Зайдя в самое обычное литературное издательство, в которое Которо заходил каждый месяц с новыми сочинениями (кто бы мог подумать, что он так много и часто пишет то, что людям очень нравится), он почувствовал странное чувство. Совсем новое чувство, что не испытывал ранее. И человек, что вызвал эти чувства, сидел неприметно за стойкой в очках и что то печатал в ноутбуке. Когда парень за стойкой поднял голову, то в издательстве никого не было. Которо бежал со всех ног домой, ведь у него в голове проснулась идея для целого романа.
*** - я на неделе написал кое-что, хочешь послушать? - почти мурлычет Кейджи, слегка поворачивая голову к Котаро - конечно хочу, - непривычно тихо говорит Бокуто, прикрывая глаза, проваливаясь в чувство успокоения и блаженства с самой первой строчки, что шёпотом произносит Акааши. - Порой мне кажется, что ты подарок жизни И я так незаслуженно с тобой. И каждый раз я ощущая это Не чувствую в своей душе покой. Но в тот момент, когда тебя увижу Всё беспокойство исчезает прочь. Ты моё солнце в этой бренной жизни. Ты мой совёнок в этой мгле ночной. И каждый раз, когда иду ко дну я, Ты каждый раз спасаешь меня вновь. И раз за разом в тех родных обьятьях Я нахожу твою ответную любовь. И если этот мир вдруг канет в лету, И разлучит нас время навсегда, Однажды, одним тёплым летом Я подойду и обниму тебя. - на последней стоке голос был почти не слышен, но Акааши знал, что Котаро слышит каждое его слово, каждый вздох, полностью погружаюсь в смысл сего стиха, что посветили именно ему. - я так люблю тебя, невероятно сильно, - Котаро мягко целует за ушком, из-за чего Кейджи слегка хихикает. - я тоже очень люблю вас, Бокуто сан, - полностью разворачивается к старшему парень и припадает к губам на против. В душе каждого распускается цветок, невероятно красивый и невиданный цветок, что понятен только им двоим. Их цветы навеки сплетены воедино, и ничего не сможет их расплести. Осторожно отстранившись, Кейджи смотрит прямо в глаза старшего, вкладывая в свой взгляд всю любовь, что у него есть. За все два года они стали одним целым. Они абсолютно разные, но противоположности ведь притягиваются, верно? Кейджи не подумал бы, что влюбится в писателя маленьких сочинений, и точно никогда бы не предположил, что этот самый писатель посвятит ему целый роман, который станет известен по всей Японии. ***Бокуто приходит в это же литературное издательство снова через месяц, чтобы все-таки отдать те сочинения, которые не отдал ранее. Переводит на стойку взгляд, в надежде, что там сидит он. Но его там нет. Отдав сочинения, он уходит домой в разочаровании и мотивации писать больше и снова выловить того парня.
*** - почему ты не публикуешь свои стихи? - а зачем? - сильнее укутывается в одеяло Акааши. - ну как зачем? они очень красивые. Думаю они бы понравились большому кругу лиц. - более серьёзным голосом говорит Бокуто, смотря прямо на Кейджи. - я не хочу. Эти стихи я посвятил тебе и главное, чтобы они тебе нравились, на остальных плевать. В воздухе виснет пятисекундное молчание, после чего Котаро не говоря ни слова просто обнимает младшего, сильнее прижимая к себе. Он аккуратно целует бледную шею, переходя то к линии челюсти, то спускаясь к открытым острым ключицам. Кейджи запрокидывает голову, довольно мурлыкая и чутка хихикая. ***- Прошло уже три месяца, а я его так и не встретил, - что-то бормотал Бокуто уткнувшись в стол. - Чувак, может у него просто смена не совпадает когда ты приходишь. Хватит парится. Подойди, спроси, узнай и иди знакомься, - Куроо немного отпивает из стакана холодный мохито, приобнимая своего друга за плечи. - ага, подошел к человеку за стойкой и такой: "Ой, здравствуйте, а тут работет один парень в очках, можете сказать как его зовут, где он живёт, а еще кличку его собаки" - у него собака есть? - вопросительно посмотрел Тецуро, слегка изгибая бровь. - я вообще без понятия. - заливается в новых страдания Котаро, падая уже другу на плечо.
*** - щекотно, Бокуто, остановись, - уже заливаясь ярким смехом, еле выговорил Акааши. Поцелуи давно сменились на обычную щекотку и сколько бы младший не умолял, Котаро был непоколебим. Когда все же удалось остановить старшего, в комнате вновь воцарилась тишина. Нет, не напрягающая, а блаженая. Все, что происходило в комнате, было идеально. Теплый приглушенный свет от милого светильника, немного гудящий обогреватель, только сегодня заправленное белое постельное белье, что до сих пор пахнет лавандовым кондиционером, и два человека, что искренне любят.