Нить в ладонях Барбатоса

Есть у деревьев голоса? Нет, просто ветер начался, Зашумели ветви На осеннем ветре. Агния Барто *****              — Ну наконец-то, — Венти с лёгкой усталостью опустился под сень величественного дуба у подножия статуи, вытянув ноги и запрокинув голову к ясному небу. Его губы тронула лёгкая улыбка. — Как же тут всё-таки хорошо..       — Эй! — где-то в стороне раздался тонкий, но настойчивый голосок. Бард повернул голову в сторону источника звука и заметил маленькую девчушку, лет восьми или девяти. На её лице читалась смесь любопытства и упрямства, а взгляд светился искренним интересом. — Что Вы тут делаете, дяденька?       — Ты это кого дяденькой назвала? — Венти тихонько рассмеялся, прикрывая рот рукой, будто скрывая смущение. — Неужто выгляжу так старо?              — Вам, конечно же! — девочка скрестила руки на груди, чуть нахмурилась и топнула маленьким каблучком. — И Вы так и не ответили на мой вопрос!       — О, прошу прощения, — с лёгким поклоном ответил бард, его голос был мягок, словно мелодия. — Я нашёл здесь пристанище от суеты мира. Ветра зовут меня сюда, чтобы напомнить о том, что свобода везде, где есть лёгкий бриз. А ты, маленькая леди, что здесь делаешь одна? Эти места не так уж безопасны из-за обилия в них хиличурлов.       — Какой Вы невнимательный, дядень… то есть… господин, — девчушка покачала головой, на мгновение сменив строгий тон на задумчивый. — У меня есть Глаз Бога. Разве Вы не заметили?       — Глаз Бога? — Венти слегка выпрямился, его изумление было неподдельным. — И какая же стихия благословила тебя, столь юную?       — Гидро… — тихо ответила девочка, опустив взгляд, а потом смущённо потёрла затылок. — А почему это Вас так удивляет?       — Кто бы мог подумать, что столь юное создание уже снискало милость небес, — тихо произнёс бард, склоняя голову в задумчивости. — Это означает, что в тебе живёт великая сила, подобная неукротимым водам.       Девочка внезапно сжала ручки в кулачки, словно решилась сказать что-то важное:       — Но... но иногда мне кажется, что это только приносит неприятности. Ребята из деревни смеются надо мной. Говорят, что это всё не по-настоящему.       — А ты знаешь, почему Глаз Бога приходит только к избранным? — Венти улыбнулся ей, но в его взгляде сквозила тень печали. — Это не просто награда, но и испытание. Твоё сердце сильнее, чем у тех, кто смеётся. И однажды они это поймут.       — Правда? Вы так думаете?       — Знаю, — Венти чуть опёрся на лиру, что всегда висела у него на плече. — Видишь ли, даже самые великие герои начинали с сомнений. Возьми, к примеру, Веннессу. Она была не только сильна телом, но и несгибаема духом.       — Веннесса... — тихо повторила девочка, и её глаза засияли. — Она была героиней! Она создала Ордо Фавониус, она сражалась за свободу своего народа!       — Да, она была величайшей, — Венти посмотрел вдаль, где облака всё так же уплывали за горизонт. Его голос стал мягче, почти неслышным. — Свобода была её песней. Но знаешь, что? Она никогда не позволяла сомнениям удерживать её.       Девчушка вдруг подбежала ближе, хватая его за рукав.       — Тогда и я буду как она! Я стану сильной, как Веннесса!       — Что ж, это достойное стремление, малышка, — Венти наклонился к ней, улыбнувшись. — Но помни: свобода — это не только сила. Это ещё и способность слышать свой собственный голос, даже если его заглушают ветра.       — А как... Как Вас зовут? — робко вымолвила она, слегка шаркнув ногой по мостовой и покраснев до кончиков ушей.       — Зови меня Венти, — юноша улыбнулся ей с такой теплотой, словно вечернее солнце пригрело затенённую улочку. — А как зовут тебя?       — Мэйуми Симидзу… — она неуверенно поправила выбившийся локон, теребя его пальцами. — Имя-то у меня неказистое…       — Что же ты, вовсе наоборот, — рассмеялся Венти, прикрывая рот рукой. — Оно, словно музыка, звучит нежно и мелодично.       Венти поднялся с колен и, отряхнув пыль с одежды, подошёл ближе:       — Позволь мне тебя проводить. Мир нынче не столь безопасен, как кажется.       — С-спасибо, — едва слышно пролепетала девочка, поспешно поклонившись, чтобы скрыть вспыхнувшее румянцем лицо. — Думаю, мне пора домой…       — Хорошо, — мягко произнёс он, поднимаясь с колен, где, казалось, разглядывал небо, словно в нём были сокрыты ответы на все вопросы. — Позволь мне проводить тебя до города. Мало ли что может случиться.       Мэйуми кивнула, и они вместе зашагали к городу. Она долго молчала, глядя на его высокий, чуть сгорбленный силуэт, пока не набралась храбрости взять его за руку.       — Можно… можно на «ты»? — тихо спросила она, будто опасаясь услышать отказ.       — Конечно, — Архонт чуть крепче сжал детскую ладонь, подарив девочке ободряющую улыбку. — Я был бы рад стать твоим другом.       Её лицо вновь вспыхнуло, но на этот раз она не отвела взгляда, а с лёгкой улыбкой ответила:       — Я буду только рада…

***

      — И ты представляешь, он так и сказал! — девушка вскинула руки, выражая явное недовольство.       Мэйуми, едва заметно усмехнувшись, лишь пожала плечами.       — Что ж, тут ничего не поделаешь.       — Эх, какая досада, — собеседница вертела в руках бокал с янтарной жидкостью, блеснувший в свете лампы.       — Может, уже хватит? — Мэйуми, закатив глаза, выхватила у подруги бокал и подняла его повыше. — Хватит злоупотреблять. Лучше закажи что-нибудь из еды.       — Эй, ты что делаешь? — воскликнула девушка, тщетно пытаясь дотянуться до напитка.       Мэйуми встала на цыпочки, ухмыльнувшись.       — Ну вот, теперь точно не достанешь.       — Ладно, сдаюсь, — отмахнулась подруга и, сделав вид, что обиделась, уселась на табурет. — Но с условием, что ты за меня заплатишь.       — Опять забыла кошелёк? — Мэйуми прищурилась, но всё же кивнула. — Хорошо, но это в последний раз.       — Ура! — девушка с неожиданной прытью обняла подругу, едва не сбив её с ног. — Вот за это я тебя и люблю!       — Да-да, — отмахнулась Мэйуми, вытаскивая кошелёк. — Но знай, в следующий раз я тебя оставлю голодной.       — Обещаю, — подруга поднесла руку к сердцу. — Честное слово!       После короткого спора девушки сделали заказ, и вскоре на столе появился поднос с дымящейся едой.       — Вот ваш ужин, миледи, — Чарльз поставил тарелки и, слегка поклонившись, удалился.       — Спасибочки, — отозвалась подруга, беря ложку. Она чуть наклонилась, сложив руки, и шутливо воскликнула:       — Итадакимас!       — Только побыстрее, — пробормотала Мэйуми, сладко зевнув. — Зная тебя, это растянется на часы.       — Эй, я ведь могу и обидеться, — та сделала вид, что расстроилась, но затем рассмеялась.       Спустя время, когда трапеза была завершена, девушки направились к выходу из таверны.       — Может, заглянем на вечернее выступление барда? — подруга умоляюще посмотрела на Мэйуми, словно надеялась на чудо.       — Хм, ладно, посмотрим, — неохотно согласилась та, отпустив её.       Они направились к главной площади, где уже собиралась толпа. У статуи Архонта звучала мелодия, сопровождаемая голосом, доносящимся откуда-то сверху:

На море вышел корабль один,

Имя ему было "Чайный Билли".

Ветра свистали, сжимая волну,

Эй, братья, грянем бурю!

Придёт вскоре купец, принесёт ром и чай,

Пусть отдых будет нам щедрым, пусть длится день-два.

Когда ловля закончится — уйдём в море вновь.

      Мэйуми замерла, заворожённая голосом барда, который, не прерываясь, пел о приключениях, о далёких землях и о храбрости тех, кто бросал вызов стихии.

Не прошло и двух недель, как из гавани мы,

Но кит за кормою зажёгся в волнах.

Капитан велел всем к оружию встать,

Что за улов будет славный!

Придёт вскоре купец, принесёт ром и чай,

Пусть отдых будет нам щедрым, пусть длится день-два.

Когда ловля закончится — уйдём в море вновь.

      Барду вторила лира, а толпа дружно хлопала в такт. Иоко, улыбаясь до ушей, покачивала головой в ритм мелодии.       — Знаешь, Мэй, если бы мы были на том корабле, — вдруг заметила она, — я бы точно стояла у штурвала, а ты сражалась бы с китами.              Мэйуми лишь усмехнулась.              — Тогда ты бы точно потерялась где-то в море, а меня бы затоптала стихия.       Иоко засмеялась, продолжая слушать барда. А он, не уставая, заканчивал свою песнь:

Прежде, чем киль опустился на дно,

Хвост кита поднялся, взметнулся высоко.

Мы схватились за гарпуны, но в миг

Он унёсся в глубины.

Придёт вскоре купец, принесёт ром и чай,

Пусть отдых будет нам щедрым, пусть длится день-два.

Когда ловля закончится — уйдём в море вновь.

      После завораживающего выступления барда площадь наполнилась восторженными возгласами:       — Браво! Великолепно!       — Потрясающе, Венти! Мы хотим ещё!       — Спой ещё что-нибудь, а я принесу лучшее одуванчиковое вино из "Долины Ангелов"!       — Одуванчиковое вино? Лучшего качества? — голос барда тут же оживился. Он подмигнул толпе, изящно поклонился и, широко улыбнувшись, ответил:              — Раз так, то могу ли я отказать?       Бард, излучая природное обаяние, спустился с небольшой сцены и вежливо выслушивал просьбы, улыбаясь каждому. Его голос и манеры казались лёгкими, как летний ветер.       — Эй, — Иоко слегка подтолкнула в бок задумавшуюся Мэйуми. — Он не тот ли самый Венти, о котором ты рассказывала?       — Я... — Мэйуми застыла, словно увидела призрака. — Я не уверена, но он так похож.       Сердце сжалось от волнения. Столько лет прошло с тех пор, как он исчез, и вдруг он здесь, совсем рядом. Его голос, бирюзовые косички, та же одежда, как в её воспоминаниях.       — Даже не верится... — прошептала она, сжимая подол своей юбки.       — Может, поговорим с ним после выступления? — предложила Иоко.       Мэйуми кивнула, стараясь унять дрожь. Пока Венти исполнял очередную мелодию, она пыталась справиться с вихрем эмоций. Где он был всё это время? Почему исчез? Что же случилось в конце концов?...       

***

      Ночь окутала Мондштадт, будто нежная вуаль, придавая каждому уголку города таинственность. Луна, словно стражница покоя, царила на небосклоне, разливая свой серебряный свет по крышам и мостовым. Воздух был насыщен ароматом лаванды, доносившимся с городских клумб, и лёгким привкусом вина — напоминанием о прошедшем празднике.       Выступление барда, пленившее сердца собравшихся, завершилось. Венти, усталый, но довольный, уселся на ограду фонтана, облокотившись на холодный камень. Его лира молчала, словно отдыхала вместе с хозяином. Прежний гомон зрителей сменился мелодией ветра, а звёзды казались слушателями, ждущими его следующей песни.       Мэйуми наблюдала за ним издали, её сердце то и дело учащённо билось. Вопросы, которые она лелеяла годами, наконец подступили к горлу: почему он исчез? Где был всё это время? Зачем оставил её, когда она нуждалась в нём больше всего?       Иоко, стоявшая рядом, чуть насмешливо наклонилась к подруге.       — Это он, правда? — спросила она тихо, не отводя глаз от барда.       Мэйуми не ответила сразу. Она боялась поверить собственным глазам: бирюзовые косы, искрящиеся весельем глаза, лёгкость походки и манера держаться — всё это словно воскресло из её детских воспоминаний.       — Да, — наконец выдохнула она, голос её дрожал, — это Венти.       Подруга улыбнулась, слегка толкнув её локтем.       — Тогда чего ты ждёшь? Подойди и поговори с ним!       — Я… — Мэйуми опустила взгляд, не зная, как поступить.       Иоко, видя её нерешительность, вздохнула, закатила глаза и, ухватив её за запястье, потянула к фонтану.       — Вперёд! Пока он не сбежал, как в прошлый раз!       Мэйуми, спотыкаясь, почти полетела вперёд, но в последний момент успела остановиться, оказавшись у самого барда. Венти, заворожённый ночным небом, не сразу заметил их приближение. Но когда её тень упала на его лицо, он опустил взгляд.       — Простите… Вы — Венти? — голос её был едва слышен, но достаточно громок, чтобы привлечь его внимание.       Бард улыбнулся, взглянув на неё.       — Узнаю этот голос, — сказал он мягко. — Мэйуми?       Она застыла, её мысли смешались с ощущением счастья и недоверия. Он помнил её.       — Это действительно ты… — прошептала она, стараясь удержать слёзы, но голос выдавал её волнение.       Иоко, наблюдавшая за их встречей, поспешно отступила, бросив на подругу ободряющий взгляд.       — Я… скучала по тебе, — голос Мэйуми дрожал, и она едва заметно опустила голову, словно пытаясь скрыть нахлынувшие эмоции.       Венти, внимательно наблюдая за ней, отложил лиру на край фонтана и поднялся. Его улыбка смягчилась, став почти печальной.       — Прости, что ушёл, ничего не сказав, — его голос звучал тихо, почти шёпотом, как будто слова, которые он произносил, были слишком тяжёлыми. — Но, может, поговорим там, где когда-то всё началось?       Мэйуми вскинула взгляд, её глаза встретились с его — глубокие, словно озёра, они отражали смесь удивления и надежды.       — В Долине Ветров? — она произнесла с замиранием сердца, словно не веря, что он помнит.       Бард кивнул, протягивая ей руку, как когда-то в детстве, и его улыбка вновь обрела тепло.       — Да. Пойдём.       Они покинули вечерний город, наполненный огнями и смехом. Узкие тропинки, усыпанные мягкой травой, привели их к Долине Ветров. Иоко, понимая, что её присутствие здесь излишне, осталась в городе, позволив подруге побыть наедине с прошлым.       Великий дуб, раскинувший свои могучие ветви, казался хранителем давних секретов. Его листья шелестели под лёгкими порывами ветра, а в тишине слышалось только слабое потрескивание древесной коры и редкие переклички ночных птиц.       Венти остановился у ствола дерева, положив ладонь на шероховатую поверхность, словно приветствуя старого друга. Его взгляд устремился куда-то вдаль, за горизонт, где тёмное небо сливалось с линией земли.       — Здесь я всегда находил покой, — начал он, и в его голосе звучали нотки задумчивости. — В этом месте, где ветер всегда рассказывает свои истории, я часто думал о тебе.       Мэйуми сделала шаг вперёд, остановившись рядом. Её пальцы коснулись края его плаща, будто она боялась, что всё это — лишь сон, который исчезнет, стоит прикоснуться.       — Почему ты ушёл тогда, не попрощавшись? — спросила она наконец, голос её был тих, но твёрд.       Венти отвёл взгляд, его руки опустились вдоль тела.       — Это было не решение, а необходимость, — ответил он после короткой паузы. — Я бы многое отдал, чтобы остаться, но порой даже самый свободный ветер подчиняется чужой воле.       Его слова звучали загадочно, но в них ощущалась правда, сокрытая за слоями недомолвок.       — Я хочу понять, — сказала она тихо, но уверенно.       Венти повернулся к ней, его лицо осветилось улыбкой, мягкой, как лунный свет.       — И ты поймёшь, Мэйуми. Только дай мне время всё объяснить. Сегодня — лишь начало.       Он протянул руку, и она, немного поколебавшись, вложила свою ладонь в его. Дуб, казалось, закрыл их от всего мира, предоставив им убежище для тех слов, которые так долго оставались невысказанными.

Продолжение следует...