С FNAF

***

      Тихо и спокойно, что довольно непривычно для «Пиццерии Фредди». Аниматроники не шумят и не трогают Майкла. Я тихо смотрю за этим и радуюсь этому спокойному моменту. Пусть я не знаю всех тонкостей этого фандома, но знаю точно: будут смерти. Морщусь. Не люблю хорроры, но бывают исключения из правил. Сажусь на маленький стульчик и прикрываю глаза, наслаждаясь спокойствием этого таинственного и интересного места. В какой-то момент чувствую чей-то взгляд. Наверное кто-то из аниматроников. Открываю глаза и вижу перед собой Чику. Оказалась права. — Привет, Чика. — улыбаюсь ей. Та обалдело произнесла: — Ты не боишься меня и других? — Нет. Я же не ночной охранник. Кивнула головой в сторону Майкла. Та согласно кивнула. Снова тишина. Оглядев всех, тихо вздыхаю. Мда. Привязаться к героям игры — это же я! Криво усмехаюсь. Тот фанф, который я читала, хорошо, хоть и там в основ теория автора… И вот тебе пожалуйста. Привязалась, потому что персонажи получились живыми, да люблю философию с мистикой вперемешку с романтикой. Ещё немного посидев так, решаю переместиться в другое место. Следующая моя остановка дом Генри Эмили. Тот работает над очередным чертежом аниматроника, но мысли далеки от него. Шарлотта, его девочка, которая была убита Уильямом. Грустно улыбаюсь и, будучи невидимой и неслышной, встаю рядом с ним. — Смерть крайне печально, особенно смерть собственного ребёнка. Начинаешь думать, а почему не я. — тихо говорю, прекрасно зная, что меня не услышат, так как этого хочу я. Как бы я не любила детей, но их смерть меня всегда будет убивать. Да, раздражают, но… Смахиваю слёзы с глаз.

Смерть — это возможный вход, А может быть полёт. Жизнь — это вечный поход, Туда, где тебя никто не ждёт. Я поднимаюсь, иду вперёд, И мне не важно, что меня ждёт. Нельзя оглядываться назад, Иначе жизнь будет ад. Я иду туда, где огни, Горят во мраке фонари. Прекрасна эта ночь. Она гонит печали прочь… Я забуду, что было, как страшный сон, И забуду то, что было в нём… Ведь, нельзя оглядываться назад, Иначе жизнь будет просто ад…

      Прозвучали эти строчки у меня в голове. «Воистину прекрасна сегодняшняя ночь.» Подумала смотря на окно. В этот момент по окну забарабанили первые капли осеннего дождя. Словно сама природа согласна с этими строками. Генри уже тоже перевёл взгляд на окно и грустно улыбался, пока не сказал: — Кто же ты, что присутствует в этой комнате? Тут я немного перепугалась. Он что, чувствует меня? «Скорее всего он не прост, как кажется.» С такими мыслями предстаю перед его взором. — Представитесь, юная леди. — попросил мистер Эмили. — София или же Нотвэ. — представилась я. — Нотвэ? — не понял он. — Это моё прозвище среди тех, кто пишет разные истории. — пояснила я. Он кивнул, мол понял. Повисла тишина. Никто из нас не знал как продолжить разговор. Пусто говорить не стоит, но и постоянно молчать тоже не стоит. Решаюсь спросить интересующий меня вопрос. — А как вы поняли, что вы не одни? — Очень просто. Те кто знает о аниматрониках, то те чувствуют нечто подобное. — ответил тот. — Полагаю мне не надо представляться, так как ты уже знаешь моё имя. — Да, Генри Эмили. — киваю. — Почему ты здесь, Нотвэ? Ты же не отсюда, верно? — Не отсюда, я просто отдыхаю здесь от повседневной суеты, наблюдаю. — Не самое лучшее место отдыха. — заметил Генри, смотря на меня заинтересованно.       Это я прекрасно понимаю… Тогда мистер Эмили предлагает выпить с ним чаю. Немного подумав, решаю принять предложение. Пьём чай в тишине рабочего кабинета Генри, как тот просил его называть. Я ответила ответной любезностью и позволила звать меня по моему имени, а не по прозвищу. Тишина меня не напрягает, а наоборот, расслабляет. Выпивая уже третью чашку чая, решаю спросить, будучи неуверенная, что мне ответят на этот вопрос. — Генри, я могу задать вопрос? — Да, какой? — заинтересовался он. Думаю какой. Может… Как всё это началось? Какова причина этих убийств, убийств детей? Это не даёт покоя, так как в том фанфике была только теория. Тут тоже будет только как теория, но мне нужно знать. Узнаю если Генри решит сказать, всё-таки среди убитых детей есть и его дочь. Тру переносицу. Задавать этот вопрос или нет? Решаюсь. — Как это всё началось? То что я знаю, всего лишь теория. Я понимаю, что можете и не ответить, так как эта тема в какой-то степени личная… — тихо произнесла я, будучи уверенная в провальности этой идеи. Генри какое-то время молчит, а потом называет одно слово: — Госпиталь. Моё сердце падает вниз. ЧТО?! Но кто посмел это сделать?! Кто этот… эта личность без сердца?! — Кто? — тихо спрашиваю, сжимая кулаки. — Я не знаю, София. Начинаю вначале бледнеть, а потом краснеть от злости, что переполняет меня. В моей голове начинают метаться разные мысли. От простого разговора до хм… смертельного разговора. Стараюсь успокоиться, но получается не очень. На моё лицо упала одна прядь. Финиш. Опять волосы фиолетовые. Чувствую взгляд Генри. Тот смотрит на меня шокировано, он явно этого не ожидал такого расклада. — Опережаю вопрос, нет, надо мной не ставили эксперименты. Последовал вздох облегчения. Бедный мужик, мне его жалко. Его многие шокируют. — Прошу прощение за порчу нервов. Я пока не полностью контролирую это. Виновато улыбаюсь ему. Чувствую, что я всё испортила. Думаю, стоит уйти. Прощаюсь с этим приятным мужчиной и только собираюсь уйти, как меня останавливает вопрос: — Ты поможешь душам, точнее всем нам? Этот вопрос застал меня врасплох. Какое решение принять?