Сорян

Я думаю, однажды ты передумаешь. Скажешь, что мы хорошая пара, что можно всё вернуть, и мне останется лишь прийти к тебе снова. Может, ты и забыла уже обо мне, прошло столько грёбанных лет... А я помню, и поверь, что никогда не забуду твои духи с этим новым для меня запахом счастья с карамелью, твои глаза, в которых отражлся мой мир, который мог бы с лёгкостью рухнуть, если бы ты приказала. Я понимаю тебя. Я понимаю твои чувства. Ты не из тех, кто мог бы делать счастливым другого в несчастье себе. С детства мне мама говорила, что такие как я это больные люди, и по-моему она была права. Моя любовь к тебе была тем ещё адом, болезнью, будто с температурой под сорок градусов - невнятной галлюцинацией, когда не понимаешь, ты ли это или очередная тень. Моя любовь к тебе - болезнь, я чувствую такую боль, которая подобна лишь раку мозга на последней стадии, такой же ад, такая же агония, когда хочется лишь умереть, лишь бы снова не чувствовать это. В груди снова отдаёт чем-то жгучим, прожигающим все мягкие ткани всей грудной клетки. Ревность, будто бурлящая кислота, разъедает всё, что я пыталась обезболить так долго. Прошу, не дай мне умереть от боли. Не подходи к нему, не говори с ней, я прошу. Как бы эгоистично это не звучало. Я клянусь, если ты ещё раз прикоснёшься к нему, мне не поможет даже морфий. Твоя родинка, боже, нет, я не хочу вспоминать. Я и так помню. Я сошла с ума, я везде тебя вижу. Для меня уже не существует этой девушки с рекламного плаката, для меня нет случайного прохожего. Есть только ты, и всегда я задаю себе лишь один вопрос:"Действительно ли это ты, или лишь виденье?" Кто-то говорил, мол, это пройдёт, подростковое. Почему тогда это "подростковое" длится вечно? Мне нужна она, ну а я ей - нет.