Цвет ночи

      В течение всей своей пока ещё не очень-то долгой жизни я никогда не верила в призраков, духов, вампиров и прочих представителей чего-то запредельно невразумительного. Нет, конечно пока я была маленькой, я верила, что под ёлку ночью кладёт подарки Санта, а зубы под подушкой на монетки меняет Зубная Фея. Но с возрастом я перестала верить в это, и голова моя стала забиваться другой ненужной чепухой.       В общем, я была жутким скептиком, пока один весьма неприятный случай не изменил моё отношение ко всей этой паранормальной чепухе в корне.       Было уже весьма поздно, когда я возвращалась домой из больницы, где работаю. Идти мне было недалеко — всего каких-то пару кварталов, — поэтому такси я и не думала ловить. К тому же я считаю, что лучше просто пройтись. Весь день у меня было какое-то странное чувство, что сегодня обязательно что-нибудь произойдёт. Да и вообще, день какой-то неудачный сегодня. Мой пациент, мистер Бротиган, при дневном приёме лекарств наотрез отказался от них, выбив у меня из руки стаканчик с капсулами, а вечером сильно разбушевался, когда мы привели его на вечернюю гидротерапию. Мне даже пришлось вызвать двоих санитаров на помощь, и они быстро его усмирили. Да, к сожалению работать в психиатрической клинике оказалось намного труднее, нежели так, как я представляла себе в колледже. Подумать только, наш главврач, Роберт Кроули, только-только доверил мне первого собственного пациента, и я уже начинаю так портачить! Надеюсь, он хоть не откажется после этого от своего предложения. Не так давно он предложил мне почти полное участие в одной нейрохирургической операции. Я давно хотела понаблюдать за его работой даже несмотря на то, что некоторые методы психохирургии немного... аморальны.       Да, и вот так вот каждый вечер — находясь в своих мыслях, я не замечаю почти ничего, что происходит вокруг. Однако какое-то шестое чувство говорило мне, что надо быть поаккуратней. Если бы я перестала так витать в облаках, то поняла бы, что это самое шестое чувство не просто говорит, а вопит так, как будто сейчас на меня нападут все маньяки и насильники Нью-Йорка. Правда, в этот вечер опасность мне угрожала отнюдь не от маньяков и насильников. Когда я уже стала подходить к подъезду и, само собой, выкинула всё из головы и вернулась на землю, то ясно так ощутила, что спину мою кто-то сверлит взглядом. Причём так пристально, что даже не поворачиваясь я почувствовала, что от этого у меня трясутся колени. Наспех открыв дверь и проскочив в подъезд, я подбежала к лифту и стала неистово жать на кнопку. Когда я поняла, что лифт ждать долго, то негромко чертыхнулась и помчалась по лестнице. Ей-Богу, я не думала, что смогу настолько быстро преодолеть десять этажей нашей многоэтажки. Ключи в руках никак не хотели вставляться в замочную скважину, и это послужило поводом для новой волны паники, но вскоре дверь поддалась и я с удовольствием ввалилась в квартиру, захлопнув её. Только сейчас мой страх и непонятно откуда взявшаяся паника сошли на нет, и я позволила себе с облегчением вздохнуть, прикрыв глаза.       — Впервые вижу, чтобы люди так пугались того, чего не видят.       С этим внезапно возникшим голосом моё сердце упало куда-то вниз, в желудок, а потом резко взлетело в грудную клетку и стало там неистово биться о рёбра. Я распахнула глаза и хотела было вскрикнуть, но мне и рта раскрыть не позволила рука, которая в мгновение ока оказалась на моём лице. Холодная настолько, что даже мне в осеннем пальто стало зябко, рука незнакомца не позволяла мне и пискнуть, а по своему холоду могла сравниться разве что только с пронзительными серыми глазами, в которые я невольно должна была смотреть.       — Пискнешь — и я гарантирую тебе, что жизнь твоя улетит из тела так же быстро, как ты неслась по лестнице.       Что ж, хорошее сравнение. Убедил. Я ещё раз прикрыла глаза, как бы успокаиваясь, и затем чуть заметно кивнула. Незнакомец помедлил с секунду и только затем отпустил меня, отойдя на пару шагов. Не упуская возможности, я стала рассматривать моего ночного гостя. Видок у него был весьма и весьма потрёпанный: одежда, которую он как будто бы украл с Бродвея, была вся затёртая, рваная и грязная, и я ясно ощущала, что от неё пахнет тленом, сыростью и пылью. В лохмотьях было тяжело разобрать что есть что, но я ясно выделила среди всего прочего камзол, видно когда-то красивого синего цвета, рубаху с кружевами на воротнике и рукавах, а также штаны и сапоги. Нет, ну точно как с Бродвея.       Лицо же его привлекло куда больше одеяния. Бледная, практически белая кожа, пронзительные серые глаза, в которые мне уже довелось заглянуть, изящные, по истине аристократические черты лица, тонкая линия губ. Белокурые волосы до плеч спутаны и местами грязные, на бледном лице также имеется парочка грязных пятен. Красив, божественно красив. Но от этой красоты у меня явно дрожь по телу, и отнюдь не в хорошем смысле. Страшно, дико страшно. Эта красота просто сводит с ума и пугает до дрожи в коленках. Однако понемногу страх стал спадать, когда я вновь заглянула в пепельные глаза и заметила в них не прежнюю пустоту, а диких бесенят, весёлых и язвительных.       — А вы... эээ... — я кашлянула и попыталась сфокусироваться на нужной мысли. — Вы, собственно, кто? И какого чёрта, позвольте спросить, делаете в моей квартире?       Мужчина улыбнулся, обнажив ряд белоснежных зубов с ясно виднеющимися клыками, и галантно поклонился, как в средние века. Опять дрожь прошла по моему телу, когда я присмотрелась к этим клыкам. Что-то мне это всё не нравится... Сдаётся мне, этот человек втянет меня в какую-то безумную и смертельную авантюру, причём выбора у меня не будет.       — Имя моё Лестат де Лионкур, и, как бы абсурдно это ни звучало, я — вампир. Видишь ли, в последнее время я только и делаю, что даю людям выбор. Надоело это мне, поэтому в твоём случае выбора не будет.       Я даже не знала, как отреагировать. Какой-то человек проник в мою квартиру, запугал меня, а теперь ещё и заявляет, что он вампир. Подчиняясь какому-то странному порыву, я стала смеяться, потом подавилась воздухом, раскашлялась и подняла взгляд на Лестата. Он спокойно ждал, пока мой порыв пройдёт, и смотрел на меня очень внимательно. При этом с его лица не сходила ехидная ухмылка, которую мне, при всём моём испуге, очень хотелось убрать с его физиономии. На мой немой вопрос: «Что, правда?», он как бы всем своим видом говорил: «Да». И знаете, мне почему-то стало казаться, что либо я сошла с ума, либо всё это сон. Почему-то в его правоте я была уверена.       — Ладно, допустим так. Я-то тебе зачем?       — Видишь ли, я долгое время провёл один, вдали от цивилизации, и, как ты уже верно заметила, одет не по эпохе. Значит, я многое пропустил, а это ведёт к тому, что мне надо как-то вживаться в ваш новый... — Лестат обвёл резко потускневшим взглядом мою квартиру и скривил лицо, — мир.       — Ага... значит провожатый нужен?       — Именно. Имя?       Я не сразу догнала, что он имеет ввиду моё имя, поэтому секунду помолчала и только потом выдавила:       — Рэйчел. Рэйчел Соландо.       Вампир чуть заметно кивнул головой и, не дожидаясь моего ответа, прошёл в гостиную. Я же ещё немного постояла в коридоре в неком оцепенении, и только потом сообразила, что мне жарковато и надо бы переодеться. Скинув наспех пальто и сапоги, я прошла вслед за мужчиной, на ходу пытаясь развязать шарф. Лестат стоял в гостиной и осматривался. Лицо его не выражало ничего, кроме дикого недовольства. Видно было, что ему инновации и прогресс не нравятся.       — Эй, вообще-то когда заходишь в дом, надо снять обувь, — сказала я, заметив, что блондин шагает по моему белому ковру в грязных сапогах.       Он посмотрел на меня так, как будто бы я была мышкой, посмевшей сказать кошке, что та нагадила не там, где положено. Я подняла руки, показывая, что как бы сдаюсь, делай как хочешь, и прошла в свою комнату. Шарф я всё-таки сняла и кинула на кровать, а затем сразу же прошла в ванную. Холодная вода привела мысли в более-менее правильное русло, и здравый смысл говорил мне, что всё это взаправду. Ещё раз окатив лицо холодной водой, я вытерлась полотенцем и вышла. Надо было найти ему сменную одежду. Не будет же он разгуливать по Нью-Йорку в таком виде?       В моём шкафу нашлись рубашка и джинсы, точно не помню, откуда они взялись, но вроде бы остались от кого-то из бывших. Я вышла с одеждой из комнаты обратно в гостиную и застала у окна Лестата, рассматривающего ночной город. Подойдя к нему, я тихонько кашлянула.       — В общем, вот тут кое-какая одежда, её можно носить пока не купим новую. Вон там ванная, думаю даже вампиры не любят носить на себе тонны грязи и пыли.       Мужчина с неким презрением оглядел поданную ему одёжку, поднял двумя пальцами белую ткань рубашки и кинул обратно. Потом провёл ладонью по лицу, вздохнул, и вновь взял одежду, только уже нормально.       — Размер должен подойти, — крикнула я, когда он уже открывал дверь ванной.       Надеюсь, что ванная будет целая. О целости себя я даже думать не хочу. Когда я услышала равномерный шум воды, то сразу же ломанулась на кухню. Организм и мозг требовали от меня спиртного, и причём немедленно. В шкафчике на кухне нашлась бутылка хорошего коньяка — подарок санитаров на день рождения. Помнится, я берегла её для особого случая, думала выпить в компании друзей, но теперь уже наплевать. Достав из соседнего шкафчика стеклянный стакан, я с такой силой поставила его на стол, что мне на секунду показалось, будто бы я его разбила. Однако стакан был цел и через минуту уже полон алкогольного напитка. Пока наливала, то ясно слышала, как от дрожи в руках горлышко бутылки стучит о край стакана — точно также стакан стучал о мои зубы, когда я поднесла его ко рту. Не успела я сделать и пары глотков, как почувствовала чьё-то присутствие.       — Правильно-правильно, тебе стоит выпить.       Я резко повернулась и вновь встретилась взглядом с серыми глазами. Боги, я даже не услышала, как он вышел из ванны и зашёл на кухню. Не отводя взгляда, я сделала ещё пару глотков и поставила стакан на стол. Ох, мать, он же наверняка голодный и может...       — Нет, я не буду пить твою кровь.       Едрить твою через коромысло, он ещё и мысли мои читает!       — А как же тогда...       — Тебе повезло, по крайней мере на сегодня, — сказал Лестат с такой улыбкой, от которой у меня опять затряслись колени.       — Да уж, ты меня успокоил.       Я отвернулась и налила в стакан ещё коньяка.       — А теперь насчёт моего проживания... — в долю секунды вампир оказался рядом со мной и прямо на ухо тихо проговорил: — Мне нужен гроб.       Я подавилась и стала кашлять, выплёвывая алкоголь, капли которого тут же стали скатываться по моему подбородку и шее.       — Зачем? — не подумав, спросила я.       Он посмотрел на меня, как на умалишённую.       — А спать я в чём буду? Закажи в похоронном бюро его для меня.       — Гробы нынче недешёвые, знаешь ли. Я деньги не печатаю.       Примерно через двадцать минут мы сидели перед моим стареньким компьютером и смотрели в Интернете гробы в ближайшем похоронном бюро. Странно, но у меня ушло всего десять минут на то, чтобы объяснить Лестату, что такое компьютер и с чем его едят. Вампир быстро учится. Остальные же десять минут только доказали мне, что стоять на своём и спорить я совершенно не умею. Да, видимо с нормальными людьми мне общаться намного труднее, нежели с психически нездоровыми.       Кстати о работе. Уже половина третьего ночи, а мне завтра к семи. Надеюсь, хоть мистер Бротиган не доставит мне завтра проблем своим поведением.       Лестат очень долго выбирал из представленных на сайте вариантов гроб; то ему не нравился стиль, то внутренняя обшивка, то цвет древесины. Он был словно избалованный ребёнок, что меня начинало порядком выводить, даже несмотря на то, что он вампир, и при любом непонравившемся упрёке из моих уст он может легко меня убить. Но я успокаивала себя мыслью о том, что пока я ему нужна — он меня не тронет. По крайней мере в живых я пока точно буду.       В конечном итоге гроб был выбран, заказан, и мне оставалось только придти туда завтра после работы и оплатить его — доставка, слава Богу, была бесплатной. Шумно вздохнув, я выключила компьютер и побрела к себе в спальню, однако в долю секунды Лестат оказался рядом и крепко схватил меня за руку.       — Куда это ты?       — Поспать хотелось бы в оставшиеся три часа, уж прости. Мне на работу завтра рано, я хочу хоть как-то избежать состояния амёбы. Послезавтра у меня выходной, так что в завтрашнюю ночь я постараюсь провести с тобой краткий курс истории за последние сто лет. Можешь пока сам что-нибудь узнать и почитать книги, — я кивнула на большой книжный шкаф. — Только не удумай на улицу выходить, на тебя ещё одежду надо покупать...       Удивительно, но я и подумать не могла, что мой мозг ещё способен выдавать фразы длиннее трёх слов. Видимо, Лестат меня понял, так как вскоре отпустил мою руку и со спокойным видом направился к шкафу. Отлично, хоть на одну ночь вампир занят. Я шумно зевнула и пошла ловить сон на три часа, от усталости чуть не врезавшись в дверной косяк. Заснула сразу же, как голова коснулась подушки — странно, как только человеческий мозг способен выкидывать из головы всё, когда человек засыпает, даже такое страшное и опасное, как вампир в соседней комнате. Буду считать, что я просто слишком доверчивая. Или глупая.       Да, скорее всего, второе.