flight

Чан жил в Корее всего месяц, но Минхо уже успел привыкнуть к чужому присутствию и сейчас даже как-то грустно. В такси парни не отлипают друг от друга и часто целуются, заставляя водителя немного кривиться от нежности этих двоих. Прощаются они до невозможности долго, и Крис говорит, чтобы Минхо не заходил в здание аэропорта, потому что если такое произойдет, то он никуда не улетит, а возвращаться ему надо, ведь Берри наверное соскучилась по хозяину. Так Чан и живет, какое-то время в Сеуле, а какое-то в Сиднее, потому что он не может разорваться между своей семьей и своим любимым. До дома Минхо ехать примерно час и теперь парень сидел в машине, лениво смотря в окно. Он уже заскучал по улыбке Бана, освещающей ему его серые деньки и по его теплым объятиям. Ли печатает своему парню короткое "Я уже соскучился" и выключает телефон. Чан, наверное, уже выключил мобильник, ведь во время полетов он обычно спал, а гаджет мешал этому, поэтому парень выключал его задолго до полета. Так и есть, думается Минхо, замечая, что сообщение остается непрочитанным, а потом сам прикрывает глаза и засыпает, упираясь лбом в стекло, пока водитель бурчит что-то про то, что ему опять мыть окна. Ему снится Чан и он улыбается, нервируя мужчину за рулем еще больше своей приторной улыбкой. До дома они доезжают за два часа, ведь начались ненавистные всеми пробки. Минхо оплачивает все таксисту и спешит в свою квартиру, хоть и знает, что никакой Кристофер там его не ждет, а жаль. Привычка включать телевизор по приходу у парня была, поэтому он врубил его, понижая звук, чтобы не мешал готовить, а сам идет к холодильнику и осматривает его. Но внимание привлекает совсем не еда, а слова девушки за экраном. "Рейс К2675, направляющийся из Сеула в Сидней, потерпел крушение, по предварительным данным выживших не осталось" Из его рук падает бутылка молока, а после и он сам оседает на пол. Эту букву и четыре цифры после нее Минхо успел выучить наизусть, пока ехал в аэропорт. Это рейс Чана. В новостных строках писалось о том, что разбился самолет, но парню казалось, что разбилась его жизнь вместе с ним. Слезами горю не поможешь? А как тогда? Вот и Минхо не знает, поэтому даже не замечает, как первые соленые капли падают на пол, делая небольшую лужицу у ног. Чан был смыслом его жизни. Они были одним целым и Ли иногда казалось, что соулмейты существуют, просто видимых знаков нет. Минхо сильно привязывался к людям, он буквально прорастал в них, оставляя всего себя им, многие кидали его, но не Чан. Правда, жизнь, наверное решила, что у парня все слишком радужно.

***

Целый час. Целый час Минхо бился в истерике на полу на кухне, его глаза то ли опухли, то ли просто болели от количества слез, вытекших из них. Сил не было даже на то, чтобы брать воздух, не то, чтобы подняться и продолжить рыдать в кровати. Тишину нарушает звонок в дверь, а потом хлопок и тихие шаги. Минхо надеялся, что это какой-нибудь маньяк и его сейчас убьют. Но это был... Чан? Крис недоуменно смотрел на младшего, пока второй делал то же самое, только вот слипшиеся глаза мешали это сделать. – Неужели настолько соскучился, что плачешь? – Чан смеется по доброму и, садясь перед Минхо на корточки, обнимает. – Я думал... Ты разбился... Там... Твой рейс... – Парень все еще не мог нормально функционировать, поэтому он просто указал на телефон. Быстрым движением разблокировав его, Крис прочитал сводки новостей и ахнул. Он мог сейчас быть мертвым. Он мог оставить и свою семью, и Минхо. – Боже, солнце, я... Я передумал лететь, когда увидел твое сообщение перед тем как выключить телефон. Я так привык к тебе, что решил сдать билет.. Я не представляю, что бы было, если бы я полетел... Ли все еще трясся, но уже не плакал. Чан рядом, он обнимает его и он жив, а это самое главное. Потом они придут и будут поминать тех, кто полетел, но сейчас им хотелось побыть вдвоем. Навсегда.