Школьники

      Школьную тишину, что шла весь урок, разрушает громкий школьный звонок. Трель «соловья» разносится по пустым коридорам, оповещая всех, что можно срочно скидывать уроки в сумку и стартовать по домам или в другой кабинет. Первыми в коридорах появляется молодняк. Его не много, ведь чаще на тот свет попадают уже взрослыми или молодыми, но и совсем маленькие тоже не редкость. Дети бегут в раздевалку, на сегодня их уроки закончены и тут из-за угла, сбивая парочку с ног, вылетаю я. А вылетаю я их кабинета химии. — Джакондари, а ну стоять! — доносится в мою спину, но меня абсолютно не интересует данный источник ненависти. Учитель химии. Может он бы и интересовал, если бы не тот факт, что он мой самый ненавистный учитель. Арель Кварц, зануда, болван и доходяга. Бесит он меня не слабо. Ненавижу химию. Постаравшись не сбить пару мелочей, выруливаю в сторону лестницы, разгоняюсь и залетаю в пролёт под неё, закрываю руками голову и замираю. По лестнице раздаются быстрые шаги и тихий мат химика. Ушёл. — Пронесло. — тихо доносится рядом со мной. Поднимаю голову и вижу Кэссиди. Моего одноклассника, не менее отбитого, чем я сам. Мы знакомы лет с 19, как попали в Ад. В целом, Кэссиди классный парень. У него есть младший брат Брауни, они при жизни были близнецами, а так же с ними в Ад попала из биологическая мама. Милое семейство. После смерти инкубы меняют свой вид до неузнаваемости, зависимо от грехов, которые совершили. Кэссиди максимально необычен. Ярко белые волосы, красные бараньи рога, хвост сердечком, яркие розовые глаза. Такой вид у инкубов редкость, но выглядит это максимально мило. Ещё мне нравится его стиль в одежде. Всегда в чёрном, чаще в шелковой рубашке и джинсах, а так же носит стильные берцы. Сказал бы, что рокер, но, по факту, таковым не является. И сейчас, как оказалось, это очаровательное создание сидело прямо напротив меня. — Кэс, напугал! — Прости, прости! Обычно, просто, я тут ныкаюсь. — Разве? — Мы каждый месяц тут с тобой сидим, и каждый раз, как первый. — Сам знаешь, у меня память, как у золотой рыбки. — То-то ты проектной работы по химии избегаешь. — Ага… А ты-то чего удрал? — Я и так все знаю, хули мне там делать? Я улыбнулся и огляделся. — Вроде он нас пока не нашёл. — Найдёт. Надо перебегать, пока не поздно. Мы осторожно встали и выглянули из-под лестницы. По коридору бродят ученики, по лестнице поднимаются тоже они… — Нет его. Идём. Мы осторожно встали и вышли на этаж, осматриваясь. Резко за спиной раздаётся. — Стоять оба! Даже если это адресовано не нам, решаем не рисковать и стартуем на первый этаж, к задней двери. Пробежав мимо кабинета директора и завуча, забегаем в поворот и в этот момент я болезненно целую лбом чужое тело. В кого бы я не врезался, среагировал он хорошо. Распахнул крылья и обнял меня ими, когтистыми пальцами цепляясь за спину, чтоб не убежал. — Ой, простите. — шепчу и вытираю разбитый нос, поднимаю голову и замираю. — Так и знал, что сюда побежите. — мистер Кварц прижал меня к себе сильнее. Кажется, он не парился, что я могу его кровью заляпать. — Где второй? — Кэс, шухер! Уматывай через главный! — ору так, чтоб он точно услышал. Хоть один сбежать должен. Но через секунду из-за угла появляется наш Милый — учитель истории. Маркель Милый Данилович. Почему Милый? Да из-за его речи, любимой фразы, звучащей в обращении к каждому третьему ученику — «Милый мой, а ты не прихерел?». И этот самый Милый за шкирку держал Кэсэди. — О, Милый, ты вовремя! Давай, тащи его в кабинет. — Кварц, сам справишься? У меня урок сейчас. — Я обоих не удержу. — Лааадно. Милый, со своей немалой силой, закинул Кэса к себе на плечо. Кварц одним крылом прижал меня к себе и мы, вчетвером, спокойно пошли в кабинет химии. Добегались, блять.       Кварц пинком выгоняет меня в кабинет, следом залетает Кэс, дверь запирается. Встав, я оглядываясь. На передних партах сидят ещё двое: брат Кэса Брауни и Матильда — наша одноклассница. Всех оболтусов школы собрали. — Так, прижали свои задницы и вперёд строчить конспекты, а то не аттестую! А я пока за чаем схожу. Мы с Кэсом сели рядом с остальными. Как только дверь кабинета захлопнулась, Кэс быстро собрал наши тетради. — Сейчас все за вас напишу, а вы отвлеките его, когда он придёт. У меня есть план. — Кэс как всегда. — Заткнись. Лучше найди мою сумку. Там клофелин был. Брауни встал и нашёл сумку Кэса, после чего недолго вытряхивал, вскоре достал два пакетика. — Который из них? — Клафелин помечен синим уголком. — А второй? С красным. — А это не твоего ума дела. Убери и не трожь. — Кэс… Это не крысиный яд? — Типун тебе на язык!.. Кокаин. — Чего?! — Мука это. Можешь даже проверить. — Да ну… Не хочу рисковать. Брауни встал и вернулся к нам, отдавая пакетик Кэсу. — А ты давно клафелином увлёкся? — Год второй пошёл. — Мне интересно, почему я об этом не знаю. — Ну, я мало кому об этом рассказываю. — Слушай, а ведь мама у нас часто, вырубается по вечерам без причины. — Я дам тебе потрогать сиськи моей девушки, если ты сделаешь вид, что этого разговора не было. — Какого разговора? — Брауни улыбнулся и отвёл взгляд. — Приятно иметь с тобой дело. Кэс быстро закончил вторую, тетрадь и отодвинулся, беря ещё две. — А ты успеешь до его прихода? — Успею, не сцы. Но вы в долгу. — Кофе куплю. — С печеньем! — С печеньем, ладно уж. Матильда положила на середину стола сотню. — Скидываемся. Каждый положил по сотне. — Этого хватит. — Отлично. Брауни заглянул в тетрадь. — Кэс, когда ты успеваешь? — Успеваю, потому что тренируюсь. Тебе тоже стоит. — Ну тебя. Я прикрыл глаза и посмотрел на свою окровавленную рубашку. — Будет тяжело отстирать. — Матильда взяла мою рубашку в области пятна и достала салфетку, промакивая пятно. — Ага. Ну, ничего, у меня запасная есть. — Могу принести растворитель от крови. — Думаю, это будет удоб… — Забирайте. — Кэс вернул нам тетради. Я взял свою и открыл. Аккуратным почерком, ровненько так, были написаны какие-то формулы и правила. В душе не имею, что это все значит. Дверь тихо открывается и с большой пивной кружкой в руках, но была она наполнена чаем, вошёл Кварц. — Как продвигается работа? — Почти. Мистер Кварц, можно кровь смыть? — В кабинете воды нет. Мне хотя стаканчик, просто лицо протереть. — Лааадно, сейчас. — Кварц встал и вышел из кабинета вновь. Кэсэди отсчитал две секунды и встал, подбегая к столу. Открыв пакетик, он высыпал содержимое в стакан чая и аккуратно перемешал оставленной там ложкой. — Допьет и через пару минут вырубится. — Отлично! Только Кэс сел на свое место, как зашёл Кварц и поставил передо мной стакан воды. Мы кивнули, Матильда взяла платок и смочила водой, начиная вытирать кровь с моего лица. Мы ждали долго. Минут 5, пока Кварц выпил чай. Потом ещё 5, пока все подействует. И вот Кварц начинает зевать, берётся за голову и вырубается, ударившись лбом об стол. — Быстро! Пока действие не прекратилось! Мы похватали сумки, оставили на столе тетради и вылетели из кабинета, дальше вниз в коридор и из школы. — Юхуууу! — Брауни счастливо взлетел и сделал в, воздухе круг почёта, опускаясь обратно. — Свобода! — И все благодаря Кэсу. Идём в магаз. Первым за ворота выбежал Брауни, потом я и Матильда. Кэс, вышел последним, ибо лазал в телефоне, что-то ища. — Кэс, ты чего? — Мама дозвон делала. Видимо, ей что-то нужно. Надо перезвонить. — Звони, мы подождём. Мы с Матильдой быстро пошли в сторону магазина, пока парни о чем-то говорили со своей мамой. Зайдя в магазин, я в первую очередь подошёл к полке с алкоголем, сразу беря две банки пива и коробку сока. Матильда взяла пару пачек чипсов и семечки, а также коробку шоколадного печенья. Расплатившись теми деньгами, что мы скидали в кабинете, мы пошли к ларьку и там взяли дорогое кофе с пенкой. — Вроде все. Идём. — Слушай, я тут подумала… Кэс столько для нас сделал, может ему какой-нибудь подарок взять? — Мы уже, купили ему то, на что условились. Что ещё нужно? — Как-то дискомфортно просто… — Мать, не бзди. Всё нормально. Только мы отошли от ларька, как из моей руки нагло взяли кофе. — Спасибо, ребят. — Кэс отпил немного. — Держи. Твоё печенье. — Матильда отдал коробку. — Все нужное взяли, куда теперь? — Может на площадку стартанем? Там можно посидеть спокойно, да и жарко сегодня. — Идём! Осторожно выйдя с переулка и перейдя помосты, мы спустились в парк. На удивление, народу в парке не было от слова совсем. Столики чисты и свободны, ждут своих алкашей и тунеядцев. На этом спасибо. Пока Матильда готовит место дальнейших посиделок, мы с Брауни на перегонки забегаем на детскую горку и прячемся в одном из внутренних домиков. Брауни тихо засмеялся. — Слушай, а тут удобно. — Ага. И все провоняло похотью. Тут явно не раз шпехались. Опа-на. А кто это у нас покраснел, акт девственник в борделе? — Брауни, ты чего? — Меня всегда смущают такие места. Прости. — Он потёр красные щеки и вылез из домика. Да уж. Вскоре мы все сели за стол, Кэс включил, какой-то видосик на мобильнике. Видимо, фильм. И на этом спасибо. И пока фильм идёт, мы грызем чипсы и выпиваем. Точнее, я и Матильда. Кэм, все ещё допивал кофе, а Брауни мы отдали сок. Мал он ещё. Или нет? Его тонкое чувство ауры похоти меня сильно смутило. — Кэс, разговор есть. Пошли. Кэссиди, удивленно фыркнув, встал и мы отошли к горкам. — У тебя Брауни когда зреет? — Задал вопрос, блин… Я покуда знаю? — А я знаю. У него чуйка на секс открылась. — Да ты что? Когда это? — Мы сейчас залезли в домик в горке и он… — Внезапно Кэс схватил меня за горло и прижал к горке. — Зачем вы залезли?! Почему вдвоём?! — Усмири траханье! Мы играли! Я его даже не тронул! И тут, мы оба замерли и посмотрели на тот домик. — Блять… — Это точно… Брауни созрел. У него открылась чуйка на похоть. А когда мы остались в домике вдвоём, моя аура знатно усилила его чуйку. — Если он в тебя втрескается, у нас будут проблемы. — Если он в меня встрескается, то я буду у него первым. Это… Нехорошо. — Блять, чо делать? Домой идти? Мать прибьет. — Слушай, а может я, ну… — Я поправил волосы и отвёл взгляд в сторону. Тяжело сказать такое в лицо. — Я его… Кэс замахнулся и неслабым ударом дал мне по челюсти. — Думать не смей! Сплюнув кровь и выбитый зуб, я развернулся и врезал ему в ответ. Охуел, скотина!       Когда это все переросло в драку и как нас растаскивали друзья я помню смутно. Ещё никогда ненависть так не закрывала мне глаза. Как же он меня бесит до сих пор! Но сейчас, сидя дома, я устало смотрю на фотографию нашей банды и понимаю, что я должен извиниться. И чем я только думал, предлагая подобное. Только подумав, что стоит сходить и извиниться, я слышу, как звонит телефон. — Алло? — Жень, привет. — Это был Кэс. — Ты как? — Порядок… А ты? — Тоже… Ты можешь… Зайти к нам? — В чем дело? — Ну… Можешь отказать, но… Брауни открылся. Ты ему срочно нужен. — Почему я? — Он бредит. Шепчет твоё имя. Ни на кого не реагирует. — Даже на отца? — Даже на отца. Ему нужен ты. — Ладно… Сможешь его успокоить? Через 5 минут буду. — Конечно! Я встал и собрался, прихватив с полки презервативы. Мне нужно всего-то его успокоить, заражать своей силой я его не хочу. Он ещё слишком маленький. И вообще, открылся он раньше времени. Ему ещё 18 нет, а он уже нуждается в сексе. Ничего страшного, это терпимо. У меня с сестрой так же было. До дома Кэса я лечу с немалой скоростью. В такое время у инкуба каждая секунда на счету. Останавливаясь, опускаюсь и подбегаю к двери. Мама их выпускает меня без каких-либо вопросов, провожает до комнаты братьев и оставляет меня. Выходит Кэс. Откровенно уставший и едва стоит. — Жесть он сосёт. — Я отдал, почти все свои силы, но ему мало… — Я закончу, иди. Захожу в комнату, в полную темноту, и оглядываюсь, как резко меня что-то хватает за руку. Что-то когтистое и липкое.       Знаете, настоящие демоны вовсе не похожи на людей. Только их маскировка позволяет слиться с людьми. Но даже рога и хвост являются маскировкой. Истинный демон — чёрная субстанция его силы. Какая-то стихия во плоти. И пробуждение инкуба сопровождается принятием этого облика. Брауни в его истинном облике прекрасен. Кожа, волосы, одежда, тело, все почернело и облипло чёрной субстанцией похоти. Субстанция эта липкая, сладкая, горячая. Глаза полностью порозовели, даже бликов не видно. — Тише, тише, я рядом. Я присел на корточки и взял его когтистые ручки в свои, сам меняя облик. Рога мои выпрямились и вытянулись, сияя в темноте розовым светом, язык раздвоился на подобие змеиного, одежда сгорела, а все тело почернело. Люблю этот облик. Истинный облик. Увидев меня, Брауни тихо что-то прорычал, обнимая за шею и забираясь ко мне на колени. Бедный демоненок потерял связь с реальностью. — Женя, Женя. — я чувствовал, как он облизывает мои плечи и шею, стремясь съесть как можно больше черноты. Так и до передоза не поздно. Прежде, чем он поймёт, что происходит, мне нужно бы его подготовить. Пройдясь когтистыми пальцами по его спине и собрав немного черноты, я нежно хвостом стянул его шорты. Пока он даже не реагирует, это хорошо. Уже введя один палец внутрь его прекрасной попки, я понял, что первый у него. Без сомнений. Но сделать это нужно, иначе он выгорит и весь процесс пойдёт заново. Двигать пальцем было адски тяжело. — Малыш, расслабься немного, я не хочу делать больно. Кажется, он меня услышал, ведь поднял голову и неумело вцепился в мои губы. Я давно не получаю удовольствия от лишения девственности, скорее… Гордость. Гордость, что мне такое доверяют.       Его длинный, змеиный язык, бессовестно обвивал мой, сжимая. Неумело, надо бы показать мальчику, контракт со взрослым демоном. Беру всю инициативу на себя, прижимая к себе крыльями. Бедняжка стонет мне в губы и ерзает, нагреваясь только сильнее. Проведя рукой по его животу, убирая черноту, опускаюсь ниже и до конца снимаю шортики на бедра. Член у него относительно небольшой, но его чернота ещё не коснулась, а это плохо. Он должен пропитаться ею полностью. Зажигая небольшие огоньки, сжимаю на нем всю одежду, пока хвостом размазываю черноту по нетронутым уголкам кожи. Он такой нежный и слабый, я боюсь ему навредить. Слегка надавив, пальцем чувствую свободу, после чего бессовестно проталкиваю второй, за ним тут же третий. Стон оглушает, но останавливаться мне не на секунду нельзя, надо поймать его точку. Но даже несколько раз согнув пальцы понимаю, что не могу попасть. Она дальше, чем я рассчитывал. Тело девственных инкубов непредсказуемо Вынув пальцы, тянусь к снятой куртке и беру презервативы. Надеюсь, он потерпит. Войти удаётся только со второго раза. Он несколько раз хватал меня хвостом или ерзал. — Малыш, не двигайся, позволь мне сделать это быстро. И только на третий раз я спокойно вхожу в него наполовину. Он настолько, тугой и горячий внутри, что на секунду становится больно. Но вскоре давление пропадает. — Женя. Женя. Женя. — бормочет мелкий, хватая меня за плечи. Понимаю, ему тяжело, ведь тело требует срочного секса. Но знал бы он, как плохо будет ему утром. Это сейчас тело не чувствует боли и все это кажется глухим наслаждением, но стоит черноте уйти, как придёт вся пережитая боль. Минуты наверное две я не двигаюсь вообще, чтоб дать ему время привыкнуть, и только потом сгоняю свой член уже полностью. Тяжело. Очень даже. Главное, чтоб презерватив выдержал. Двигаюсь сначала медленно, чтоб привыкнуть, а после чуть меняю угол. Ухватив мелкого за талию, сажу его на себя и обнимаю крыльями. Нашёл. Одно движение и я вышибу из него последние копейки разума. — Брауни, слышишь меня? — осторожно щелкаю у его уха, проверяя реакцию. Глазами бегает по моему лицу и рукам. Всё в порядке. Он реагирует. Схватив его за талию одной рукой и второй за ягодицу, я осторожно приподнял его и с силой опустил вновь. Рот его раскрывается в немом крике, распахиваются глаза, раскрываются с треском идеально красные крылья. Уложив обратно на пол, несколько раз повторяю толчки, наблюдая, как чернота впитывается в кожу, а голос в стонах становится лишь громче. Дыхание его сбивается к черту, тело напрягается до предела. Почти. Секунда и мне приходится закрыть уши. Стон ещё настолько громкий, что перерастает в визг, а все тело враз обмякает. Готов. Жаль, а я ещё даже не кончил. Выйдя, встаю и перекладываю его на кровать. Интересно, как он изменится после пробуждения.       Убедившись, что ничего из своих вещей не забыл и беспорядка не оставил, я поправил куртку и вышел за двери. Да уж. Стоящий член в джинсах очень даже мешает. Надо будет сходить в клуб, развеяться. — Как он? — Ко мне быстро подбежал Кэс и схватил меня за плечи, встряхивая. — В порядке, он. Спит. — А чего у тебя… — Он посмотрел на мои джинсы и отошёл. — А… Я не закончил. Он да, а я нет. — Помочь? — Кэс недвусмысленно улыбнулся и махнул в сторону ванной. — Дорогуша, у меня там такой причендал, тебе наврядли в рот поместится. — Да ладно тебе. Проверим. — Ну, раз предлагаешь… Кэссиди махнул хвостом и за руку увёл меня в комнату, заставляя сесть на край ванной. — Если он утром пожалуется на боль, я тебя прибью. — Соси давай. Отрабатывай своего братика. Кэс закатил глаза и расстегнул мой ремень, снимая штаны. Член мой, все ещё оставшийся в боевом положении, с силой ударил его по носу. — Ебать! — А я предупреждал. Нахмурившись, Кэс начал ощупывать мой член. — Тут 18 минимум… — 21. — Серьёзно?! — Только в боевом состоянии. В остальное время там и 14 нет. — Он тебе не мешает? — Не-а. Кэс тяжело выдохнул и принялся облизывать член, стараясь охватить его длинным языком полностью. Но диаметр ему никак не подчинялся, хотя он явно старался. Вскоре обхватив член губами, он принялся осторожно насаживаться, стараясь не задеть зубами. В заглоте он никогда особо опытным не был, потому я понимал, что надеяться не на что. — Бля. — на выдохе произнёс он, выпуская член изо рта. — Я не осилю. — Давай, давай. Работай. Иначе будешь шлюху мне оплачивать. — Быдларь. Минут 10, наверное, Кэс боролся с моим стояком. Я видел, что у него уже ноет челюсть, а рот рефлекторно иногда закрывался, но покусывания меня только больше заводили. — Блять, я не справлюсь. — Кэс отодвинулся и вытер рот. — Так давай я тебя подсоблю немного. У тебя же рвотный рефлекс, насколько я знаю, надрочен. — Это-то да, но рот я открытым держать не смогу. — У тебя семейство бдсм промышляет. Стащи кляп-кольцо. — Да ты гений, слушай. Я как-то даже не подумал… Кэс встал и поправил волосы, вылетая из ванной. Не продал я и минуты, как он вернулся с кольцом на ремнях. Надевать его пришлось мне, я испытываю от этого особый кайф. Потом немного покрутил крепления, чтоб рот открыть пошире. — Продолжай. Теперь проблем не возникнет. Благодаря кольцу стало и вправду, легче. Член в глотку проскальзывал легко, а глаза Кэса сияли сердцами, он и сам ловил от этого немалый кайф. Пол постепенно заляпался слюной, а я сильно напрягся, ведь был на грани. Ухватив Кэсэди за волосы, я сильно сжал и выпрямился, делая пару резких толчков в глотку. Кэс начал бить меня по ногам и царапаться, хоть я и не сразу это заметил. Столько спермы он при желании не проглотить. Надеюсь, я его не удушу. Как только я отпустил волосы Кэса, он сразу отпрянул от меня, снимая кольцо и начиная громко кашлять. — Молодчина. Свободен. — Я убрал член на место и застегнул штаны. Кэс встал и замахнулся, неплохо так ударяя меня в живот. — Животное! — Сам предложил. Драться мне с ним не хотелось. Эта ситуация показалась забавной, поэтому я тихо хихикнул. Кэс тут же успокоился. — Хех, ладно. Завтра увидимся. Выходя из их дома, я посмотрел на часы. Шесть вечера, охренеть! Будучи дома, я спокойно поужинал, в гордом одиночестве, и поднялся в комнату. Так все надоело. Не делая уроки, я завалился в кровать и взял телефон, начиная листать последние новости. Телефон злобно пиликнул, сообщение от Кэса.       Я открываю фотографию, подписанную «Твои труды». Брауни сильно изменился после союза со мной. Бледно-серые волосы побелели, чёрные рога и хвост покрылись мелкими красными чешуйками, некогда маленькие и скромные крылья стали большими и яркими, а рост изрядно прибавился, да и выглядеть он стал старше. Довольный своими трудами и убрал телефон на стол и погасил ночник, ещё пару секунд смотря на него. Да уж… Понедельник — день тяжёлый.