Нити судьбы

       Вечером домой за Сциллой зашла её коллега Анакостия.        — Ты вся светишься. Красивый клиент?        — Просто настроение хорошее.        — Настроение или качественный секс? — игриво спросила Анакостия.        — Заткнись, — смутилась Сцилла.        — Вау, профессор Расмхорн еще что-то способно смутить. Ладно, пойдем. Впереди прекрасная ночь и тебе еще меня домой тащить.        — Все так плохо?        — Не смешно.        Весело подтрунивая друг над другом, подруги зашли в бар.        — Мне срочно нужно покинуть тебя, — внезапно сказала Анакостия.        — Прошу, не выпей весь алкоголь в этом баре, — смеясь сказала Сцилла и прошла в зал.        Было многолюдно. Как и многим другим, Сцилле просто хотелось напиться и хорошо провести время, как вдруг её внимание привлекла знакомая прическа и её обладательница самых ослепительных в мире волос. Раэлль Коллар. Снова.        Раэлль стояла спиной к Сцилле и увлеченно беседовала с подругами. В одной из них Сцилла разглядела Талли, а в другой…        Эбигейл Беллвезер. Стажер с 4 курса и большая заноза в заднице. Они познакомились на задании, где профессор Расмхорн была куратором, а Эбигейл этим самым стажером. Две недели безумия, полгода депрессии и большой чемодан недоверия к людям оставила Эбигейл Сцилле на память. «Нужно немедленно выпить», — подумала Сцилла и уверенным шагом направилась в сторону бара.        — О, посмотрите, кто это тут у нас! — Эбигейл не могла оставить без внимания знакомый силуэт.        — Что? — Раэлль обернулась, желая понять, что вызвало такую реакцию у подруги, — это же профессор Расмхорн, — сказала Раэлль, — она ведет у меня историю искусств в университете.        — О, да. Она ведет кроме этого еще кое-что, — Беллвезер презрительно усмехнулась.        — Что ты имеешь ввиду? — нахмурилась Талли.        — Я встречалась с ней некоторое время назад. Она абсолютно отбитая, неуравновешенная, эмоциональная стабильность не её конек. К себе она не позволяла даже прикасаться, у неё какой-то комплекс, я особо не разбиралась, просто бросила её через две недели и не брала трубки. В шоке от того, какая она мерзкая и больная. Надеюсь, она нашла себе такую же конченую как она.        Раэлль не могла слушать это спокойно. Понятное дело, она не знала Расмхорн как человека, но в любом случае, профессор казалась ей абсолютно не тем человеком, которого описывала Беллвезер.        — Эбигейл! Остановись! — Раэлль не могла поверить, что её подруга способна на такие заявления.        — Чего ты её защищаешь? Она, может, хороший преподаватель, великий исследователь истории искусств, но также знай, что особый интерес она питает к извращениям.        — А давно ты с ней встречалась? — вдруг спросила Талли.        — Около полугода назад.        — Интересно, — сказала Талли и переглянулась с Раэлль.        Именно в это время Сцилла снова стала много работать на второй работе. При этом брала много заказов и все время была чересчур радостна. Это было настолько заметно, что её вызвал главный директор и рекомендовал немного отдохнуть. Талли и раньше замечала особые перепады настроения у мастера, но значения им не придавала. Не придала она значения и в тот раз, когда Сцилла не появлялась на работе неделю, ссылаясь на усталость. Хотя отличалась выносливостью. Все это не на шутку встревожило Талли, ведь именно Сцилла устроила её на эту работу, где к ней впервые не приставали и при этом хорошо платили. Талли была ей очень благодарна и ей было некомфортно слушать сейчас такое о Сцилле.        — Аккуратнее с ней, мой вам совет, — продолжила Эбигейл, — не успеете заметить, как она вам язык отрежет и в горло засунет.        — Привет, а чего мы в такое позднее время и не спим? — Анакостия была как всегда внезапна, — Расмхорн, смотри кого я здесь нашла?        Сцилла подошла к Анакостии, которая весело пританцовывала, держа в руках бокал. Встретившись глазами с Раэлль, Сцилла тут же отвела взгляд. Эбигейл нахмурилась.        — Что такое? Ты не сдала ей реферат? Чего это она на тебя пялится?        — Как вы разговариваете в присутствии профессора, Беллвезер? — Анакостия была на пределе.        — Все хорошо, давай пойдем, — Сцилла больше всего на свете хотела выйти из здания, немного подышать.        — Почему ты её боишься? Она просто девчонка, у которой свербит в одном месте, — Анакостия повернулась к Эбигейл. — Что, опять мальчик не дает, Беллвезер? Ты же к нему вернулась, когда бросила мою подругу? — глаза Анакостии метали молнии.        Талли стояла и кусала щеки с внутренней стороны рта, а Раэлль смотрела как по щекам Сциллы скатываются слезы.        — Я её не бросила, а вежливо оставила в покое, как и стоит поступать с такими как она. Лучше отведи её к врачу. Ей явно требуется помощь специалиста. Сама не знает чего хочет. Не способна на адекватные отношения. Как её вообще на работу взяли…        — Я немного подышу, — с этими словами Сцилла направилась к выходу. Позади были слышны переругивания Анакостии и Беллвезер.        Выйдя из бара, Сцилла подошла к стене и закурила. Долгожданная сигарета начала приводить в порядок мысли в голове. Свежий воздух и тишина понемногу успокаивали Сциллу. А ведь еще минуту назад она еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться прямо в центре бара из-за всех этих слов, которые Беллвезер все-таки сказала в присутствии стольких человек. И в особенности в присутствии Раэлль. Черт знает что еще Беллвезер успела сказать о ней Раэлль. Сцилла ощущала будто потеряла что-то важное после этого диалога. Сигарета закончилась, а Расмхорн продолжила стоять в полном смятении у стены.        — Что она себе позволяет — так говорить о тебе в присутствии студентов! Я этого просто так не оставлю, — Анакостия неслышно подошла сзади, чем немного встрепенула Сциллу, — Давай вернемся и продолжим наш вечер? Ничего не должно портить время для отдыха. Пойдем! Найдем тебе кого-нибудь, — Анакостия приобняла подругу.        Сцилла благодарно на неё посмотрела. Несмотря на внешний грозный вид, на самом деле Анакостия была очень добрым и чутким человеком.        — Хорошо, — Сцилла обняла подругу за плечи и они направились обратно в здание.