Мой собачёнок

Неделя без сор, криков и угроз. Но это только неделя. Побои, крики, скандалы запоняли дом. Визги и крики Чуи, просящего остановиться и яростный Дазай, что продолжал избиения своего бывшего одногрупника и нынешнего питомца. Чуя прикрывал уже побитое лицо дрожащими руками, продолжая звать своего родного Осаму, что крепко обнимал и целовал его по ночам. В чём же теперь он провинился? Разбил кружку. Самую обычную дешевую кружку, что не стоила не чего. Дазаю просто нужно на ком-то срывать злобу и этот кто-то – уже загнанный Чуя. Закончив с ним, он сел на стул и смотрел на него. Смотрел на него как-будто не человек, а хищьный зверь, что готов перегрызть тому горло. Накахара замер, он не знал что делать. Всё тело в синяках и царапинах, а из носа текла кровь, он смотрел на Дазая своими голубыми глазами, ждя того, когда он уйдёт. —Ко мне, - грубым тоном приказал Дазай смотря на Чую. Рыжий же не собирался подползать к обидчику, — Я сказал.. КО МНЕ! - Дазай резко ударил по столу с такой силой, что тот чуть не сломался. Вздрогнув, Рыжий тихонько подполз на четвереньках к мучителю, после чего Осаму взял этот аккуратненький подбородочек и поднял разбитое лицо Чуи так, чтоб он смотрел прямо на него, —Неделя. —Ч-что?.. Неделя чего?..- еле-еле произнёс хриплым голосом Накахара смотря на Дазая с ужасом. —Неделя насладиться жизнью. Я нашашёл тебе замену и ты мне больше не нужен. Через неделю будет ужин. Его приготовишь ты, это будет последнее что ты приготовишь. После окончания ужина, я спущусь в подвал, где повешу тебя на новой верёвке, она зайдёт что бы вытащить тебя и там я ударю её битой, как сделал и с тобой, ты задохнёшся в петли, а она займёт твоё место, - с полным спокойствием говорил Дазай, смотря на то, как голубые глаза наполняются слезами. —П.. Почему.. - Накахара не мог поверить, что Осаму действительно его убьёт. Что тот кто так крепко его обнимал, самовольно задушит того в петли. —Она превосходит тебя во всём. Она милая, имеет красивые формы, вкусно готовит, хорошо убирает и она послушна всегда, а ты уродлив, тощий, готовишь и убираешь ели как и слушаешся только тогда когда в моих руках нож. Делай выводы, коротышка, - по лицу Чуи текли крупные слёзы, он всегда говорил обратное. Неужели эта девчёнка всё испортит? И свою жизнь и жизнь Накахары? —Что же ты плачешь, тряпка!? - Осаму резко ударил Чую по лицу, после чего на моське рыжего была отпечатана его ладонь. —П-пожалуйста.. Я исправлюсь.. У-умоляю.. Дай мне шанс... - шептал Накахара смотря на Осаму, —Ты же сам говорил.. Что я другой, что я- —Завались! Не желаю члышеть твоей болтовни!! - Дазай резко наступил каблуком на руку Чуи, после чего рыжий завизжал от боли, — Я говорил это потому, что мне было бы трудно найти тебе хорошую замену, а каждую неделю подкармливать уличных собак человеческим мясом не хочеться, я и так непереношу их рожи и рыки. Тем более полиция может что-то понять, - тихие всхлипы горячи и боли раздавались по комнате. Чуя сжался закрыв уши, в которых эхом раздавались слова Дазая. Осаму же вышел из кухни, не желая слушать то, как этот слизень плачет. У Чуи началась истерика. Он рвал на себе волосы и самоколечил себя, повторяя раз за разом слова Осаму. Горькие слёзы стекали по его лицу, хриплые крики раздавались эхом, уже в пустом запретом доме. Накахара не хотел умирать. Не хотел умирать вот так. Он ползком подошёл к толстым окнам, пытаясь их разбить хиленькими ручёнками, они не всегда такие были, но с прибытием сюда, Чуя начал сильно худеть, что сейчас сильно мешает. Он подошёл к двери, после чего начал пытаться открыть их без ключа, что так же прошло мимо. Окно разбить не чем. Тонкий острый нож только погнётся о толстое стекло, что Осаму специально поставил, чтоб не кто из жертв не смог сбежать. Чуя был в самой настоящей клетке. Сегодня, он не занимался уборкой, а искал способы спастись. Он решил спрятаться, а потом сбежать. Он зашёл в подвал, где Дазай точно будет искать последним делом, но только... У него началась новая истерика. Он увидел уже подготовленную для него чистую новую верёвку, что так мило свисала из потолка. Более менее успокоившись, Чуя нашёл табурет и на коленках данёс его до верёвки. Прятаться нет смысла. Дазай уже нашёл замену Чуя, так что терять уже не чего, подумал Накахара с болью наступав на только начавшие срастаться ноги и крепко сжал петлю в руках, впоследний раз вдыхая в лёгкие воздух. По лицу рыжего текут большие горячий слёзы, что со свистом падают на ледяной пол. Он натянул бежевую, словно плащ Дазая, верёвку на свою тонкую белую шею, на которой ещё не зажили красные пометки от Дазая и вот.. Табурет упал. Накахара так же упал на пол, так как напросто выполнено из верёвки. Неделю.. Хотя бы неделю хочется прожить... Хочется увидеть расчет и закат, хочется вдыхать в себя сладкие ароматы и чувствовать.. Хотя бы боль... Дазай вернулся и поняв что Чуя не чего не делал, с яростью в глазах, он начал искать рыжего непоседу, что так хорошо спрятаться. Как только он забежал на второй этаж, Накахара тихо и не быстро направился к двери, пока Дазай так трепетно его ищет в каждом углу. И вот, Чуя на улице, он увидел и почувствовал последнии лучи солнца отскакивающие от блестящих намытых машин, увидел красные облака, что так нежно смешиваются с белыми, будто кровь на снегу. —Извини, я уже возвращаюсь.. Просто хотелось увидеть солнце.. - с лёгкой улыбкой сказал Накахара, медленно поворачивая голову к уже стоящему сзади Дазаю. —Я надеюсь ты им вдоволь на любовался, - Чуя поджал губы сдерживая слёзы.. Ему просто не верится, что его жизнь, так резко оборвётся в той петли, что он недавно примерял на шею. —Петля на мою шею большая, её нужно сделать меньше.. —Что? —В подвале весит петля. Она мне большая я из неё выпадываю, - Осаму заметил красный след от верёвки на шее Чуи и тому стало не по себе. —Хорошо, сделаю потуже чтоб не выпадывал. А теперь в дом. Чуя, сквозь боль улыбаясь, прополз обратно, покорно разрыв глаза, понимая, что Дазай его будет избивать за неисполнение его работы. И не прогодал. Во время избиения, Рыжий не издал не одного звука. Как и в последующии. И так всю неделю. «Петля на мою шею большая» – единственное что он сказал за всю неделю. И вот, долгожданный день. На порог вошёл Дазай, а после девушка. Действительно милая и красивая. Те прошли на кухню, где уже стало два блюда, одно для блондинки, другое для маньяка. Оба были приготовлены Накахарой. Осаму подозрительно улыбался, предвкушая чью-то смерть. Чуя же сидел в подвале и смотрел на петлю, как Осаму на ту девушку. —Сегодня в этом доме опять умрёт один человек... Прости, мама... - тихо шептал Накахара покачивая петлю, — Я хочу жить... Ужин был съеден. И Дазай не спеша слез со стула, направляясь в подвал. —Я за твоим подарком, Милая, - тихо сказал Осаму. —Подожди.. Я себя плохо чувствую..Что ты подсыпал..? Хах, не уж то возбудительное?.. А мой подарок, дай угадаю, это секс-игрушка? —Ты только об этом и думаешь? —Ну похоже ты разделяешь со мной, мои мысли —Неа. Нет. Не капли. —Тогда что ты мне подсыпал? —Я? Я не чего не подсыпал. Это все Чуя. —А кто такой Чуя? Ты так домового зовёшь что-ли? —Нет, Чуя это тот, кто сейчас ждёт твоей смерти. —Что?.. - Девушка сидела в недопонимание и смотрела на парня. Осаму ещё с само начала учуял старенький яд и понял он был в тарелки девушки. —Бедный, бедный Чуя, ему было так страшно из-за того, что я нашёл ему замену, он так рыдал и пахоже всё же решил избавится от тебя. Блондинка началась держаться за горло, так как ей становилось трудно дышать, вскоре та упала на пол в судорогах пытаясь глотнуть воздуха. —О-осаму!.. Воды..! - прохрипела девушка смотря на Дазая, что смотрел на её мучения с улыбкой, —Дазай, е..если ты мне не подал воды, я умру! - но Маньяк так и молчал, наблюдая за её мучениями, —Чтоб ты сдох!.. Мразь! С-садист! - кричала девушка понимая, что Дазай с самого начала хотел её смерти. —Как грубо. - Кареглазый взял нож и прикончил бедную девушку, лужа крови расползалась по деревянному гладкиму полу, окрашивая поцарапанные лаковые доски в алый цвет. Рыжий щенок, забившись в угол подвала сидел и тихо хныкал смотря на свои руки и проклиная самого себя. Он услышал медленные шаги и звук стука ножа, о чём-то деревянном. Дазай зашёл в подвал, всё так же держа окровавленный нож. —Чууя~ - протягивал Дазай, подходя всё ближе и ближе к коротышка, —Ты так сильно хотел остаться со мной, что ликвидировал всех соперниц? Это так мило, Чуя) —Прости.. П-прости... - Рыжий просил прощения не у Дазая, а у той, что должна была занять его место. —Ну что ты, Чуя? Не позорься. —Я не хотел её убивать... У меня не было выбора... Если бы не убил её, то ты бы мучал её похлеще меня, а потом так же заменил!.. В этом случае спасусь хотя бы я!.. —С чего ты взял что ты так спасёшся? - с ухмылкой говорил Осаму, приложив нож к шейке Чуи, - Ты знаешь, что убийство это самый большой грех? - на лице голубоглазого появились слёзы и он самостоятельно нагнал себя на нож, из-за чего Маньяк убрал его в сторону и ошарашено смотря на эти капельки слёз, — Я вижу ты совсем сдурел... —М-мне страшно.. - прошептал Чуя, закрыв лицо руками, он начал плакать. —Страшно? Ты боишься меня? - Дазай грубо убрал ручки Чуи от его лица, больно хватая за подбородок из-за чего Накахара простонал от боли. —Н-нет.. Я боюсь твоих действий.. Дазай всё так же смотря на Чую, держал его подбородок разглядывая его лицо, а потом внезапно поцеловал в скулу и взял рыжего щенка на руки и нанёс в спальню. Это будет впервые за неделю, когда Дазай не заперал его в подвале на ночь, а опять же брал спать с собой, от чего Накахара прикрыл глаза с облегчением, но проходя через кухню, когда сладко запахло кровью, он всё же открыл глаза и посмотрел на труп девушки, после чего сжал рубашку Осаму. —Что такое? Тебе её жалко? - посмотрев на Чую сказал Дазай. —Поставка меня на пол, я уберу кровь, а то вдруг полиция приедит или ещё кому приспичет в гости, - Рыжему было и впрямь жаль девушку, но тот стал больше подлизываиься к Осаму. Почему? Если Дазай к нему привяжется, то не будет искать ему замену, а значит не кто больше не умрёт. Кареглазый поставил рыжего на пол и тот же сразу пополз за тряпкой и моющим средствам, а Осаму унёс труп из кухни в подвал и накрыв чёрной тканью. Прийдя, он заметил как Чуя втирая пальцы в кровь пытается оттереть уже впитавшиюся кровь в древесину пола. —Ты молодец, но кровь так просто не стереть. Я завтра сам всё отатру, - брюнет поднял голубоглазого с пола как кота и забрал у того тряпку, —Кстати.. Почему ты не подсыпать яд и мне? Это же был бы прекрасный шанс сбежать. —У тебя на него имугитет. —Значит уже проверял меня? —Да.. И жить мне потом не где.. Только на улице.. Так что я лучше буду с тобой, - своим аккуратным холодниньким носиком уткнулся в тёплую забинтованую шею Дазая, тихонько вдыхая сладкий аромат его духов, —Тебе от меня не избавится, Дазай. —Буду надеятся, что это так.