Часть 9
12 июня 2021 г., 15:02
она помнила выстрелы и комья земли,
отлетающие в лицо.
и кровь, текущую вниз,
слепляющую ресницы.
и наивное до блевоты: "мама,
сегодня дождь, так страшно,
и мне не спится".
теплую руку, заплетающую косички,
школьное платье
в ателье подгонят по росту.
в темноте хорошо различимы
вспышки от выстрелов,
съежиться на кровати, не задавать вопросов.
мама жжет конверты и письма,
не успею опять отправить.
в моем маленьком королевстве настал
дефицит гербовой бумаги.
ногти содраны в кровь
попыткой залезть повыше,
в рации только хрипы,
командование не услышит.
она помнила пепел, оседающий в волосах,
и людей, которым ей нечего рассказать,
и то, как смерть отражалась в чужих глазах.
и плакать было нельзя.
она любила кукол,
и делали их солдатами.
и тот, со сломанной в двух местах рукой
был обычно за генерала.
мама порвала еще одно,
семьдесят восьмое письмо,
и письма не стало,
и еще чего-то не стало.
она помнила, как иней заплетает стекло,
как расцветают маковые поля весной,
как по виску т ужаса льется холодный пот,
и не достаток расчетов.
"мама, давай спрячемся в ванной,
сегодня будет гроза", -
вот, что всегда хотелось сказать.
но мама говорила, что больше не будет глупостей,
и запрещала задергивать шторы,
сворачивать одеяло в гусеницу.
иллюзия безопасности
рассыпалась стеклянным крошевом,
в темноте она писала письмо,
сегодня, кажется сотое.
"меня зовут адалинды, если вы меня помните..."
а потом скучивала веревку петлей,
и голос падал до шепота.
кукольный генерал приказывал не брать пленных,
перелом в войне,
перелом позвонков шейных.
