Во власти твоего взгляда

Да, тот самый день перевернул их жизни. Но в хорошую или плохую сторону – нужно было ещё подумать. Этим и занимался Юлиан. Он любил, но не видел в этой любви смысла. К Геральту тянуло, но здравый смысл отталкивал его. Хотя заметно это не было, потому что первое время Юлиан совершенно не слышал свой разум, потому что тонул в Геральте. Ведь случилось то, чего он ждал так давно! Разум был пьянен, но всё-таки притормаживал Юлиана время от времени, и Леттенхоф ощущал боль. Такую неправильную и неприятную, но её приходилось принимать. – Геральт? Тот что-то промычал в знак того, что весь во внимании. Юлиан прислонился спиной к плечу Геральта, думая. Пока сам Геральт ни о чём не переживал и читал книгу, сидя на диванчике в библиотеке. – Ты знал о моих «возвращениях» в реальность, когда во время убийства я становился собой, – начал Юлиан. – Так почему же не остановил это? И почему вообще всё это происходило? Это же странно. Геральт вздохнул. Говорить об этом почему-то не хотелось. Но он хотел быть честен с Юлианом. – Это из-за моих чувств к тебе. Не поверишь, сколько раз я уверял себя, что это всё бред, и так быть не должно. Позже вообще начал срываться. Ты понимаешь, о чём я. Все эти моменты ты пережил со мной. Моя любовь к тебе словно противилась всем этим чарам, а я старался закрывать на это глаза. Правда, становилось всё хуже. Тебе становилось хуже. А я уверял себя, что мне тебя не жаль. И приносил ещё большую боль, как и всем предыдущим марионеткам. Ладонь скользнула по телу Юлиана и накрыла его руку. Тот сглотнул. Ему стало не по себе от слов Геральта. После них всё только ухудшилось. Каждую ночь он пребывал в состоянии, граничившим с безумием. Это из-за чувств Геральта он страдал! Если бы мужчина не любил его, Юлиан бы, не понимая, что происходит, погиб от руки Йеннифэр несколько дней назад. И это было бы, чёрт возьми, прекрасно! Чем принимать такую любовь Геральта. Юлиан не показывал своего состояния перед Геральтом, потому что, несмотря на это всё, хотел раствориться в их любви. Они целовались, и Леттенхоф успешно забывал о своих страхах. Но как только Геральт уходил из его поля зрения, осознание неприятной страшной боли пронзало его голову, сердце, и хотелось лишь сбежать от неё и Геральта. Как казалось Юлиану, они не могут быть вместе. Воспоминания о действиях Геральта, когда для Юлиана он был ещё Господином, накрывали и не отпускали. Юлиан задыхался от этого. Боль ела его изнутри, не позволяя дышать и спокойно существовать.

***

Геральт любил и хотел оставаться любимым. Его, по правде говоря, ничего не тревожило. Да, странно, что он влюбился в свою марионетку. Но сейчас это было настолько неважно, что теперь его (бывшая) марионетка стала самым дорогим человеком в мире. Он пьянел от любви и мечтал навсегда остаться с Юлианом. Даже решил, что откажется от «чёрного» бизнеса. Не хотел больше быть жестоким. Ради Юлиана. Заглянув в комнату парня (а Геральт предлагал начать жить в одной комнате), мужчина его не нашёл. Он прошёлся по всему дому – тоже нигде его не было. Спросил у Сары – она и понятия не имела. Геральт стал переживать. В конце концов, и в саду Юлиана не оказалось. Мужчина был уверен, что Леттенхоф бы непременно сказал, что куда-то ушёл. Значит, что-то было не так. Он уже давно разорвал связь между ним и Юлианом. Она предназначалась лишь для марионеток. Сейчас это было бы неправильно. Благодаря такой связи Господин знал, где в данный момент его марионетка и во время убийства иногда управлял ей. Сейчас с трудом стал восстанавливать связь между ним и Юлианом. Это было больше в целях спокойствия души, потому что Геральт в данный момент чувствовал что-то плохое. Что-то, что могло разорвать их отношения, как огромная стена. В один момент его попытки увенчались успехом. Он с болью в сердце увидел, как Юлиан едет на такси в аэропорт… Геральт сглотнул и прислонил ладонь ко лбу. С чего Юлиану улетать отсюда? Что произошло? Всё было так странно, но Геральт желал лишь одного – остановить Юлиана. Геральт не хотел терять времени. Да и было бы глупо, если он решил остановить парня и наконец узнать, почему тот решил улететь. Он побежал к автомобилю. Быстро сев на водительское сидение и выехав на дорогу, Геральт сильно удивил стоящего рядом Ламберта. Мужчина взял в руки телефон и стал звонить Юлиану. Тот не брал трубку, чем раздражал Геральта. Всю дорогу он звонил и думал, что, чёрт возьми, происходит? Геральт так хотел остаться с Юлианом и никогда не отпускать. Но тот думал по-другому? Но почему? Никаких причин на то, кажется, не было. Да и что могло изменить решение Юлиана за несколько часов? Ночью Геральт неспешно покинул комнату Юлиана, так как позвонили из цветочного магазина и попросили срочно приехать. Всё, блять, было хорошо! Геральт нажимал на газ и ещё надеялся спасти своё счастье. Вскоре Геральт подъехал к аэропорту и вмиг выбежал из машины. Знал, что Юлиан уже в здании, но самолёт в скором времени должен был уже взлетать. Геральт забежал в аэропорт и стал искать глазами Юлиана. Увидев, несколько обрадовался и, подбежав, окликнул: – Лютик! Тот остановился и ещё пару секунд стоял на месте, пока не повернулся и не встретился взглядом с Геральтом.

***

Становилось всё труднее и труднее. И настолько бессмысленно, что душило, сжимая в тиски. Юлиан не хотел больше оставаться в этом доме. И в принципе жить и видеть Геральта не хотелось. Это всё неправильно! Настолько, что Юлиан мечтал задушить себя и прекратить свою жизнь рядом с Геральтом. Он устал от постоянно терзающей боли, от мыслей, что после последних событий стали ещё неприятнее и страшнее. Жить в доме своего бывшего хозяина, что обращался с ним как с рабом, было выше его сил. Да и любить этого хозяина, встречаться с ним было так сложно. Юлиана словно прошибало током рядом с Геральтом, а в его отсутствие он погибал от боли в груди, сжигающую его. Он не мог с этим жить. Не мог принимать всё так, как есть. Он не должен был влюбляться в Геральта, а Геральт – уж ни в коем случае – не должен был влюбляться в него. Юлиан не хотел жить с этими мыслями. И всегда врал Геральту, что хочет жить с ним. Не хочет! И никогда не хотел! А всё из-за чёртовых воспоминаний об убийствах и острой боли. Благодарил Юлиан Геральта лишь за прекрасные дни любви и за то, что отдал все его вещи, что успешно забрал при первой встрече. Вернул даже сим-карту. Теперь Юлиан мог сбежать, потому что так хотелось оборвать все связи, не видеться с Геральтом. И в конце концов, зажить спокойной жизнью без боли. Юлиан верил, что переболеет Геральтом рано или поздно. Стоит лишь подождать. А сейчас, когда Геральт уехал по делам, было самое подходящее время, чтобы сбежать. Юлиан набрал номер такси и заказал его, попросив, чтобы водитель приехал на другую улицу. Так безопаснее. Через двадцать минут Юлиан вышел из дома, пытаясь быть не замеченным. Сара была как обычно с садовником. А Ламберт увёз Геральта, поэтому было чертовски удобно сбегать. Оставаться в этом городе и в этой стране не хотелось. Геральт может найти Юлиана. А если улететь в другую страну, то есть вероятность, что магия Геральта не сработает, и он не сможет выследить, где Юлиан. Парень решил улететь в другую страну, к своему другу. Подальше от Геральта и самого себя. Юлиан запрыгнул в только подъехавшее такси и назвал адрес своей квартиры. Как же давно он там не был! Но сейчас было важно лишь уехать и оборвать все ниточки. Юлиан каким-то чудом купил билет на рейс через три часа. Он вполне себе успевал, если ничего не помешает. Когда такси остановилось у дома Юлиана, он быстро вбежал в свою квартиру. Времени на радость освобождения и появления в своем же доме не было. Юлиан быстро скидал то, что понадобиться на первое время. Остальное можно купить на месте. На сборы он выделил себе лишь десять минут. Такси так и осталось у выхода. Он решил не задерживать ни водителя, ни себя. Совсем скоро Геральт мог узнать об исчезновении Юлиана и отыскать его. А колдуну это давалось слишком легко. Запрыгнув в такси, Юлиан сказал водителю ехать в аэропорт. До рейса оставалось полтора часа. Леттенхоф молился всем богам, чтобы за это время Геральт не стал его искать. Иначе всё могло пойти не по плану. А этого Юлиан никак не хотел. За время поездки он уже не думал. Устал. Устал настолько, что не было сил. Но хотелось кричать и бежать куда глаза глядят. Всё надоело. Юлиан устал от такой жизни. Теперь, по правде говоря, было сложнее и тяжелее. Хотелось начать новую жизнь, забыв эту как сон. В некоторой степени страшный, в некоторой – до боли приятный. Юлиан закусил губу, вспомнив горячие поцелуи Геральта. Но решение так и не поменял – нужно бежать. И как можно быстрее. Юлиан пытался отгородить себя от съедающих его мыслей. Легче не становилось. Но перемены сулили прекрасную жизнь. Правда, знал, что первое время будет сложно, так как он безумно любил Геральта. Но остаться с ним никак не мог. Неправильно. Неправильно, чёрт возьми! Такси остановилось у аэропорта. Юлиан протянул деньги и вышел из машины. До рейса оставалось полчаса. Он вбежал в аэропорт. Сердце колотилось так, будто Юлиан был под тяжёлыми наркотиками. Но сомнений не было. Он верил в свой план. Юлиан должен сбежать. Иначе будет только хуже. Взяв купленный онлайн билет, он пошёл по аэропорту. Юлиан восстанавливал дыхание и считал минуты до рейса. – Лютик! – Твою мать, – выругался Юлиан. Поворачиваться не хотелось, но что-то заставило, и он встретился глазами с непонимающим взглядом Геральта. Сожалеет. Не понимает. Хочет вернуть. Но этого никогда не случится. Они не могут и не должны быть вместе. Геральт подошёл ближе и протянул руку. Хотел провести по щеке и прижаться своими губами к его. Но Юлиан поспешно отстранился и произнёс: – Не называй меня так. Кажется, словно ты сейчас принесёшь мне боль своим взглядом. Было произнесено грубо и резко. Геральт поморщился и убрал руку, оставив прикосновения на потом. Было больно, но он держался и смотрел в голубые глаза. – Почему ты убегаешь? Ты боишься меня? – Не боюсь, – ответил Юлиан. – Но меня постоянно гложут воспоминания и боль. Они съедают меня, не давая жить и любить тебя. Мы не можем быть вместе. Внутри Геральта всё рухнуло. Он хотел остановить Юлиана и остаться с ним. Но сам Юлиан всё обрывал, рушил, сжигал мосты, делал больно Геральту и бежал. Бежал от него, мыслей, воспоминаний, боли и любви. Любовь разбивалась внутри Юлиана и резала своими острыми осколками душу и сердце. – Послушай, мы можем это исправить. Вместе, – Геральт пытался вразумить Юлиана. – Я очень сожалею, что наши отношения и знакомство начались настолько ужасно. Да, я влюбился в тебя ещё раньше, чем ты меня узнал. Но я не хотел в это верить, делая тебе всё больнее. Это всё произошло из-за меня, я знаю. Ты сбегаешь из-за меня. Но я хочу быть с тобой. Юлиан молчал, потому что всё уже решил. И не сможет он жить с Геральтом, что-то исправлять. Потому что всё было настолько сложно, что в конце концов Юлиан просто убьет себя этим. Уж лучше прекратить всё вовремя, а не растягивать эту больную любовь до того момента, когда Юлиан перестанет что-либо чувствовать. Этого допускать не хотелось. Юлиан сделал шаг назад, отгораживая от себя Геральта и возводя между ними невидимую стену. – Нет, Геральт, ничего не получится, – деланно равнодушно сказал он. – Я отравлю этой любовью себя. Ты, возможно, нет. Но тебе будет больно от моей боли. Я должен уйти. Должен оставить тебя и твою любовь. Я не смогу забыть то, что было. Только если ты не сотрёшь мне память. Мало ли вы, колдуны, можете делать и так. Грустная усмешка проскользнула на губах Юлиана. Сложно было это говорить, но так было правильнее всего. Геральт сжал кулаки и мечтал сейчас лишь поцеловать Юлиана. Но знал, что тот ни при каких обстоятельствах не поддастся. – Ты не прав. Тебе станет хорошо и комфортно, лишь пройдёт время, – Геральт нахмурился. – Ты рано сдался. Если ты, чёрт подери, любишь, то зачем оставляешь свою любовь за гранью своих убеждений и принципов? Ты испугался, Юлиан. Настоящее имя пронзило слух Леттенхофа и отразилось звенящим эхом. Геральт никогда не называл его так. От этого стало лишь больнее. Юлиан сжал кулаки, почувствовав щипание в носу. Он выдохнул и чётко произнёс: – Я не испугался. Я просто здраво мыслю и не вижу в наших отношениях чего-то настоящего и того, что сможет исцелить меня. Не хочу постоянно обманывать себя и жить глупыми надеждами. Наши отношения не кончатся ничем хорошим, Геральт, пойми ты наконец! После всего, что было, глупо оставаться невинной глупой парочкой. Нам нельзя быть вместе, и я убеждён в этом. Юлиан не хотел продолжать этот разговор, доказывая Геральту, что они не могут быть вместе. До рейса оставалось пять минут. Необходимо было уходить. Юлиан развернулся, не желая смотреть в полные сожаления глаза Геральта. – Я люблю тебя, – наконец произнёс мужчина. Пути назад не было. Юлиан сглотнул и, сжав кулаки и не оборачиваясь, произнёс: – Прощай, Геральт. Он пошёл вперёд. Ни разу не оглянувшись. Да и незачем уже было. Всё прошло. Упало, кануло в небытие. Лишь Геральт смотрел на силуэт Юлиана, пока тот не скрылся из его поля зрения. Это был его Юлиан. Когда-то он был его и принадлежал ему как марионетка, но теперь он был его, потому что оба любили друг друга. Но и это время, совсем короткое, прошло. И сейчас Юлиан уходил, ничей, одинокий и погружённый в свои глупые убеждения непоправимости ситуации. Всё закончилось так же ужасно, как и началось. Будут ли они вспоминать друг друга? Безусловно. Но каждый осознает свою потерю в разное время. А пока всё было как во сне. В мечтах было проснуться и обнять любимого человека. Но это были лишь мечты, что в скором времени будут стёрты испепеляющими чувствами непринятия такой, новой жизни.