Разбуди меня своим сном

      Он изо всех сил бежал, петляя по тёмным переулкам, сбиваясь с дыхания и больше не оборачиваясь на своих преследователей — знал, что они всё равно его настигнут, причём скорее рано, чем поздно.       Мокрый асфальт ловил отражение одинокого фонаря, и его всё чаще заслоняли неясные тени, молниеносно проносящиеся рядом с ним. Злобное шипение раздавалось то справа, то слева, и он буквально ощущал на своём затылке ледяное дыхание смерти — неизвестно, как ему всё ещё удавалось переставлять ноги. Он крепко сжал край кожаной куртки в том месте, где во внутреннем кармане прятался короткий нож, уникальность которого заключалась в материале: он был полностью из дерева.       Видимо, в какой-то момент его везение закончилось — он споткнулся, и в ту же секунду его ощутимо приложили головой к кирпичной стене. Сверкнули заострённые клыки. — Нет! — яростно выкрикнул он, и хищник перед ним обмяк и через пару секунд рассыпался, получив уверенный удар ножом точно в сердце, пусть и нанесённый дрожащей от страха и усталости рукой. Вампиры визгливо загомонили. Ещё два бросились на него, и он попытался уйти от атаки, наклонившись к своему армейскому ботинку в попытке вытащить из него припрятанный на всякий случай деревянный кол. Манёвр удался, и он воткнул острие колышка в кого-то из них прямо из своего согнутого положения. Вампир заверещал и осел пеплом на блестящую поверхность дороги, но уже через секунду ещё три вампира набросились на него сверху, толком не дав разогнуться.       Его прижали к стене, лишая возможности шевелиться, острые когти вонзились в плечо прямо сквозь ткань куртки. Он закричал от боли, осознавая, что это конец.       Он не справится. Их слишком много.       Звук выстрелов и свист пронзающих пространство пуль вернули его обратно в реальность. Визги умирающих вампиров оглушили его, но уже через мгновение никто не сдавливал его шею, хватка со всех сторон ослабла, но истекающее кровью плечо дало о себе знать. Он съехал по стене, зажимая рану рукой, и коротко простонал.       Чья-то крепкая рука вздёрнула его за шкирку. Его спаситель в темной шляпе с широкими полями деловито осмотрел его плечо, сжимая в одной руке пистолет с деревянными пулями. — Ты храбро сражался.       Ему захотелось взглянуть в лицо бесстрашному охотонику на вампиров, но шляпа надежно укрывала его лицо, да и недостаток освещения явно не играл на руку. — Кто ты? — прохрипел он.       Губы не слушались, ужасно хотелось пить. Словно услышав его мысли, незнакомец протянул ему флягу с водой. — Пей.       Он жадно припал ртом, глотая прохладные капли. — Важно не то, кто я, а то, что они могут вернуться, — сухо заметил охотник. — Ты разозлил целый клан, а до утра ещё несколько часов. Нам нужно уходить, скорее. — Как тебя зовут? — взволнованно спросил он.       Бархатный голос незнакомца казался ему знакомым. Тот фыркнул, и из-под полей на мгновение мелькнула лукавая усмешка. — Всему своё время, дорогой.       Магнус вынырнул из своего сна так резко, словно на него выплеснули ушат холодной воды. Он уже понял, что проспал все три своих будильника, даже не глядя на часы — так было почти всегда, когда ему снилась подобная фантастическая ерунда или мистика.       Из своего сна… Оговорочка по Фрейду. Этот сон, как и все остальные, что он видел в своей жизни, принадлежал не ему. Торопливо подскочив с кровати, он засобирался на работу.

***

— Спасибо, что прикрыл, — облегченно выдохнул Магнус, усаживаясь за своё рабочее место. Из-за резкого пробуждения и специфического характера сна, из которого он «вывалился», разболелась голова. — Всегда пожалуйста, — с понимающей улыбкой отозвался Алек. — Кофе? — Лучше виски, — проворчал Бейн. — В понедельник? — скептически посмотрел на него брюнет. — А что, у виски в разделе «способ применения» написано «строго не в понедельник»? — парировал азиат. — У виски вообще нет раздела «способ применения», — покачал головой Лайтвуд. — То-то и оно, — хмыкнул Магнус. — В любом случае я не смогу тебе помочь, — развёл руками Алек. — Не имею привычки носить с собой крепкий алкоголь на работу, особенно в первый день рабочей недели. — А вот это ты зря, — вздохнул Бейн. — Что? Не делай такое лицо, ты знаешь, что я не шучу. Столько лет уже общаемся — пора бы уже и привыкнуть к моим загонам. — Опять кошмары снились? — нахмурился Лайтвуд, как всегда, улавливая самую суть. — Я бы не назвал это кошмаром, — уклончиво ответил Магнус. — То, что я опять не могу рассмотреть главные действующие лица, не самое ужасное в моей жизни. — Иначе ты бы не просил виски, — справедливо заметил Алек. — Вампиров гонял, — отмахнулся Бейн. — Или, скорее, они меня. То есть, не меня, конечно, а идиота, который, видимо, слишком впечатлительный, чтобы абстрагироваться от всей этой фантастической фигни.       Алек, как раз пересмотревший вчера вечером Ван Хельсинга, густо покраснел. — Серьёзно, Александр, — вдохновленно продолжал Магнус. — Природа по ошибке привязала ко мне твоего соулмейта. У вас с ним даже интересы общие! Ума не приложу, о чём бы я с ним разговаривал, если бы встретил? — Ну, со мной ты ведь о чём-то разговариваешь, — возразил Лайтвуд. — И далеко не всегда на мои любимые темы. — Да уж, — рассмеялся Бейн. — Если я отдам тебе инициативу в диалоге, ты меня переболтаешь. — Я? — возмутился Алек. — Ты в субботу целый час рассказывал мне о своём коте! Председатель, конечно, милый, но это реально было чересчур. Я уже хотел сделать вид, что у меня села батарея на телефоне, но потом вспомнил, что ты сидишь рядом. — Ах вот как? Вот что самое ужасное в моей жизни, — театрально надулся Магнус. — Ты. — Не будь козлом, Бейн, — мягко попенял ему Алек. — Я ведь твой друг. — Не просто друг, а лучший друг, Александр, — мурлыкнул довольный азиат. — Да, лучший, — пробормотал Лайтвуд, отводя взгляд.       Разве он мог жаловаться?