Во власти твоего взгляда

Всё было изучено и отработано до мелочей. Она с пошлой улыбкой на лице сидела перед ним и водила ногой вверх-вниз по паху. Вот она закусила губу и села между его ног. Её рука расстегнула ремень, а он схватил её за волосы. Они были золотистыми и так красиво сверкали на солнце. Все в офисе считали её скромницей, послушницей и простым трутнем. Кто бы только мог подумать, что каждый будний день, в обед, она ублажает своего начальника. Сам же начальник крутил ей словно марионеткой, не видя в ней ни личности, ни просто стоящего человека. За пределами его кабинета она была серой мышью, а, лишь зайдя к нему, сразу же превращалась в обычную шлюху. Его даже забавляла эта ситуация. Он провел рукой по её лицу и хищно ухмыльнулся. Она стала поспешно одеваться, понимая, что время обеда вот-вот истечет. Он встал с кресла и подошёл к окну. Она, поправив очки, двинулась к нему вновь. Её руки стали гладить его тело через рубашку. – Я разве разрешал тебе трогать меня после секса? Ты же знаешь, это ничего не значит. Как и ты сама, – послышался чуть хрипловатый и бархатистый голос начальника. – Вы мне говорите это каждый раз. Вы так убеждены в своих словах? Сможете ли вы убедить весь офис в том, что вы не спите с подчиненными? Уже ходят слухи о том, что вы не просто строгий начальник, а тот, кто лишь пользуется своим положением для собственной выгоды. Он повернулся, удивившись её выпаду. Никто не позволял так общаться с ним, особенно эта мелкая серая мышь, которую можно раздавить, лишь наступив. Он вновь привычно улыбнулся, оскалившись. Схватив её за горло, он притянул её к себе и посмеялся. – Да что ты! – словно удивился он. – Разве я сплю с подчиненными? Кто тебе сказал? Слухи не всегда правдивы, моя хорошая. Она сглотнула, почувствовав, что воздух заканчивается. Он лишь сжимал свою руку крепче. – Зачем же ты сюда приходишь каждый день, раз считаешь меня таким ужасным? Ты настолько несчастна и одинока, что тебя некому трахать, кроме меня? – его тон становился лишь жестче. – О-от… – Что-что? Я не слышу, Мэри, – тон вновь стал мягче, но она знала – это лишь иллюзия. – О-отпусти… отпустите меня… мистер… Леттенхоф…. Пожалуйста, – она хрипела и хотела лишь высвободиться из этой хватки. Юлиан с ухмылкой на лице отбросил её в сторону и прошипел: – Убирайся. Мэри выбежала из кабинета, кашляя и пытаясь выровнять дыхание. Леттенхоф сел за стол. Он был красив и явно понимал, чем он так заинтересовал Мэри. Да впрочем, не её одну. Многие дамы ползали в его ногах, желая отдаться. Но Юлиан был не из тех, кто мог бы спать с каждой второй. Он выбирал себе марионетку, которая была без ума от него и его большого… авторитета. А его авторитет действительно был огромен. Компания мистера Леттенхофа лишь процветала. Сделки за сделками заключались с различными компаниями. Многие были удивлены такой удивительной способности – обаять людей с первой секунды. Но кто ж знал, что за милой улыбкой, покоряющей сердца работодателей и многочисленных дам, скрывается такая гнилая душа. Медленный и чуть ленивый взгляд скользнул по часам, висевшим на стене кабинета. Обеденный перерыв уже закончился. За стенами слышались голоса офисных работников. Вдруг телефон Юлиана завибрировал. Он взял трубку. – Да, слушаю. – Мистер Леттенхоф? Добрый день. – Ах, мистер Смит. Здравствуйте, – фальшиво улыбнулся Юлиан. – Спешу вас уведомить, что сделка состоится сегодня в семь часов вечера. Вы будете свободны к этому времени? – Более чем. – Отлично. Тогда до встречи. Юлиан чувствовал себя как рыба в воде. Вновь на горизонте была сделка, которая должна была принести неплохую сумму денег. Встреча должна была пройти в каком-то-там ресторане, который Юлиан, честно признаться, плохо запомнил. Но это было несущественной деталью. Он поднялся и вышел из кабинета. Рядом околачивались некоторые дамы, которые, несмотря на рабочее время, кажется, совсем не желали работать. – Обеденный перерыв закончился. Или вам нужно особое приглашение? Некоторые девицы просто плавились от властного тона мистера Леттенхофа. Было ли это ему на руку? Иногда. Но не сейчас. Он наблюдал за этими влюбленными глазами и хотел ударить каждую из девушек. Иногда его превосходство над людьми считали чем-то сексуальным и до боли возбуждающим. Иногда это бесило даже самого Юлиана. Как сейчас. Он сделал разворот и услышал за своей спиной перешептывания. Такие горячие и жаркие, словно стены сейчас расплавятся. Юлиан развернулся вновь и, перестав скрывать свой гнев, сжал кулаки. – За работу! Иначе штраф в особо крупном размере! Девушки, чуть вздрогнув, разбежались по своим рабочим местам. Возможно, мечтали, чтобы этот «штраф в особо крупном размере» превратился в дикий секс в кабинете начальника. Но Юлиану было на них и их мечты и желания плевать с высокой колокольни.

***

На часах уже в скором времени должно быть семь часов вечера. Обычно Юлиан приходил позже назначенного времени. Даже если это была официальная встреча, как сегодня. Но что-то пошло не так, и сейчас он сидел за столиком в каком-то-там ресторане и ожидал партнеров. Вальяжно рассевшись на стуле, Юлиан стал что-то смотреть в телефоне. Кажется, это были новости сегодняшнего дня. Но было совершенно неинтересно, поэтому он и не запомнил. Он поднял глаза, услышав звук отодвигаемого стула. Леттенхоф был уверен – мистер Смит выглядел по-другому. Он всегда носил очки и был при параде. Независимо от дел. Но сейчас перед ним восседал весьма странный мужчина. Его седые волосы были заделаны в пучок. Странно, что седые, ведь выглядел он на тридцать. На его лице была полухищная улыбка. Мужчина молчал и не сводил взгляда с Юлиана. – Кто вы такой – мне совершенно неинтересно, – сказал Юлиан абсолютно равнодушно. – Сейчас сюда придут мои партнеры по работе, так что, будьте добры, освободите столик. Мужчина усмехнулся и сложил руки на груди. Ему словно было плевать. – Ты уверен? Думаю, ты вряд ли хочешь провести этот вечер в компании занудных трутней, работающих лишь для своей собственной выгоды. Я же могу предложить тебе нечто более интересное. Седоволосый мужчина улыбнулся и снисходительно посмотрел на Юлиана. У того в груди заклокотала ярость из-за тона, которым разговаривал этот человек. Но он лишь усмехнулся и глянул куда-то в сторону. – Во-первых, с вами мы на «ты» не переходили. Во-вторых, мы совершенно не знакомы, чтобы вы мне что-то предлагали. В-третьих, валите к черту отсюда и не мешайте мне предаваться спокойствию и одиночеству. – Второй пункт мне нравится больше, – хмыкнул мужчина. – Поэтому осмелюсь спросить твое имя, мальчик. Юлиан усмехнулся и сжал кулак под столом, готовясь врезать этому странному типу. Но он умел скрывать свой гнев и показывать его в самый подходящий для него и неподходящий для других момент. – Допустим, меня зовут Юлиан. И не знаю, почему вас так интересует мое имя. Но, раз на то пошло, скажите же свое. – Для тебя знать мое имя совершенно не важно. Зови меня Господин, точно не ошибешься, – наглая улыбка расплылась на его лице. Это было уже слишком. Юлиан не стерпел такого отношения к себе. Будет он ещё кого-то Господином называть. Юлиан – сам себе господин. Он усмехнулся и рывком поднялся с места, занеся кулак для удара. Но, лишь встретившись взглядом с мужчиной, почувствовал боль во всем теле. Туман стал властвовать в его голове и подчинил себе его мысли. Дальше Юлиан уже ничего не помнил.

***

Юлиан пришёл в себя, лишь стоя перед этим странным типом в какой-то комнате. Что они здесь забыли – было не понятно. Мужчина привычно улыбался. Нагло и властно. – Не спеши истерить. Тебе это уже не поможет. Леттенхоф огляделся и почувствовал гнев. Путь в неизвестность приводил в ярость. Он уже успел пожалеть, что так и не врезал этому мужчине. Что вообще происходит – Юлиан не понимал. Он усмехнулся и попытался более-менее понять ситуацию. – Куда вы меня привели? Похитили? Спешу вас уведомить, это незаконно. – Знаешь все законы? Юрист? Хм, таких у меня ещё не было. Но, мальчик, закрой рот. И повторюсь, тебе уже ничего не поможет, – мужчина сделал паузу, наблюдая, как в глазах Юлиана сверкают молнии. – Ты теперь моя марионетка. Будешь выполнять мои приказы. – Что? Да никогда в жизни! Кто ты вообще такой, чтобы так со мной обращаться?? Ярость клокотала внутри. Но этот выпад был ошибкой Юлиана. Он непременно бы всё-таки осмелился ударить этого мерзкого типа, но не успел. Только он подумал об ударе, его пронзила боль, и Юлиан схватился за грудь и живот, думая, что он непременно сейчас умрет. Боль была жгучей, острой, неприятной. Он бы несомненно рухнул и крючился бы уже на полу, но седоволосый мужчина схватил его за горло и сжал. Совсем как он сегодня несчастную Мэри. Юлиан стал хрипеть и задыхаться. – Ты никогда больше не посмеешь так со мной разговаривать! Если ещё раз подобное повторится, ты будешь мучиться от боли, поверь мне, не одну минуту. И, как я уже говорил, ты обязан называть меня Господином. Он швырнул Леттенхофа на пол. Юлиан откашлялся и произнес: – Тебе это с рук не сойдет, ты, ублюдок! Я не стану тебе подчиняться! Юлиан поднялся с пола и заспешил к двери. Лишь открыв её, он почувствовал холодную руку на своем запястье. Моментально он был развернут. Вновь боль пронзила всё тело. Хотелось лишь умереть. – Даже так? – хмыкнул мужчина. – Хочешь прекратить эти мучения? Так попроси же меня. – Перестань немедленно, – через боль произнес Юлиан. – Не-ет, мальчик, так не получится. Как я просил к себе обращаться? Юлиан долго боролся с собой. Он ни в коем случае не хотел подчиняться этому мужчине. Но боль была настолько сильной, что он лишь смог сказать: – Отпустите… Господин… Внезапно боль прекратилась. Юлиан взглянул на мужчину. Тот довольно улыбался. Правда, его улыбка была с нотками хищничества, властности и горделивости. Самовлюбленный, сумасшедший кретин. – Прекрасно. Ты быстро учишься, – сказал мужчина. – И да, теперь тебя зовут Лютик. Привыкай. Мужчина оттолкнул Юлиана, предварительно посмотрев на него. Его взгляд вновь чуть задурманил разум Леттенхофа. Он вышел за дверь, а сам Юлиан прошёл в глубь комнаты и сел на кровать. Он услышал крик «Сара!» и поднял голову. В комнату зашла женщина сорока лет. Её черные волосы были коротко стрижены. Она улыбнулась, заприметив Юлиана. – Ну привет, марионетка, – тут она осеклась и прикрыла рот. – Ой прости, это излишки профессии. Меня зовут Сара, я тут горничная. – Может, хотя бы ты объяснишь мне, что тут происходит? – спросил Юлиан. – Ты даже не представляешь, сколько раз я это делала. Господин же не будет отвечать на подобные вопросы, – Сара махнула рукой и села рядом с Леттенхофом. Она, прокашлявшись, начала, – Увы, но теперь ты под властью Господина. Поверь, отсюда не сбежишь. Даже не пробуй, он найдет тебя и очень сильно накажет. Будет больно и страшно, так что ты сиди здесь и выполняй его приказы. – Оке-ей, – протянул Юлиан, как бы понимая, что здесь происходит. – Что в вашем понимании «марионетка»? Почему ты и он меня так назвали? – Ты сам узнаешь. Узнаешь, что тебе придется делать, – Сара потупила взгляд, но потом улыбнулась, посмотрев на Юлиана. – Но ты это будешь делать фактически на автомате. Не сам. Это, безусловно, плюс в подобных делах. – Мне уже стоит бояться этого типа и его прихотей? – как-то грубо спросил парень. – Думаю, стоит, – тихо произнесла Сара. – Допустим, я всё принял, понял и осмыслил, – вздохнул Юлиан, запустив пятерню в волосы. – Почему он, черт возьми, дал мне новое имя? Лютик? А глупее он ничего не придумал? Сара тихо посмеялась, прикрыв рот рукой. – Все до тебя носили «цветочные» имена. Господин владеет цветочной лавкой и очень любит цветы. – Стой… «Все до меня»? Это кто же, интересно? И что с ними стало? – Такие же, как и ты, марионетки. Они… умерли. При выполнении приказов Господина, – Сара потеребила подол платья и грустно вздохнула. – Ещё интересней, – схватился за голову Юлиан. – Почему именно я, боже… А этот тип, он кто? Колдун, что ли, какой-то? Почему под его взглядом я крючусь от боли либо моментально забываю, что происходит? Сара прокашлялась и почему-то не ответила. Юлиан понял и без слов – этот тип действительно был неким колдуном. И сбежать Юлиану отсюда не удастся ни при каких обстоятельствах. Придется лишь принять свою судьбу и как-то смириться с тем, что ему принесут будущие приказы странного типа.