... — Я знаю. Мне тоже страшно. — Он крепко обнимает сестру, чувствуя ее слабый пульс. — Ты сможешь с этим справиться, на это уйдёт время, но я знаю, ты сможешь. — Т/и, я не нашёл ту книгу! — Голос Пятого вырывает их из реальности. Девушка с широко открытыми глазами смотрит на закрытую дверь, чувствуя как теряет дар речи. Бен слегка трясёт ее за плечи. — Тыковка? — Б-бен, что мне...что я наделала...как..— Ее язык заплетается, а истерика накатывает с новой силой. Пульс становится тише. — Т/и, послушай, сейчас Пятый найдёт тебя и спасёт, слышишь? Ты успеешь. Главное не противься этому, ты почувствуешь как тебя будет тянуть обратно, позволь этому случиться. Я люблю тебя, слышишь? Мы все тебя любим. — Говорит парень успокаивающим голосом, пока Пятый за дверь обеспокоено зовёт девушку по имени. — Прости меня, прости. — Плачет она, прижимаясь к Бену. — Т/и, я вхожу! — Слышат они голос Пятого и тот тут же оказывает в ванной. — Нет... Он падает на колени, дрожащими руками закрывая открытые раны на руках девушки. Ее тело без сознания. — Нет, нет, нет, тыковка, нет! — Т/и видит как по его щекам капают слезы, пока он пытается привести ее в чувства. — Ты не могла, нет! — Это все из-за меня..— Словно в бреду шепчет Восьмая, смотря на эту картину. — Я все порчу, я не хочу... — Ты сделаешь только хуже, лучик, если не будешь бороться. — Бен с жалостью смотрит на попытки Пятого привести ее в чувства. — Только ты решаешь, сделать им больно или нет. Тебе нравится смотреть как он мучается? — Н-нет...— Говорит Т/и, продолжая смотреть на истерику Пятого. — К-клаус! Диего! КТО-НИБУДЬ, ПОМОГИТЕ! — Кричит парень, похлопывая Т/и по щекам. — Пожалуйста, нет, не умирай, слышишь? Не смогу без тебя, Т/и! — Ты че оре...— Диего замолкает, как только вошёл в ванную. — О боже... — Вызови скорую! — Кричит Пятый. — БЫСТРЕЕ! — Т/и, решайся, у тебя мало времени. — Спокойно говорит Бен. Девушка бросает взгляд сначала на Пятого, у которого уже все руки по локоть были в ее крови, а после на до смерти испуганного Диего, который дрожащими руками пытался набрать номер скорой. — Что...что мне нужно делать? Я ничего не чувствую! — Спрашивает Т/и, видя как ее близкие люди мучаются. Пятый что-то шепчет, словно в бреду. — Твоё тело ещё подаёт признаки жизни, просто ложись. — Я..я больше не увижу тебя? — Я всегда рядом с Клаусом, лучик. Я всегда рядом. — Успокаивает он ее. Его глаза тоже красные от слез. — Быстрее, Т/ишечка. Бен чувствует серьёзную ответственность перед семьёй. Если он не сможет переубедить сестру, то они...он даже не хочет думать об этом. Он обязан помочь им. В ванную комнату забегают врачи, которые отталкивают Пятого, кладя тело девушки на носилки. У всех паника и страх в глазах от осознания того, что их сестра пыталась покончить с собой. И кажется, у неё это удалось. — Я тоже люблю тебя, Бенни! <....> Девушка находится непонятно где. Вокруг тишина, которая буквально давит на уши. Единственное, что она сейчас чувствует, это сильную боль во всем теле. Голова гудит, дышать тяжело, словно она забыла как это делается. Первая попытка открыть глаза не увенчалась успехом. Их словно клеем залили. Понемногу девушке все же удаётся слегка приоткрыть глаза, видя тусклый свет в комнате. Сначала она не понимает что происходит и где она находится. «Я умерла? Не успела?» — Спрашивает она саму себя, чуть шире открывая глаза. Взгляд затуманенный, все словно в белой пелене. — Ох боже...— Шепчет кто-то рядом. — Тыковка... Пятый. Он здесь! Сил нет чтобы повернуть голову, все тело ломит, особенно руки горят. Ах да... — Ты нас так испугала, тыковка, прошу, умоляю, не делай так больше, я чуть не потерял тебя. — Девушка слышит дрожь в его голосе, а после тёплое касание к руке. Сил говорить нет, как и сжать руку в ответ. Т/и снова впадает в сон. <...> Часы тянулись слишком медленно. Сон ни в какую не шёл. Единственное, на что хватало сил у Пятого, это смотреть на его девочку, которая лежала на больничной койке с перевязанными руками. Она была белее снега, ее губы обветрились, а под глазами залегли темные тяжёлые синяки. Пятый выглядел не лучше. Прошло почти два дня с того момента, когда он нашёл ее в ванной с вскрытыми венами. Врачи кое-как успели спасти девушку от смерти. Она потеряла слишком много крови. Все это время девушка отсыпалась, приходя в сознание лишь на недолгие пару минут, но и этого хватало Пятому, чтобы осознать что она жива. Просто спит. Время на часах показывало около полпервого ночи, но Пятый не мог позволить себе заснуть хотя бы на полчаса. Его терзали сомнения и страх, что если он заснёт, он больше не увидит его тыковку. И Пятый тысячу раз мысленно поблагодарил себя за это, потому что Т/и начала медленно просыпаться. Он вскочил, вставая рядом, но ничего не сказал. Ждал, когда она снова откроет свои прекрасные глазки и скажет хоть что-то. На это у неё заняло около трёх минут чтобы полностью открыть глаза и медленно осмотреться. Пятый счастливо улыбнулся, чувствуя как его глаза снова слезятся. — Тыковка..— Позвал ее тихо парень и девушка перевела свой затуманенный взгляд на него. — Привет. — П-ятый. — Хриплым голосом ответила она. Пятый уже не стесняясь никого, плакал. Он был так счастлив услышать голос девушки. — Девочка моя, я так переживал. — Он сжал ее более-менее здоровую руку, чувствуя как она сжимает ее в ответ. Совсем слабо, но ему хватило и этого. — Я так сильно люблю тебя. — Прости меня. — Прошептала девушка. — Все хорошо, главное что сейчас ты со мной. Все в порядке, мы справимся, слышишь? Я с тобой, тыковка. Она слабо кивает, чувствуя себя немного бодрее. Сухость в горле мешает ей нормально говорить, а куча проводов, что подсоединены к ней, не дают даже присесть. Да ещё и тело ломит. — В-воды.. — Да, конечно. Пятый аккуратно помогает девушка выпить холодной воды из стакана, поддерживая ее за затылок одной рукой, а второй держит стакан. Выпив всю воду, Т/и слегка приподнимается, игнорируя провода и ломкость в теле. — Они...сильно злятся? Пятый истерично хихикает, отрицательно качая головой. — Они просто напуганы, но не злятся. Мы все испугались, тыковка. Я боялся, что больше не увижу тебя. Я готов был вскрыться, чтобы пойти за тобой, не оставляй меня больше, прошу тебя. — Он аккуратно целует каждый ее пальчик на руке, параллельно стирая слезы. Девушка прочувствовала слишком тяжёлый груз на плечах, она виновата. Она снова все испортила. Это она сделала с ними. Девушка отворачивается, бесшумно плача. Ей стыдно. Лучше бы она не слушала Бена и спокойно умерла. Призраки же ничего не чувствуют? — Т/и, почему ты плачешь? — Пятый мягко поворачивает ее лицо к себе. — Мы справимся, слышишь? — Нет...я не могу. — Не говори так. — Сердце Пятого застучало ещё сильнее. — Я люблю тебя, Т/и. Девушка снова не ответила. Ее совесть мучала. Она только мешает. Т/и слышала мысли Пятого, они метались то к одной, то к другой, но самая громкая мысль, которая не покидала его голову была «она жива, она жива, она жива». — Прости. — Снова шепчет она. — Я не хотела напугать вас. — Я бы не простил, если бы ты умерла. Но сейчас ты со мной, поэтому не думай об этом, это в прошлом, да? Все у нас с тобой будет хорошо. Мы вместе сходим к психологу, мы вместе справимся с этим, слышишь? Она слабо кивает. — Я не смогу пережить это ещё раз, тыковка. — Сломлено говорит парень. — Я сделаю все, чтобы мы смогли жить счастливо, ты веришь мне? — Верю. — Его мысли слишком громкие и даже не используя способность, она слышит что он абсолютно уверен в том, что они смогут. И его веры хватит на них двоих. < 2,5 недели спустя > — Ты все взяла? — В который раз спрашивает Пятый, стоя возле двери. Т/и ещё раз осматривает палату, кивая. — Да, у меня мало вещей было. — День выписки. Самый сложный для неё, ведь сейчас они поедут домой, где их встретит семья. Т/и просила никого не впускать, кроме Пятого, потому что просто не смогла бы смотреть им в глаза. Хоть они и пытались навестить ее, но девушке нужно было время. Она репетировала в голове свои слова, что она скажет и как будет оправдываться и извиняться перед ними. Пятый поддерживал ее абсолютно во всем. Он много раз говорил что семья скучает и абсолютно точно не винят ее. Они тоже чувствую себя виноватыми за такое скотское отношение к больной девушке. Диего, как и просил Пятый, прочитал множество книг и статей в Интернете на тему «тяжелая депрессия». Увидев в тот день практически мертвое тело сестренки, он долго не мог придти в себя и винил себя за то, что так наплевательски относился к ее болезни. — Пойдём. — Пятый протянул девушке руку, удерживая другой ее сумку с вещами. — Пошли. — Переплетя их ладони, они попрощались с врачем и вышли на улицу. Весна. Деревья почти полностью позеленели, небо было чистым и без единого облачка, а легкий ветерок колыхал и без того пушистые волосы девушки. Пятый подошёл к машине, закидывая сумку на заднее сиденье, пока Т/и наслаждалась тёплым солнцем, подставив под него своё бледное лицо. Пятый широко улыбнулся. — Люблю тебя, тыковка. — И я тебя люблю. — Легко ответила Т/и, залезая на переднее сиденье. — Только мне страшно возвращаться. — Я представляю, какого тебе. — Он сжал ее руку. — Но поверь, все будет хорошо. Они ждут тебя. Клаус вон уже девятый раз названивает. Слабая улыбка тронула лицо Т/и. — Если хочешь, мы можем немного покататься, проверить голову. Погода шикарная. — Пятый уже и не надеялся на положительный ответ, так как привык что она всегда отказывается, но не терял попытки предложить ей что-то. — А давай. — Улыбка стала чуть шире. Ей хотелось исправиться ради него. Начать все с чистого листа. — Давно мы не гуляли вдвоём. Пятый был невероятно счастлив слышать такое. Он чуть было не заплакал, но все же взял себя в руки. < тем временем в Академии > — Ну где они? Уже два часа прошло! — Клаус наматывал круги по комнате, маяча перед всеми. Он практически сгорал от нетерпения и даже не пытался это скрыть. — Я хочу увидеть ее! — Наберись терпения, Клаус. — Пробормотал Диего, перебирая руками подол своей рубашки. — Мы все хотим. — Даже не вериться, что уже скоро мы сможем увидеть ее. — Улыбнулась Эллисон, чувствуя укол вины за своё бездействие. — О, приехали, слышите?! — Клаус на радостях врезался лбом в окно, смотря как подъехавшая машина Пятого остановилась перед воротами. — Приехали! — Не лопни от счастья. — Усмехнулся Бен, сам чувствуя предвкушение от встречи. — Только давайте не будет нагнетать на неё, ладно? Не думаю что затрагивать эту тему будет приятно ей. — Сказала Ваня, чувствуя легкий мандраж от встречи. Все согласились с этим, задерживая дыхание. Дверь медленно открылась, показывая сначала счастливого Пятого, а после и немного смущенную Т/и, которая держалась за Пятого, как за спасательный круг. — Всем приве...— Не успела девушка договорить, как на неё налетел Клаус, крепко обнимая. — Т/ишечка! — Он настолько крепко прижал к себе девушку, что та даже немного испугалась того, что он может задушить ее. — Я так скучал! — Я тоже скучала по вам. — Девушка прикрыла глаза, боясь заплакать. — Отойди, моя очередь! — Эллисон оттолкнула Клауса, вставая на его место. — Мы все скучали, малышка. Ваня налетела на сестёр, обнимая их обеих, из-за чего Т/и засмеялась, чувствуя как сестры сдавливают ее с двух сторон. Их мысли лавиной обрушились на неё, но обе думали лишь о хорошем, о том, как сильно они скучали и любили ее. Лютер, немного не рассчитав силы и рост, обнял девушку, поднимая ее от земли на добрые двадцать сантиметров. — Не пугай нас так больше. — Шепнул он, неловко поставив сестру обратно. Та слабо кивнула ему, не переставая улыбаться. Клаус носился перед девушкой, словно выпил двадцать банок редбула подряд. Единственный, кто остался в стороне, это Диего. Он боялся подойти к ней, боялся увидеть в ее глаза раздражение и обиду на него за его же слова. Услышав его мысли, Т/и улыбнулась ему, протягивая свои забинтованные ручки к нему. — Ну иди же сюда, Диего. Тот, словно на ватных ногах, упал в объятия сестры, крепко сжимая ее майку в руках, боясь, что это все галлюцинации и сейчас она пропадёт. — Я не злюсь на тебя, Диего. — Прошептала Т/и ему на ухо и кладя свою голову на его плечо. Услышав эти слова, Второй выдохнул, все ещё не отпуская сестру. Картинка, где она лежит на холодном полу в ванне с вскрытыми венами, до сих пор преследовала его во снах, но сейчас она здесь, живая и здоровая, практически. — Прости меня. — Ответил он. — Я рад видеть тебя, Т/и. — Я тоже рада видеть вас. — Уже громче сказала она, чтобы услышали все. Отпустив друг друга из тёплых объятий, девушка обняла себя руками. — Я прошу прощения у вас за то, что... — Стоп! — Ваня прервала ее. — Не ты должна просить прощения. Мы все виноваты перед тобой. — Мы же договорились не поднимать эту тему. — Фыркнул Лютер. — Т/и, мы рады, что все обошлось, мы все виноваты друг перед другом, но давайте не будет об этом. — Нам всем это будет уроком. — поддержала его Эллисон. — Главное что сейчас все хорошо. Мы все поняли свои ошибки. — И на те же грабли не наступим. — Прошептал Диего. Пятый, все это время следивший за состоянием своей девушки, приобнял ее за талию. — И все же, простите что испугала вас. Я думала так будет лучше. — Ну вот больше не думай. — Улыбнулся Клаус, поглаживая ее по волосам. — Мы чуть сами коньки не отбросили. Кстати, Бен передаёт тебе привет. — Бенни...— Прошептала Т/и, чувствуя как слезы все же стекают по щекам. — Я не...я... Пятый, поняв что у девушки может быть паническая атака на фоне стресса, прижал ее к себе. Никто не понял почему у Восьмой такая странная реакция на упоминание о Бене, но влезать не стали, боясь, что сделают только хуже. — Клаус, давай, как мы репетировали! — Поторопил его Шестой, видя как его сестре плохо. — Да-да, сейчас. — Клаус ради этого не пил целых две недели, каждый день тренируя свою способность. — Т/ишка, повернись пожалуйста! Смахнув слезы, она медленно обернулась, встречаясь взглядом с Беном, который светился голубым цветом. Она ахнула. Как и все, не ожидая что Клаус может делать ТАКОЕ. — Лучик. — Бен раскинул руки, тут же обнимая сестру. — Вот видишь, все хорошо. — Бен...? Как так...?— Удивилась Эллисон, тоже желая обнять погибшего брата. — Спасибо тебе, я..— Шептала девушка, цепляясь за Шестого. — Если бы не ты... — Все-все, дальше тебя ждёт лучшая жизнь, поэтому не думай об этом, да? Помни о том, что я говорил про Пятого. — Шепнул ей на ухо Бен, подмигивая. Он намекал на кольцо, отчего Т/и слегка покраснела. — Я так люблю вас всех. — Тихо сказала Восьмая. — Сильно-сильно. Такого больше не повторится. — Я...больше...не могу! — Крикнул Клаус, падая на спину. Бен тут же исчез. — Уффф, все ради тебя, лучик. Т/и улыбнулась, смахивая с щек остатки слез. Все находились в легком шоке. — Я расскажу вам позже обо всем. — Пообещала Т/и. — Я пойду в комнату, отдохну немного. — А мы там стол накрыли...— Сказала Эллисон, находясь в легком замешательстве. — Я спущусь позже, ладно? Начинайте без меня. — Девушка направилась в сторону лестницы, а Пятый за ней. — Тыковка, подожди. — Он остановил ее. — Я...я понимаю, что наверное тороплю события, но ты не хотела бы переехать в мою комнату? Она замерла. Пятый боялся, что она снова сделает с собой что-то. Его мысли буквально кричали об этом. Решив, что ради своего парня она готова исправиться, Т/и согласилась. Уже в комнате Пятого она заметила свои вещи, удивлённо оборачиваясь на смущенного парня. — Так ты уже заранее все сделал? — Ну...они сами, представляешь? Тихо хихикнув, она села на мягкую кровать. — Пятый? — Да, тыковка? — Ты ничего не хочешь мне сказать? Тот замер. — Эм...насчёт чего? — Ты знаешь о чем я. — Понятия не имею. — Он почесал заднюю часть шеи, смущённо отворачиваясь. — Когда я...когда это произошло, я увидела Бена. — Начала Т/и. — Он уговаривал меня вернуться и помог мне. Мы немного говорили, в основном оба плакали. Т/и снова хихикнула, с грустью вспоминая тот день. Пятый сел рядом, беря ее за руку в качестве поддержки и давая ей выговориться. — Он пытался вразумить меня не совершать ошибку пока не поздно и...сказал кое-что, отчего я просто не могла не вернуться. — И...что же? — Ты же знаешь сам о чем я. Бен, оказывается, любит подглядывать. Парень глубоко вздохнул, понимая намёк. — Чертов Бен. — Он засмеялся. — Почему бы тебе не сделать вид что ничего не знаешь, чтобы я мог устроить сюрприз? — Это уже не будет сюрпризом, Пятый. — Девушка ласково погладила его по щеке. — Но ты сам-то уверен? Что тебе нужна такая как я? — Какая такая? Невероятная девушка, без которой я свихнулся бы? Которая дарит мне радость одним своим видом? Или та, которая любит меня таким, какой я есть даже зная мое прошлое? Или постой, та, за которую я готов горы свернуть и пожертвовать всем, что у меня есть? Конечно я уверен, Т/и. Единственное, в чем я сомневаюсь, это в твоём ответе. Восьмая покраснела, крепче сжимая ладонь Пятого. — Я люблю тебя. И мой ответ всегда будет «да». Пятый засиял от радости. — Ну что же вы за люди! Испортили всю романтику, я же хотел сделать все красиво! — Пятый вскочил с места, подбегая к комоду. — Но раз уж на то пошло и ты уже сказала ответ, то нет смысла тянуть, тыковка. Он вытащил красную коробку, заставляя Т/и потерять дыхание. Она замерла, смотря как Пятый садится обратно и берет ее руку в свою. — Обратно пути уже не будет, ты знаешь? — Я это предполагала. — Прошептала девушка. Пятый открыл коробочку, доставая оттуда кольцо. И вдруг резко засмеялся, немного пугая Т/и. — Боже, как все глупо вышло. Я планировал сделать это более...красиво. Встать на одно колено в дорогом ресторане где-то в Париже, а потом вместе встретить рассвет, но нет же, надо было Шестому все испоганить. Никакой романтики. — Пятый. — Засмеялась Т/и. — Мне не нужна романтика, мне ты нужен. Надевай давай. Она смело протянула ему левую руку. Пятый, немного посмеиваясь, надел на ее безымянный пальчик золотое кольцо. — Теперь ты выйдешь за меня. — и это был не вопрос. — Я так рада, что Бен смог уговорить меня вернуться. Все так резко изменилось. — Влюблённо прошептала Т/и, смотря на кольцо. — Только вчера я лежала в больнице, а уже сегодня мне сделали предложение. — У нас впереди ещё много приключений, которые нам предстоит пройти вдвоём. От самых плохих, до самых хороших. Главное, что мы пройдём путь вместе. Ты и я. И Бен, который ходит за нами как сучка-приведение. Неожиданно с полки упала книга, которая заставила Т/и подскочить. — Бен! Даже сейчас подсматриваешь, ну-ка выйди! — Проворчал Пятый, отчего его тыковка залилась громким смехом. — Я так люблю вас. Особенно тебя, Пятый. И тебя, Бенни. И вообще каждого из вас. Я счастлива. Хоть и чувствую, что моя болезнь ещё не ушла. — Ты не одна, тыковка. — Пятый притянул девушку к себе, сливаясь с ней в мягком поцелуе. Решив не мешать молодожёнами, Бен со счастливой улыбкой вышел из комнаты через стену. Теперь все будет по-другому. Этот эмоциональный скачек выбил из колеи каждого члена семьи и пусть впереди у них ещё много не решённых дел и проблем, но они вместе. Пятый и Т/и будут помогать друг другу, они смогут справиться с этим. Каждых из них переосмыслил свои ценности, поняли многое. Жизнь - это бесконечное путешествие. Не важно, плохо или хорошее. Всегда будет чёрная полоса, после которой обязательно настанет белая. Только вы можете решать сколько будет длиться чёрная полоса, только вы решаете сколько белая полоса будет проследовать вас. Жизнь в ваших руках. — Там Пятый сделал предложение Т/и. — Шепнул Бен Клаусу, который подскочил от радости. — ПЯТЫЙ СДЕЛАЛ ПРЕДЛОЖЕНИЕ ВОСЬМОЙ! — закричал Клаус, разливая шампанское по бокалам удивленных сиблингов. С этого дня Пятый и Т/и решили, что белая полоса жизни останется с ними намного дольше, чем чёрная. Тёмных дней было слишком много, теперь место для светлых. Все в наших руках. И почему бы не сделать из жизни яркую радугу? ;)